Тун Тунтун выдала эту тираду с такой легкостью и плавностью, что Ло Чжоучжоу даже не успела сообразить, как та уже закончила. Чжу Цзясинь стояла на месте, ее лицо посинело от злости, но она сдерживалась, не давая волю гневу. Ло Чжоучжоу хоть и находила происходящее странным, но, чтобы не загораживать остальным выход, все же потянула Тун Тунтун и Цзэн Кеке за дверь. Остальные ученики из класса, ошеломленные выходкой Чжу Цзясинь и словами Тун Тунтун, напоминали зевак на бахче, которые так и не поняли, в чем дело. Услышав столь шокирующее заявление Тун Тунтун, приближенные Чжу Цзясинь одна за другой выступили вперед, чтобы заступиться за нее.
— Тун Тунтун, ты не можешь следить за своим языком? Все выходят наружу, с чего это вдруг Цзясинь врезалась в Ло Чжоучжоу? Нельзя же бросаться грязными словами только потому, что вы подруги! Ты ведь благородная девица, чуть что — говоришь о воспитании, а у самой-то оно есть? Даже не разобравшись в ситуации, сразу не глядя принимаешься защищать свою подружку, — набросилась на Тун Тунтун первая подпевала Цинь Анна.
— Ты ослепла? — не выдержала Цзэн Кеке. — Чжоучжоу уже к выходу подошла, а эта ее Чжу Цзясинь неслась как угорелая и влетела в Чжоучжоу! Это любой здравомыслящий человек видит, а ты не видишь? Или считаешь, что твоя хозяйка какая-то особенная и драгоценная?
Глава 112