— Чего бояться? Разве папа уронит тебя? Только посмотри, твоё личико совсем побелело от страха.
Ло Ихан покачал головой и чмокнул Ло Чжоучжоу в щечку.
Ло Чжоучжоу: «…………» Хотя внешность у него чертовски привлекательная, и получить от него поцелуй — не страшно, в конце концов, она уже давно не малышка, и от таких нежностей ей было непривычно и стыдно.
— Папа…………
Ничего не поделаешь, Ло Чжоучжоу оставалось лишь прибегнуть к детской мимимишности, которой она не пользовалась уже много лет, и захлопать большими глазами, глядя на Ло Ихана.
— Ха-ха-ха, Юань-юань, посмотри, наша маленькая принцесса смутилась, ха-ха-ха…………
Ло Ихан, держа Ло Чжоучжоу на руках, подошел к обеденному столу и усадил её между собой и Цзян Юань.
— У Чжоучжоу тонкая кожа, она стесняется. Ты не видел её больше месяца, вполне естественно, что она отвыкла.
Цзян Юань с улыбкой поставила перед Ло Чжоучжоу тарелку с сяолунбао, налила ей миску каши и протянула ложку.
Ло Чжоучжоу уткнулась носом в еду и принялась есть.
В конце концов, она без малого сутки ничего не брала в рот и сейчас зверски проголодала. Если бы она не поела прямо сейчас, то, пожалуй, отбросила бы конки. Разве сейчас время думать о том, кто она и как сюда попала? Еда — превыше всего!
— Ешь медленнее, твой братик Яньцы придет еще нескоро, спешить некуда.
Видя, как быстро уплетает еду Ло Чжоучжоу, Цзян Юань испугалась, что та подавится, и поспешила её предостеречь.
— Кхе-кхе-кхе…………
Услышав из уст Цзян Юань это самое «братик Яньцы», Ло Чжоучжоу почувствовала, как сердце ухнуло вниз, потеряла бдительность и тут же подавилась.
— Ой, только о нем заговорили, как ты сразу подавилась. Братик Хан, быстро налей Чжоучжоу соку.
Цзян Юань легко похлопала Ло Чжоучжоу по спинам, помогая продышаться, и скомандовала мужу. В её прекрасных глазах читалось сильное волнение — чисто материнская тревога за ребенка.
Ло Чжоучжоу отмахнулась, показывая, что с ней всё в порядке.
— Ах ты ж ребёнок, что с тобой такое? Стоило только упомянуть Яньцы, как тебя тут же это так взволновало. В таком юном возрасте — и уже так сильно любишь красивых мальчиков, что же будет, когда вырастешь? — с забавной улыбкой произнесла Цзян Юань.
— Ребенок пошел в папу, любит красивых и милых прелестниц.
Ло Ихан погладил Ло Чжоучжоу по волосам и с нежностью, полной любви, посмотрел на Цзян Юань.
Цзян Юань покраснела от смущения.
Ло Чжоучжоу: «…………» Хватит! Разве вы не гордитесь тем, что скармливаете собачий корм прямо перед ребенком?
— Этот маленький Яньцы из семьи Гу просто невероятно мил, вот только улыбаться не любит. Будь он хоть капельку поживее, я бы не удержалась и украла его, чтобы он стал детской невестой для нашей Чжоучжоу! — с сожалением протянула Цзян Юань. — Только вот интересно, нравится ли маленькому Яньцы такая милая девочка, как наша Чжоучжоу? А вдруг ему по душе те, что похладнее и строже?
— Да кто из мальчишек не позарится на нашу Чжоучжоу? Он что, ослеп? Пусть Яньцы и красив, но разве наша Чжоучжоу не хороша собой?
У Ло Ихана взыграли отцовские чувства.
— Наша Чжоучжоу может вообще не выходить замуж! Будет всю жизнь рядом с мамой и папой, какое же это счастье!
Ло Чжоучжоу: «…………» Об этом заводить разговор перед пятилетним ребенком явно рановато!
Да и этот Яньцы из семьи Гу, Гу Яньцы — имя, до боли ей знакомое.
Разве это не имя главного героя той самой новеллы Здравствуй, господин президент, как же ты плох, которую она вчера вечером разносила в пух и прах?
Тогда не может ли она предположить, что ее появление в теле по имени Ло Чжоучжоу — вовсе не совпадение, а………… а она и впрямь угодила в роман Здравствуй, господин президент, как же ты плох в роли пушечного мяса — подруги детства главного героя?
Боже мой…………
Ло Чжоучжоу потеряла сознание…………