Ло Чжоучжоу только сейчас вспомнила, что в оригинальном романе Здравствуй, господин президент, как же ты плох упоминалась причина, почему характер главного героя Гу Яньцы был таким зацикленным и с легким налетом яндэрэ: в ходе похищения он подвергся бесчеловечным издевательствам. Прикинув по времени, Ло Чжоучжоу решила, что это как раз тот самый момент.
Поэтому, чтобы исправить характер главного героя Гу Яньцы, ей нужно было начать прямо с истоков.
Заметив, что двое из тех людей в черном движутся в ее сторону, Ло Чжоучжоу притворилась, будто хочет убежать, но переживает за Гу Яньцы, и осталась стоять на месте ни жива ни мертва.
— Чжоучжоу, беги скорее, не обращай на меня внимания! — Гу Яньцы вдруг сообразил, что эти люди могут замести следы или прихватить Ло Чжоучжоу с собой, и отчаянно забился, пытаясь заставить ее сбежать.
Ло Чжоучжоу подумала про себя: «И впрямь стоило тратить на него балл за баллом, раз эта юная леди уступала! Теперь он может сказать мне больше трех слов, просто невероятно».
Однако Ло Чжоучжоу твердо решила никуда не уходить, но и вести себя слишком подозрительно было нельзя. К тому же это был прекрасный шанс поднять уровень благосклонности главного героя, упускать который она никак не собиралась.
Тогда она посмотрела на Гу Яньцы, наполненными слезами глазами, и непоколебимо произнесла:
— Нет, Чжоучжоу не может бросить братишку Яньци в беде, Чжоучжоу хочет быть вместе с братишкой Яньци.
Гу Яньцы на мгновение замер, а затем словно опомнился:
— Уходи же, тебя убьют из-за меня, неужели ты согласна больше никогда не надевать красивые платья?
— Где братишка Яньци, там и Чжоучжоу. — Ло Чжоучжоу вошла во вкус роли. Она посмотрела на людей в черном и обвиняюще выпалила: — Ах вы негодяи, кто вас прислал!
— Хм, на дороге желтых источников узнаешь, кто мы такие. Забрать, забрать обоих! Выглядит такой нежной, за нее можно выручить немало денег, — скомандовал главарь банды. — Живей, не тратьте время.
В итоге Ло Чжоучжоу и Гу Яньцы вместе затащили в машину.
Поскольку оба они были еще детьми, никто из окружавших их головорезов не стал связывать их по рукам и ногам, так что они сохраняли некую свободу движений.
Гу Яньцы посмотрел на Ло Чжоучжоу, и та, сообразив, что к чему, крепко ухватила его за руку.
— Не бойся, братишка Яньци, я тебя защищу.
Защитит она, как же! Ребенок, который сам себя защитить не в силах.
Хотя Гу Яньцы так и думал, глядя на испуганное личико Ло Чжоучжоу, на сердце у него немного потеплело.
Как-никак, это был ребенок, который, пусть и боясь до смерти, остался с ним. Понимает она что-то или нет — другое дело, но в конце концов у него не хватало духу бранить ее.
— Ну и дурочка, кто просил тебя меня защищать? — Гу Яньцы посмотрел на огонек в глазах девочки и неестественно отвел взгляд.
Глаза у девчонки были слишком яркими, казалось, они насквозь видят человеческую душу, отчего ему становилось не по себе.
Он отроду не любил сближаться с людьми, поэтому, как бы долго Ло Чжоучжоу ни была с ним знакома, они почти не разговаривали друг с другом. К тому же, по его устоявшемуся мнению, эта девчонка липла к нему исключительно из-за его смазливой внешности, и от этого его просто воротило.
В конце концов, красивое лицо — это вовсе не то, что он выбирал сам, более того, оно было для него источником унижений.
При мысли о том, сколько боли принесла ему эта чрезмерно смазливая физиономия, он крепко сжал зубы, подавляя готовые выплеснуться наружу жуткие темные порывы.
Ло Чжоучжоу почувствовала его странное состояние и ощутила его неловкость. Решив, что он просто испугался, она сжала его ладошку в своей еще крепче.
— Не бойтесь, верьте мне, — серьезно произнесла она.
Кем бы ни стал главный герой в будущем — психопатом, тираном или одержимым параноиком — всё это случится потом. Сейчас же он был всего лишь ребенком; каким бы развитым не по годам он ни казался, он оставался ребенком.