Завтрак кто угодно может принести, с чего тут столько условностей?
Шэн Русюэ перевела взгляд на Шэн Цзэ и произвела: — Большой брат, покупка завтрака не делится на мужское и женское дело, кто вспомнил — тот и принес, нет тут таких условности.
Шэн Цзэ был просто готов до смерти разозлиться на собственную сестру: разве найдется кто-то еще, кто так унижается ради мужчины?
Глава 1940