Старец Юй питал к Бо Тиншэню сильнейшую антипатию, однако всё равно продолжал обрабатывать Шу Янь:
— В тот раз у Бо Тиншэня наверняка случился сердечный приступ, он определенно должен был умереть. Почему же после этого он не умер? Я предполагаю, что твои слова как-то подействовали на него и заставили сердце забиться вновь.
Выслушав слова Старца Юя, Шу Янь ошеломленно посмотрела на него:
— Выходит, Бо Тиншэнь уже знает мою истинную личность?
Старец Юй покачал головой:
— Нет, он не знает. Он решил, что всё это ему просто приснилось. Когда сон рассеется, он наверняка не вспомнит ни единого слова. Цзяжэнь, подумай сама: если бы Бо Тиншэнь и впрямь вспомнил тебя, разве стал бы он после пробуждения сидеть сложа руки вместо того, чтобы немедленно прийти к тебе в палату?
Глава 962