В то же время в лавке шелка.
Сегодня был последний срок сдачи товара в Ткацкую палату. Гу Яньжань держала в руке срочное письмо, присланное отцом из столицы, а её лицо то темнело, то светлело.
— Госпожа, шелк для этой партии юньцзиня явно грубее прежнего, да и узор получается… — доверенный управляющий, присланный из семьи Гу, держал в руках ткань и хмурил брови.
Гу Яньжань сжала зубы и резким движением вытянула ткань из его рук. В нескольких незаметных местах действительно обнаружилось несколько оборванных нитей.
— Сдадим заказ с этим, — спустя мгновение сурово распорядилась она.
Управляющий удивился:
— Но как же проверка, которую вот-вот устроят люди из Ткацкой палаты?..
— Чего бояться? — холодно фыркнула Гу Яньжань. — Мой отец написал в письме, что этот новый шелкоторговец — шурин чиновника Чэня из Министерства финансов. Разве люди из Ткацкой палаты посмеют не проявить к нему уважения?
Три дня назад она улыбалась и заискивала перед этой шайкой евнухов из Ткацкой палаты лишь потому, что не была уверена в своих силах, однако она никак не ожидала, что эта маленькая лавка шелка действительно поставляет товары ко двору.
Но раз теперь отец пообещал в письме прикрыть её, чего ей бояться?
К тому же этот шуданский шелк имел лишь небольшие изъяны и не представлял собой серьезной проблемы. В худшем случае можно будет сунуть немного серебра евнуху, ответственному за приемку, чтобы всё уладить.
Получив приказ, управляющий был вынужден удалиться для его исполнения.
Следом Гу Яньжань распечатала второе письмо, также присланное из столицы.
Однако, дочитав его до конца, она вдруг широко раскрыла глаза от крайнего изумления!
…
Четверть часа спустя у входа в особняк Ци.
Повозка еще не успела полностью остановиться, как Гу Яньжань, нетерпеливо отдернув занавеску, наполовину высунулась наружу и спросила швейцара:
— Где муж? Он уже вернулся?
Швейцар торопливо опустил голову и ответил:
— Докладываю госпоже, взрослый только что вернулся в особняк, сейчас он, должно быть…
Не дожидись окончания фразы, Гу Яньжань уже приподняла подол юбки и выпрыгнула из повозки. Её качнуло, и она чуть не упала, но ей было абсолютно некогда обращать на это внимание — она поспешно бросилась во двор, прижимая к груди то самое письмо.
Слугам редко доводилось видеть Гу Яньжань в таком потерянном виде, и все они были крайне озадачены.
Наконец, завернув за один из крытых коридоров, Гу Яньжань увидела фигуру Ци Че.
— Муж!
Услышав голос, Ци Че резко обернулся во дворе.
Он увидел бегущую к нему бегом Гу Яньжань: она задыхалась, а шпилька в её волосах даже перекосилась.
Ци Че нахмурился:
— Что произошло?
Гу Яньжань глубоко вдохнула, силой подавляя участившееся дыхание, и в её глазах мелькнул хитрый огонек:
— Разве муж знает, что нынешняя законная принцесса уже нашлась?
Взгляд Ци Че слегка дрогнул:
— Слышал краем уха, а что?
Гу Яньжань подошла на пару шагов ближе, понизив голос:
— Матушка пишет из столицы, что, когда три года назад эта принцесса попала в беду, она просила о помощи проезжавший мимо торговый караван семьи Чу, однако тогдашний старейшина Чу отказался протянуть руку помощи. Из-за этого она в конце концов оказалась в соседнем уезде Циншуй, где её спас простой деревенский житель.
— Я также слышала, что эта законная принцесса горячо любима императором. Теперь, когда её происхождение раскрылось, она со дня на день вернется в столицу. Муж, скажи: если она узнает, что дочь старейшины Чу сейчас находится в нашем особняке, не станет ли это…
Лицо Ци Че резко изменилось!
— Что ты сказала?
Отец Циннян тогда отказался помочь законной принцессе?
Гу Яньжань достала из-за пазухи присланное матерью письмо и протянула Ци Че:
— Матушка не станет меня обманывать. Ранее она уже знала, что у мужа в особняке есть жена, поэтому тайком приказала людям во всем разобраться, но она никак не ожидала раскрыть этот секрет.
Ци Че мысленно усмехнулся: члены семьи Гу давным-давно знали, что он уже женат, но все равно устроили охоту на зятя среди сдавших экзамены, а канцлер Гу даже намекал ему словами, чтобы он проявил благоразумие и знал, как поступать по обстоятельствам.
По большому счету, в нынешнее его положение, где он метался меж двух огней, да еще и испортил отношения с Циннян, его загнали именно члены семьи Гу.
Если бы не необходимость опираться на помощь канцлера Гу, думал про себя Ци Че, он бы не удостоил Гу Яньжань даже лишнего взгляда.
Лжедочь неизвестного происхождения и выдававшая себя за другую, она наслаждалась роскошью в семье Гу больше десятка лет. Когда-ж статус Гу Яньжань однажды будет разоблачен, еще бабушка надвое сказала, какое отношение к ней проявит канцлер Гу.
Ци Че быстро развернул листок бумаги и пробежал глазами содержание письма в один миг.
Гу Яньжань осторожно наблюдала за выражением его лица и, заметив, что Ци Че долго молчит, осторожно поинтересовалась:
— Муж, я слышала, что через три дня кортеж принцессы прибудет на Юг. Что, если кто-нибудь в этот момент разнесет эту весть?
Гу Яньжань была уверена, что с таким козырем на руках Ци Че наконец выбросит все глупости из головы и без малейших сомнений разведется с Чу Циннян.
Отныне она станет единственной женой Ци Че.
Однако она никак не ожидала, что Ци Че все еще будет колебаться.
— Муж! — с беспокойством в голосе произнесла Гу Яньжань. — Я знаю, что у тебя с сестрой глубокие чувства, но если принцесса узнает, что ты женился на дочери врага, боюсь, это отразится даже на твоей карьере…
Спустя полдня Ци Че повернул голову и пристально посмотрел на неё:
— Яньжань, скажи, что в супружеской жизни самое главное?
Гу Яньжань замерла, явно не ожидая от него столь внезапного вопроса.
— Разумеется, поддерживать друг друга и делить и радость, и горе, — подумав, ответила она по всем правилам.
— Вот как? — в угольках губ Ци Че промелькнула едва заметная улыбка.
— Тогда если однажды мне придется сделать какой-то… трудный выбор, ты ведь непременно поймешь меня, верно?
Встретившись с его мрачным взглядом, Гу Яньжань почувствовала, как у неё внутри все сжалось.
Неизвестно почему, но ей казалось, что в словах Ци Че кроется глубокий подтекст.
Но тут же, подумав, что это вполне может быть проверкой её чувств со стороны мужа, она озарила лицо мягкой улыбкой:
— Разумеется. Раз уж я решила выйти замуж за мужа, мы делим жизнь и смерть на двоих. И я, и отец в столице — мы все будем убеждать тебя поддерживать твои решения.
С этими словами Ци Че действительно мягко улыбнулся и протянул руку, заправляя за её ухо выбившуюся прядку волос.
— Раз ты так говоришь, муж может быть спокоен.
Гу Яньжань тут же прижалась к его груди, обхватив Ци Че за талию руками.
— Муж, когда все это минует, давай заведем ребенка…
Тело Ци Че едва заметно напряглось на мгновение, но затем он поднял руку, мягко коснувшись её макушки, и в его горле зародился низкий, балующий смешок:
— Хорошо! Пусть будет по-твоему.
Однако там, где Гу Яньжань не могла видеть, его пальцы медленно скользнули вниз по её спине и чуть сжались, словно намереваясь кого-то придушить, но в конце концов сдержанно разжались.
— Но… сейчас при дворе неспокойные времена, я только что поступил в академию Ханьлинь, так что будет куда благоразумнее сначала закрепиться на месте, а уже потом вести разговоры о потомстве.
Услышав это, Гу Яньжань сочла его слова разумными.
Она тут же с улыбкой кивнула, а её хорошенькое личико покрылось легким румянцем:
— Муж прав, это Яньжань проявила нетерпение.
Вспомнив о чем-то, Гу Яньжань снова заговорила:
— Муж, насчет кормилицы Ли…
Кормилица Ли была пожилой служанкой, привезенной ею из поместья Гу, и знала о ней немало секретов; она боялась, что та не выдержит пыток в застенках и сболтнет лишнего, выдав то, о чем говорить не следовало.
Запнувшись, Гу Яньжань продолжила с тревожным лицом:
— Эту кормилицу Ли оболгала Чжи Ся, и теперь та заперта в уездной управе. Если она в какой-то момент начнет нести чушь и наговаривать…
Взгляд Ци Че слегка похолодел, но тон остался прежним — мягким.
— Ничего страшного, я уже все уладил, в управе её не будут подвергать пыткам.
— Тем не менее, раздувание этого дела не пойдет на пользу и твоему доброму имени. Тебе нужно лично отправиться в Иланьюань и принести Циннян свои извинения.
Лицо Гу Яньжань изменилось, и она обиженно протянула:
— Но ведь эта подлая девчонка сама…
— Яньжань, общие интересы превыше всего, — прервал ее Ци Че.
— Ты моя законная жена, так прояви же достоинство хозяйки дома, сходи туда для видимости, и на этом дело будет исчерпано.
Заметив, что Гу Яньжань все еще колеблется, он добавил:
— Не бойся, я пойду с тобой.
Посомневавшись еще несколько раз, Гу Яньжань в конце концов была вынуждена прикусить губу и согласиться.
— …Хорошо, Яньжань послушает мужа.
…