В этот момент в осанке старой госпожи уже не осталось прежнего величия, на висках прибавилось седины, однако та спесь, что была у неё в крови, никуда не делась.
На ней больше не было прежних узорчатых шёлковых нарядов, а в волосах — золотых и серебряных украшений; теперь она носила лишь простое тёмно-коричневое платье, а пучок был заколот простейшей деревянной шпилькой.
Се Юньци невозмутимо сидел напротив неё в кресле-архате и завёл разговор без обиняков:
Глава 257