Фэн Цзичу сидела на кровати в пижаме и вытирала волосы.
В этот момент раздался легкий стук в дверь.
Фэн Цзичу бросила полотенце на стоявший рядом стол и пошла открывать.
В дверях стояла женщина средних років. Она помнила, что все в семье Гу звали ее матушка Чжао.
— Барышня, это молоко, которое госпожа велела мне подогреть для вас, выпейте его скорее.
Матушка Чжао улыбалась и выглядела очень доброжелательно, а стоявшая у нее в руках чашка с молоком еще испускала пар.
Фэн Цзичу взяла ее, но пить не стала. Лишь прислонилась к косяку и с острым блеском в глазах посмотрела на матушку Чжао.
— Э-э, барышня, вы, вы почему не пьете? — от взгляда Фэн Цзичу у матушки Чжао мурашки побежали по коже, ей хотелось только одного — поскорее уйти.
— Это молоко ты подогрела? — внезапно спросила Фэн Цзичу.
— Д-да, да.
— Тогда выпей его. — Фэн Цзичу протянула молоко вперед, ее взгляд был опасен.
Услышав это, матушка Чжао тут же отказалась:
— Барышня, это же вам подогрели, как я могу это пить?
— Подогреешь себе еще чашечку, — на губах Фэн Цзичу играла улыбка, но смотрела она на матушку Чжао так, словно перед ней был мертвец. — Или ты не смеешь пить?
— Барышня шутит, у меня просто аллергия на молоко, я не могу его пить.
— Аллергия на молоко или на то, что в нем замешано? — тихо произнесла Фэн Цзичу.
От слов Фэн Цзичу матушку Чжао прошиб холодный пот. Как, откуда она узнала?!
Нет, невозможно!
Она же каждый раз добавляла совсем чуть-чуть порошка, Гу Цзичу никак не могла догадаться!!
— Выпей его... или я сама тебе влью. — Тон Фэн Цзичу был насмешливым, она сделала шаг вперед, прижимая матушку Чжао к стене.
Матушка Чжао так испугалась, что повернулась и попыталась убежать:
— Госпожа, барышня сошла с ума, охватившая... м-м-м...
Фэн Цзичу ни капли не заботились крики матушки Чжао. Одной рукой она мертвой хваткой вцепилась ей в горло и влила в нее всю чашку молока.
Матушка Чжао никак не ожидала, что у Фэн Цзичу окажется такая силища. Как бы она ни билась и ни царапалась, вырваться ей не удалось.
Когда Фэн Цзичу разжала руку, та рухнула на пол. Придя в себя через пару мгновений, женщина принялась судорожно совать пальцы в рот, пытаясь вызвать рвоту.
— Что здесь происходит? — Тан Ин толкнула дверь и, выйдя наружу, увидела эту картину.
— Мама, в молоке, которое она мне принесла, была зараза! — Фэн Цзичу тут же стерла с лица ледяное выражение и с гневом указала на матушку Чжао.
— Что?! — услышав это, Тан Ин тут же подскочила и принялась внимательно осматривать дочь. — Сяо Чу, ты в порядке?
— Мама, со мной все хорошо, — Фэн Цзичу успокоила Тан Ин. — А где папа и старший брат?
— Они уехали в родовое поместье. — Стоило Тан Ин вспомнить о тех людях в родовом гнезде, как у нее тут же заболела голова.
Прошло уже больше двадцати лет, а их предвзятость к Сяо Чу ни капли не уменьшилась.
Матушка Чжао долго пыталась очистить желудок, но так ничего и не изрыгнула. Она резко подняла голову, и ее взгляд злобно и свирепо уставился на Фэн Цзичу.
— Госпожа, все совсем не так! Это барышня внезапно сорвалась и силой влила мне молоко в рот!
Фэн Цзичу приподняла бровь и посмотрела на лежащую на полу женщину с полнейшим презрением во взгляде.
— Раз с молоком все было в порядке, какого черта ты тут пытаешься вызвать рвоту?! — Тан Ин не была дурой: по одному лишь поведению матушки Чжао секунду назад можно было понять, что с той чашкой определенно что-то не так.
Однако матушка Чжао стояла на своем, наотрез отказываясь признаваться:
— Госпожа, вы не можете из-за того, что благоволите барышне, притеснять меня, бедную служанку!
— Ты еще помнишь, что ты служанка, — голос Фэн Цзичу по-прежнему звучал сладко, но от него кровь стыла в жилах. — Раз ты служанка, то откуда у тебя хватило наглости указывать хозяевам и помыкать ими?!
Матушка Чжао затряслась от страха:
— Я...
Фэн Цзичу спокойно произнесла:
— Мама, давай вызовем полицию.
— Хорошо.
От криков матушки Чжао внизу уже собралось немало людей, и Тан Ин тут же велела кому-то вызвать полицию.
— Мама, об этом все же стоит сказать папе.
Услышав слова Фэн Цзичу, Тан Ин тоже сочла правильным поставить мужа в известность.
Дождавшись, пока Тан Ин спустится вниз позвонить Гу Чжихе, Фэн Цзичу присела на корточки, заглянув прямо в глаза матушке Чжао, и холодно произнесла:
— Гадость, которую ты подмешала в молоко, уже попала к тебе в желудок. Каков будет эффект — ты знаешь лучше всех.
Матушка Чжао, конечно же, прекрасно знала, что делает это лекарство. Ее затрясло мелкой дрожью, не в силах вымолвить ни слова.
Фэн Цзичу продолжила:
— Какая жалость, вот так запросто стать чужой козкой отпущения.
К тому моменту матушка Чжао уже совершенно потеряла голову от страха. Услышав слова Фэн Цзичу, она вцепилась в них, как утопающий за соломинку.
— Барышня, это не я хотела вам навредить! Это Старшая госпожа Гу велела мне так поступить!
— Вот оно что, — безмятежно отозвалась Фэн Цзичу, на ее лице не было и тени удивления. Она вдруг подалась к самому уху матушки Чжао, и голос ее зазвучал подобно голосу демона: — Но ведь и ты не безвинна.
Матушка Чжао тупо сидела на полу, а в голове у нее крутилось всего одно слово: демон!
Фэн Цзичу крепко сжала горло матушки Чжао:
— Раз уж тебе так нравится называть людей сумасшедшими, давай-ка я превращу в сумасшедшую тебя.
— Т-ты... что ты задумала?
Внизу Тан Ин закончила разговор с мужем и только повесила трубку, как сверху донесся пронзительный визг.
Встревоженная Тан Ин поспешила наверх и увидела, как обезумевшая матушка Чжао терзает и рвет на куски тетушку Ли, с которой у той обычно были хорошие отношения.
— Госпожа, госпожа, она сошла с ума! — тетушка Ли с силой оттолкнула матушку Чжао. — Я просто увидела, как ей плохо, подошла спросить, не случилось ли чего, а она вдруг набросилась на меня с кулаками!
— А где Сяо Чу?
— Барышня сильно устала и ушла к себе отдохнуть.
— Понятно. Ступай позови охрану снаружи, пусть вышвырнут ее вон.
— Слушаюсь.
В комнате Фэн Цзичу сидела на кровати, открыв ноутбук, а на стоящем рядом столе лежал небольшой пакетик с белым порошком.
— Хозяин, откуда вы узнали, что с тем молоком что-то не так? — Туаньтуань уже не знало, как описать свои чувства. Оно понимало лишь одно: оно восхищается своим хозяином все сильнее и сильнее.
— У меня есть нос, — Фэн Цзичу не отрывала глаз от монитора, на котором вывела все камеры видеонаблюдения дома Гу. — Во времена апокалипсиса мне довелось многому научиться, и медицина с ядами — лишь часть этого. Насчет той чашки молока — мне хватило одного взгляда, чтобы понять: там подвох.
Фэн Цзичу закрыла камеры на компьютере. В семье Гу действительно оказалось немало людей из родового поместья, так что о сегодняшнем инциденте там узнают очень скоро!
Фэн Цзичу перевела взгляд на пакетик с порошком, который она только что нашла в комнате матушки Чжао — именно эта отрава и свела женщину с ума окончательно.
— ...Пожалуй, для начала мне стоит помочь отцу этого тела прозреть и увидеть одну жестокую реальность.
Этот мир холоден и жесток по своей природе, и даже самые близкие люди в любой момент могут вонзить тебе нож в спину.
В родовом поместье семьи Гу Старшая госпожа Гу висела на телефоне. Неизвестно, что ей ответили на том конце провода, но ее лицо становилось все мрачнее и мрачнее.
Бах!
Взбешенная Старшая госпожа Гу швырнула телефон об пол.
— Проклятье! Эта девчонка снова умудрилась выкрутиться!
— Нет, я должна как можно скорее найти способ избавиться от нее, нельзя позволять ей оставаться в семье Гу!!
Иначе эта проклятая девчонка и впрямь навлечет смерть на всех членов семьи Гу, как и предсказывал великий мастер!