Симэнь И, видя, что Фэн Цзичу игнорирует его, почувствовал, как по лицу полоснула легкая волна отвращения.
С чего она вдруг такая гордая! Если бы не ее семья Гу, стоявшая за ее спиной, он ни за что не стал бы терпеть унижения и сносить такое отношение с ее стороны!
Когда-нибудь в будущем, добившись успеха, он непременно заставит Гу Цзичу пожалеть о сегодняшнем поступке!
Опираясь на воспоминания, Фэн Цзичу быстро отыскала класс прежней хозяйки тела.
В аудитории уже сидело немало людей и о чем-то оживленно спорили, но, заметив вошедшую Фэн Цзичу, они тут же затихли.
Фэн Цзичу лениво окинула всех взглядом, прошла в самый тихий угол, села и закрыла глаза, погружаясь в дремоту.
— Цзичу, твои раны зажили? — к ней подошла девушка в розовом платьице, хотя в ее тоне трудно было расслышать хоть какую-то искреннюю заботу.
Фэн Цзичу приподняла веки и взглянула на нее. Память подсказывала, что эту особу зовут Ши Фэй. Она была близкой подругой прежней хозяйки, но втайне жутко завидовала ей и не раз исподтишка пакостила, когда ту травили в школе.
— На этот раз Ли Тинтин зашла слишком далеко! Школа уже объявила ей выговор, а сейчас ее заставят публично каяться перед всей школой и извиняться перед тобой... — тараторила Ши Фэй, усаживаясь рядом с Фэн Цзичу.
Фэн Цзичу подперла голову рукой и просто молча наблюдала за ней.
— Ц-Цзичу, чего ты так смотришь на меня? — договорив, Ши Фэй вдруг почувствовала неладное: почему Гу Цзичу ведет себя так неестественно тихо?
— Смотрю, как ты играешь спектакль, убиваю время.
Голос Фэн Цзичу звучал ровно, а в глазах не было ни единой ряби.
Ши Фэй остолбенела:
— Какой... спектакль?
— Разве тебе не противно притворяться безумно заботливой, когда на самом деле мысль о человеке вызывает отвращение?
Фэн Цзичу не любила фальшивые любезности, ей куда больше нравилось ставить всё на места прямо в лицо.
— Цзичу, ты что такое говоришь! Мы же с самого детства лучшие подруги, как я могу тебя не любить?! — торопливо затараторила Ши Фэй, лихорадочно размышляя: с чего вдруг эта Гу Цзичу стала такой сообразительной? неужели кто-то ей что-то сболтнул?!
— Цзичу, ты же знаешь меня. Каково мое отношение к тебе, ты должна понимать лучше кого бы то ни было! Тебе что, кто-то наговорил обо мне гадостей? — с тревогой в голосе допытывалась она.
Ей непременно нужно было вычислить этого гада, нельзя допустить, чтобы он разрушил ее план по уничтожению Гу Цзичу!
— Тот человек, который за спиной сеет раздор, наверняка просто не может вынести нашей крепкой дружбы. Ты ни в коем случае не должна поддаваться на провокации! — на лице Ши Фэй застыло выражение крайнего беспокойства, словно она и впрямь страшно боялась потерять подругу.
— Тебе никогда не говорили, — Фэн Цзичу поднялась с места и наклонилась прямо к уху Ши Фэй, — что играешь ты из рук вон плохо.
Бросив это, Фэн Цзичу, нимало не заботясь о выражении лица собеседницы, развернулась и зашагала прочь.
Ши Фэй смотрела ей вслед, и лицо ее исказилось от злобы.
— Хозяйка, эта Ши Фэй до сих пор буравит тебя взглядом, — тут же подал голос Туаньтуань.
— Мелкая шавка, чего ее бояться, — презрительно обронила Фэн Цзичу. — С глупышкой, которая считает себя умнее всех на свете, мне даже мараться не придется.
Фэн Цзичу пересела на другое место, снова подперла голову рукой и закрыла глаза, словно провалившись в сон.
Вскоре в класс вошла женщина-преподаватель и принялась монотонно читать лекцию.
— Кстати... — Фэн Цзичу битый час копалась в памяти, но так и не смогла вспомнить, как зовут эту ее систему.
— Хозяйка, меня зовут Туаньтуань, — отозвался тот.
Фэн Цзичу мысленно вздохнула: — ... — Произнести такое вслух у нее бы язык не повернулся.
— А мои способности можно вернуть?
Фэн Цзичу прибыла из эпохи апокалипсиса, владея двумя видами сверхспособностей, однако, стоило ей перенестись в этот мир, как силы куда-то испарились.
— Хозяйка... — Туаньтуань чувствовал себя уязвленным. — Ты что, собираешься и дальше так упорно игнорировать мое имя?
— Ну, для этого мне нужно накопить достаточно энергии, чтобы восстановить прежнюю мощь хозяйки.
— А сейчас?
— Ну... это ведь наше первое задание, у меня совсем мало энергии, так что...
— Свободен.
Туаньтуань: T﹏T
Всю лекцию Фэн Цзичу просидела с закрытыми глазами. Прежняя хозяйка тела изучала компьютерные технологии, в коих сама Фэн Цзичу уже достигла недосягаемых для остальных высот, так что слушать чужой бред ей было абсолютно ни к чему.
Прозвенел звонок с урока, и по громкой связи объявили, что всем учащимся надлежит собраться на спортивной площадке.
Фэн Цзичу по привычке затесалась в самый хвост толпы, равнодушно разглядывая тех, кто возвышался на возвышении.
— Сегодня мы собрали всех здесь из-за инцидента месячной давности, когда Ли Тинтин умышленно причинила вред Гу Цзичу. Решением руководства школы Ли Тинтин объявляется строгий выговор с занесением в личное дело. Она обязана принести публичные извинения перед всей школой и лично перед ученицей Гу Цзичу!
Ученики внизу зашушукались, перешептываясь и показывая на Ли Тинтин пальцами.
Попав под перекрестный прицел сотен взглядов и поминутно улавливая летящие в ее адрес обрывки фраз, Ли Тинтин залилась краской стыда, ее колотила мелкая дрожь.
— Я искренне раскаиваюсь в своем поступке... Я не должна была намеренно вредить однокласснице Гу Цзичу и сталкивать ее с лестницы... Я...
Запнувшись на полуслове, Ли Тинтин торопливо дочитала по бумажке заготовленный текст и тут же отпрянула назад. Ей пришлось извиняться перед человеком, которого она ненавидела больше всех на свете! Это было в тысячу раз мучительнее смерти!
Гу Цзичу, ну погоди у меня!
Сегодняшнее унижение я верну тебе сторицей, и очень скоро!!
Директор бросил еще пару дежурных фраз о недопустимости подобных происшествий, о том, что товарищи должны помогать друг другу и жить дружно, после чего объявил о роспуске линейки.
На сегодня у Гу Цзичу больше не было занятий, однако возвращаться в семью Гу ей вовсе не улыбалось — стоило переступить порог дома, как пришлось бы снова изображать пай-девочку.
Фэн Цзичу отправилась в школьную библиотеку и бегло просмотрела несколько книг по специальности финансовое дело. В конце концов, в ее родном мире царил апокалипсис, и вся экономическая система давно лежала в руинах.
— Проклятая Гу Цзичу, ууу... — сквозь щель между книжными стеллажами донесся всхлипывающий голос Ли Тинтин.
— Тинтин, перестань плакать, у тебя уже глаза опухли.
Судя по голосу, собеседником был тот самый Симэнь И.
Фэн Цзичу приподняла брови. Какое удивительное совпадение.
— Братец И, ты же сам сегодня всё видел! Как она унизила меня, я ведь потеряла все лицо, ууу...
— Тинтин, прости меня... Я такой никчемный, ничем не смог тебе помочь...
— Братец И, что ты такое говоришь! Ты же самый дорогой для меня человек, разве Тинтин может на тебя сердиться? Если кого и винить, так только эту сучку Гу Цзичу!!
В глазах Ли Тинтин мелькнул зловещий огонек: сегодня она непременно заставит Гу Цзичу заплатить за то, как та унизила ее!
Бах!
Стоявший рядом с ними массивный книжный шкаф внезапно рухнул набок, погребая обоих под деревянными обломками и градом книг.
— А-а-а!!
Истошный крик мгновенно взбудоражил всю библиотеку. Перепуганные школьники бросились на помощь, оттащили тяжелые полки и принялись вытаскивать пострадавших, чтобы отправить их в медпункт.
Фэн Цзичу прислонилась плечом к колонне, с ленивым любопытством наблюдая за суетой.
— Хозяйка, зачем ты только что уронила весь стеллаж? А если кто-нибудь видел? — испуганно затараторил Туаньтуань.
— Камера в этот момент как раз отвернулась в другую сторону, — последовал невозмутимый ответ. Значит, процесс никто не зафиксировал.
— ... — Туаньтуань лишь вздохнул: — До чего же ты коварна, хозяйка!
— Пойдем, делать здесь больше нечего.
Бросив книгу на ближайший стол, Фэн Цзичу неторопливо направилась к выходу.