— Младший президент Су, я считаю, что в нашем вчерашнем плане ещё многое нужно доработать. К примеру, целевая аудитория для вашего салата-латука требует дополнительного обсуждения.
Он никогда не пробовал такого вкусного салата-латука. Вскоре после еды он почувствовал ясность в голове и бодрость, словно мог работать всю ночь напролёт.
Возможно, это было самовнушение, но нельзя отрицать, что салат-латук, выращенный Су Маньань, был действительно вкусным.
Те богатые люди больше всего готовы тратить деньги на удовольствия в еде и развлечениях. Такой салат-латук, стоит ему появиться на рынке, непременно завоюет его.
У него даже возник порыв попросить Су Маньань арендовать ещё больше земли для посадок.
Лучше бы она вообще не сажала чеснок, а засадила всё салатом-латуком.
Су Маньань, как раз собиравшаяся выйти подкормить чеснок, была одета в розовую стёганую куртку в цветочек, купленную Су Цзяньминем для работы, на голове — соломенная шляпа, в руках — два ведёрка. Сяо Бай похрюкивал в правом ведре.
Они с собакой, увидев ранним утром на пороге Юань Хунбиня, застыли с одинаковым выражением лиц.
Выслушав просьбу Юань Хунбиня, который непременно ждал её у порога с самого утра, Су Маньань без тени колебаний отвергла его предложение: — Не надо. Это обычный салат-латук, незачем делить его на сорта. И у богатых, и у простых людей один рот и один желудок для переваривания пищи. Ничего особенного.
— Ты можешь говорить что угодно, но я своего решения не изменю.
— Но если пойти по элитной линии, прибыль будет больше. Я попробовал тот салат, что ты дала вчера, и ручаюсь: сейчас на рынке нет ни одного салата, который мог бы сравниться с твоим сортом.
— Имея за спиной такую уникальность, мы сможем заработать гораздо больше.
— Мы могли бы даже выкупить последующие поставки у семенной компании.
Однако Су Маньань ответила ему непреклонной улыбкой: — Но я хочу, чтобы как можно больше людей попробовали овощи, которые я вырастила. Какой смысл, если всё будет монополизировано одной группой?
— Но…
— Всё, решено. Иди, занимайся делами. Я перевела тебе на карту ещё денег, пользуйся пока, закажи всё необходимое. Если не хватит, прямо говори мне. Если доводы будут разумными, я не откажу.
Юань Хунбинь был человеком умным и мгновенно сделал шаг назад: — Хорошо.
Он не понимал, почему Су Маньань отказывается от такой прекрасной возможности заработать. Следуя элитной линии, порцию салата-латука в двести граммов можно было бы продавать за тысячу юаней.
А следуя народной линии, можно и не окупить вложенные на начальном этапе средства. Окупиться за два года — и то удача.
Только вот он всего лишь наёмный работник. Раз начальница не желает принимать его предложение, настаивать он не вправе.
Главное, чтобы его зарплату не урезали.
С этой мыслью Юань Хунбинь тут же настроился должным образом.
И продолжил работать.
Су Маньань тоже занялась дальнейшим уходом за чесноком. Сейчас ростки уже взошли, примерно с мизинец длиной.
В это время они самые уязвимые. Не уследишь — и они вмиг погибнут у тебя на глазах.
Закончив с подкормкой, она вернулась домой. Су Цзяньминь уже приготовил обед.
Салат-латук на столе был неизменным блюдом каждый день.
Ежедневно поедая его, Су Маньань чувствовала, что её кожа заметно улучшилась. Без всяких косметологических процедур она стала гладкой, как очищенное яйцо.
Да и Су Цзяньминь с каждым днём выглядел всё бодрее.
Оба молчаливо не касались этих перемен.
После еды Су Маньань придвинула стул к Су Цзяньминю и стала наблюдать, как он нанизывает сорванные стручки перца на нитку, протыкая иглой плодоножки, чтобы затем развесить гирлянды под карнизом для просушки.
Су Цзяньминь по одному её виду понял, что она хочет ему что-то сказать.
Но он не спешил начинать разговор, решив подразнить её молчанием.
— Дедушка, почему ты не спрашиваешь, зачем я уселась рядом?
— Ты разве не каждый день так делаешь? Я привык.
— Так спроси, что у меня за дело.
— Не хочу.
— Дедушка, я собираюсь стать блогером, снимать короткие видео, делиться своей повседневной жизнью. Ты ведь обещал помогать мне со съёмками! Обещанного три года ждут?
— Что интересного можно показать в твоей жизни: поела, поспала, поела? Ты сбиваешь с толку подрастающее поколение, подаёшь дурной пример.
— Я просто хочу показать всем хронику падения богатой наследницы.
Су Маньань улыбнулась.
— Дедушка!
В самый обычный полдень люди, немного поработав, потянулись за телефонами, чтобы немного расслабиться.
Привычно открыв приложение с короткими видео, они услышали звонкий женский голос, крикнувший «Дедушка!», который невольно привлёк их внимание.
В видео первым появился Сяо Бай. Камера запечатлела, как он, испугавшись этого крика, подскочил на месте, оторвав все четыре лапы от земли.
Затем кадр переместился, скользнув по двору. Мелькнувшие разноцветные хризантемы вызвали у многих восхищение.
— День-деньской «дедушка» да «дедушка», ты что, Тыквёнок переродилась? Что опять стряслось? — с наклейкой в виде собачки на лице в кадре появился Су Цзяньминь.
— Иди скорее посмотри на мой чеснок! С ним беда.
Су Маньань потянула Су Цзяньминя за рукав, и в глазах зрителей выходило, будто он идёт следом за камерой.
【Трёхминутное видео, а я всё думаю: что же делать, если чеснок заболеет?】
【Оказывается, чеснок можно сажать вместе с кинзой? Я впервые об этом слышу.】
【Это же чесночные стрелки, почему их называют чесноком?】
【Голос девушки в видео очень сладкий, особенно когда она зовёт дедушку. Будь я её дедушкой, моё сердце, наверное, растаяло бы.】
【Судя по количеству подписчиков, это новый аккаунт. Ещё один блогер о деревенской жизни? Хотя дедушка не показывает лица, по голосу слышно, как он снисходителен к внучке в своём ворчливом тоне. Завидую.】
【Я вспомнил своего дедушку. Он тоже был таким серьёзным, но ко мне относился очень хорошо. Дедушка, в этом году тебе уже пять лет.】
【Ну зачем ты так! Я только что ржал как ненормальный, а ты одной фразой выбила меня из колеи.】
Су Маньань наняла для монтажа видео первокурсницу из своего же университета. В их элитном вузе учились и простые студенты, поступившие благодаря блестящим успехам.
Все они были отчаянными трудоголиками, каждый год получали стипендии.
Дав им эту работу, она, во-первых, помогала им поправить финансовое положение, а во-вторых, мастерство этих девушек ничуть не уступало профессиональным монтажёрам.
В их работах не было шаблонной отточенности, они привносили в монтаж собственное видение и вкус.
Су Маньань просмотрела видео всего один раз, заплатила и сразу же загрузила ролик.
Заодно договорилась о дальнейшем сотрудничестве.
Однако после загрузки видео у неё не было времени следить за его судьбой. Все мысли были заняты посаженным чесноком — от него зависела её жизнь. Любая потеря была для неё как нож в сердце.
Ещё несколько дней назад ростки были ярко-зелёными, но в одно мгновение на листьях появились жёлтые пятна. Где-то лишь крошечные крапинки, а где-то лист пожелтел целиком.
Увидев это, сердце Су Маньань разрывалось на части.
— Не хмурься, — сказал Су Цзяньминь. — Это вирусная болезнь чеснока. Если во время всходов стоит жаркая погода, она проявляется сильнее. Последние дни осени температура поднимется. Я принёс лекарство, пойдём, опрыскаем вместе.
Су Маньань вся поникла, встала и, волоча ноги, поплелась за Су Цзяньминем разбрасывать лекарство.
Причиной её подавленности была не только болезнь чеснока. Другой причиной было то, что срок дедушкиного испытания приближался. С каждым днём становилось всё холоднее, и её тревога росла.
Каждое утро, вставая, она проверяла лекарство, выданное Системой, и всегда носила его с собой.
Стоило Су Цзяньминю хоть на миг исчезнуть из поля её зрения, как её охватывала паника.