До пятнадцатилетия Шэнь Гуан еще оставалось какое-то время, и по-хорошему спешить было некуда, но кто заставлял ее теперь быть императрицей? Вопрос с ее потомством закономерно превратился из семейного дела в государственное.
Если Жуань Сянь заговорила об этом, то лишь потому, что в последнее время немало жен сановников тайком или в открытую расспрашивали ее, желая пристроить сыновей и племянников.
Даже если бы они решили оставить ребенка себе, а отца отправить восвояси, отправленные ими парни не принадлежали к главным ветвям родов, так что они бы особо ничего не потеряли.
Глава 376