Эту проблему тоже легко решить: побудешь моим парнем — то есть, прости, девушкой — целый год, пока я как следует не натешусь! — Му Цзюньхэн убрал улыбку и холодно произнес.
Линь Ии с полминуты молчала, в ее маленькой головке лихорадочно соображала мысль.
Этот паршивец! Стоило мне провести с ним одну ночь, как он захотел, чтобы я прислуживала ему целый год! Старый лис!
Но… сейчас без его согласия мне не выпутаться, к тому же месть еще не свершилась, а за душой ни единой опоры…
К тому же на покупку дома требуется уймища денег, а у этого старого лиса и жилье есть, и средства, так что я еще и сэкономлю.
Почему бы и нет? Найду его своей опорой!
Интересно, лопнут ли от злости те свихнувшиеся циники из семьи Линь, ха-ха!
В Цхае с его влиянием никто не сравнится, богат, могуществен, да еще и хорош собой, а главное — в сердечных делах до сих пор чист!
— Хорошо! Я согласна на твои условия!
Му Цзюньхэн кивнул, и на его лице появилась очаровательная улыбка.
— Сюй Юань! Контракт!
Услышав призыв, Сюй Юань поспешно принес документ, который шеф велел ему подготовить еще прошлой ночью.
Войдя в комнату, он бросил взгляд на Линь Ии.
Эта девчонка такая худенькая и хрупкая, словно страдает недоеданием — с чего это шефу нравиться такой тип?
Прошлой ночью шеф заявился к нему полуголый и велел ущипнуть себя за грудные мышцы!
Бедный Сюй Юань тогда весь покраснел, решив, что шеф предпочитает мужчин!
А шеф лишь холодно бросил: «Не хочешь щипать — можешь поцеловать, но чтобы остались отметины, такие, которые не исчезнут к завтрашнему утру…»
И в итоге они оба принялись друг друга щипать…
Неужели шеф пустился на все эти ухищрения только ради того, чтобы удержать эту женщину?
Почему-то она напоминает тех девиц, что раньше пытались пробраться к шефу в постель?
Му Цзюньхэн взял контракт, вытащил ручку, размашисто расписался и приложил отпечаток пальца.
Затем он протянул бумагу Линь Ии.
Этот старый лис, оказывается, даже договор заранее подготовил — сидел и ждал, как бы меня в ловушку поймать!
Способен поднять руку даже на бывшую племянницу своего зятя, ну просто подлец!
Она взяла ручку и, ни секунды не колеблясь, поставила свою подпись и отпечаток.
— Младший дядюшка, я пока не могу переехать жить к тебе, в семье Линь еще кое-что не улажено. Подожди меня несколько дней, это ненадолго! — неторопливо произнесла Линь Ии.
Му Цзюньхэн просиял лицом:
— Хорошо! Я буду ждать тебя!
— Доставай телефон! Оставим контакты, чтобы было проще связаться!
С этими словами Му Цзюньхэн сам вытащил из рук Линь Ии ее аппарат.
— Разблокируй!
После этого он занес свой номер в ее записную книжку.
И специально подписал: «Любимый».
Затем с абсолютно невозмутимым видом вернул телефон владелице.
Линь Ии взяла гаджет, подхватила пакеты с покупками, сделанными во время вчерашнего шоппинга, и зашагала к выходу, не оглядываясь.
— Подожди! Это тебе! — Му Цзюньхэн бросил ей связку ключей от машины.
Линь Ии поймала их:
— Спасибо, младший дядюшка!
Вслед ей донеслись слова Му Цзюньхэна:
— Если кто-то посмеет тебя обидеть — смело обращайся ко мне!
Не оборачиваясь, Линь Ии показала через плечо жест «окей» и быстрыми шагами удалилась.
Прошлой ночью она не ночевала дома, и семье Линь об этом явно не скажешь правду.
По возвращении ее наверняка встретят буря и натиск, едкие насмешки и упреки.
Линь Ии покачала головой, отбросив лишние мысли, открыла дверцу и опустилась на сиденье этого Porsche Cayenne.
Му Цзюньхэн стоял у окна на втором этаже и наблюдал, как она, резко вдарив по газам, сорвалась с места.
Какая лихая, прямо настоящий маленький леопард!
Линь Ии неслась вперед на всех парах, и спустя добрых полчаса автомобиль остановился у особняка семьи Линь.
Заперев машину и прихватив трофеи, она прямиком направилась внутрь.
Едва она переступила порог, как выяснилось, что все семейство собралось в гостиной на первом этаже: помимо родителей Линь, Линь Ваньвань, старшего и второго брата, там присутствовал посторонний человек — Си Хуайчжи.
Заметив вошедшую Линь Ии, все сперва замерли от неожиданности!
Тут же Линь Ваньвань подскочила к ней:
— Сестрица, как ты могла не ночевать дома? Папа с мамой так за тебя волновались! Мы звонили, но телефон был недоступен, где ты пропадала?!
— Линь Ии, ты только в первый же день вернулась домой и уже посмела не ночевать здесь, совсем страх потеряла? — в глазах Линь Синнаня читалось яростное раздражение.
— На колени! Неблагодарная девчонка, как ты смела провести ночь вне дома, ты опозорила семью Линь! — взревел отец Линь.
Дождавшись, пока они выговорятся, Линь Ии неторопливо произнесла:
— Ночевала у подруги!
— И вы всей толпой раздули из мухи слона, устраивая тут судилище? Вам самим не смешно?
— Мерзавка! Вы слышите, она вообще по-человечески разговаривает?! — от гнева у отца Линь затряслись руки.
— Ии, как ты можешь так дерзить отцу! В конце концов, ты сама виновата! — бросила на нее косой взгляд мать Линь.
Линь Ии холодно усмехнулась:
— Я опозорила семью Линь? Да семья Линь потеряла всякий позор еще два года назад!
Линь Синбэй не выдержал и шагнул вперед:
— Два года назад? И у тебя хватает совести об этом вспоминать? Ты сама во всем виновата, потому что угодила за решетку, вот тогда-то позор и лег на нас!
Линь Ии, прихрамывая, уже собиралась подняться наверх с пакетами, но, услышав слова Линь Синбэя, замерла на месте, резко развернулась и посмотрела на него свысока:
— Ха-ха! А вы сами-то помните, кто на самом деле должен был сесть два года назад?
— Если я помалкиваю, вы и впрямь возомнили меня дурой? Линь Ваньвань оклеветала меня, фальшивую приемную дочь, неужто вы всерьез надеялись повесить это преступление на меня?!
Присутствующие внизу переглянулись, потеряв дар речи!
Два года назад, после долгих расспросов и проверки записей с камер видеонаблюдения, Линь Ваньвань сама призналась семье в том, что оговорила Линь Ии!
— Ты… ты просто пытаешься выкрутиться! — голос Линь Синбэя стал заметно тише.
— Ладно, оставь ее! Между нами и ею уже пролегла пропасть, — тихо произнесла мать Линь.
Взгляд Линь Синнаня потемнел, и он молча вышел из комнаты.
Этот инцидент был единственным, за который его мучила совесть!
Увидев, как хромает Линь Ии, Си Хуайчжи почувствовал, будто его сердце сжало тисками, стало трудно дышать.
Линь Ии поднялась в свою комнату, заперла дверь.
Она аккуратно развесила по шкафу вчерашние покупки и переоделась в домашнюю одежду.
Включив компьютер, она зашла в писательский кабинет.
За сутки накопилась очередная тысяча комментариев с требованиями продолжения и новых глав.
Отыскав одну из заброшенных книг, Линь Ии бегло просмотрела сюжет, а затем выложила две главы, написанные еще до отправки за решетку.
После этого она принялась дальше стучать по клавишам: как бы то ни было, сейчас главным оставалось зарабатывание денег, к тому же ей было жалко преданных фанатов, которые так долго ее ждали.
Вскоре раздался стук в дверь.
Линь Ии встала, чтобы открыть, и к своему величайшему удивлению обнаружила на пороге не Линь Ваньвань, а Си Хуайчжи!
Лицо Линь Ии тут же исказилось от брезгливости:
— Тебе чего здесь нужно?
— Ии, я пришел сказать пару слов. Скажи, что случилось с твоими ногами? — тихо спросил он.
— Охромела! Доволен теперь? Вы все здесь — палачи!
Линь Ии горько усмехнулась.
— Ии, поверь, я никогда не желал тебе тюрьмы! Отмена помолвки — это решение семьи, но в моем сердце ты всегда была одна! — его лицо выражало крайнюю степень отчаяния.
— Ха! Си Хуайчжи, к чему этот фарс? Все уже свершилось, а теперь ты заявляешь, что это не твоя воля? Если бы я сгинула в той тюрьме, у тебя нашелся бы шанс приносить извинения?
Линь Ии смотрела на него ледяным взглядом.
— Ии, как ты можешь так говорить? И моя семья, и дом Линь предупредили тюремное руководство, нам пообещали приглядывать за тобой!
Его слова вызвали у Линь Ии лишь издевательский смешок:
— Приглядывать? И как же именно? Вот так?
С этими словами она закатила рукава, обнажив предплечья, покрытые бесчисленными шрамами и блеклыми рубцами!
— Или вот так приглядывать?
Она задрала штанину, демонстрируя синюшные следы и застарелые травмы на ногах.