Сян Гуйхуа была в полном отчаянии! Слыханное ли дело, чтобы родители ограничивали дочерей и сыновей, свекровь со свёкром изводили невестку, но чтобы бабушка, дяди и тётки ограничивали?! А тут ещё эта пакостница! С трудом подавив желание выплюнуть кровь, она выдавила:
— Не надо в управу, только прошу старосту и уважаемых старейшин рассудить, при всех честных людях исключить этих негодяев из рода! Остаток дней — жить-умирать, не видеться! Я считаю, что не рожала его…
— Да разве ж это годится?! — никто не ожидал, что против такого исхода выступит именно Линь Ци. Эта особа, уперев руки в боки, принялась страстно вещать: — Так не пойдёт! Дело Линь Сюшаня и Ма Чуньсин — уже не только дело семьи Линь Сян! И не только нашей деревни Сюшуй! Влияние крайне серьёзное, характер — отвратительнейший! Кучка пиявок, живущих на чужой шее, ещё и смеют подобно кукушкам занимать чужое гнездо, да ещё и нападать с ограблением! Думают, что у нас в деревне жители — лёгкая добыча?
В других местах мне плевать, но в Сюшуй я такого не допущу! Если сегодня не отправить Ма Чуньсин и Линь Сюшаня в уездную управу, то в следующий раз ваши приживалы-родственники возьмут с них пример! Смогут ли тогда жители нашей деревни жить в покое и достатке?
Тут она обернулась и заметила Сян Гуйхуа. В глазах той сверкала ярость, брови изогнулись и задрожали — было видно, что она на грани ярости и полной потери самообладания. Эта же особа, что редко кого утешала, всё же снизошла:
— Слушай, Сян Гуйхуа, мысль у тебя неправил…
Глава 291