Вечером третьего дня первого лунного месяца город утопал в мирной новогодней атмосфере, а пестрые огни украшали улицы и переулки. По приглашению Цзян Ди Ян Ланьшэн ступил на порог тихой и роскошной главной гостиной ее особняка. Едва он вошел, как следовавшая за ним женщина-водитель тихо притворила дверь, отрезая шум внешнего мира.
Внутри было тепло, как весной, и во всех углах разливался мягкий воздух от батарей. Ян Ланьшэн поднял глаза и увидел, что Цзян Ди лежит на диване прямо в одежде, а изящные туфли небрежно валяются в стороне. Он знал, что Цзян Ди только вчера вечером вернулась на скоростном поезде из Пекина в уезд Пинъюань, а сегодня с самого утра без отдыха моталась по различным ведомствам с инспекциями. После такого утомительного дня она, должно быть, валилась с ног от усталости. И хотя в доме царила комфортная температура, спать вот так, не раздеваясь, было верным способом простудиться. Сердце Ян Ланьшэна наполнилось нежностью и жалостью. Стараясь не потревожить Цзян Ди и ступая предельно тихо, он бережно взял мягкое покрывало, сложенное на спинке дивана, и аккуратно укрыл ее.
— В кухне слева есть всё необходимое, спасибо за твой труд, — промолвила Цзян Ди, словно почувствовав движения Ян Ланьшэна. Ее длинные ресницы едва заметно дрогнули, но глаза она открывать не стала, а на лице заиграла улыбка полного удовлетворения. Этот голос, мягкий словно весенний ветерок, легко коснулся сердца Ян Ланьшэна.
Глава 236