Гу Минсюэ говорила всё более и более возбужденно, в её словах даже проскользнула истерика.
Гу Минси был совершенно ошеломлен.
Лишь спустя долгое время он пришел в себя:
— Гу Минсюэ, ты что такое несешь? Какое банкротство? Какое перерождение? У тебя с головой всё в порядке?
Эти слова Гу Минсюэ полностью выходили за рамки его понимания.
— Считай, что я несу чушь…
Гу Минсюэ замолчала, с удивлением обнаружив, что снова может контролировать собственный рот.
Но всё, что следовало и не следовало говорить, уже было произнесено.
Поэтому она решила воспользоваться моментом и высказать всё до конца.
— С этого момента мы с семьей Гу больше не связаны. Каждый идет своей дорогой — так будет лучше.
Сказав это, она собралась подхватить чемодан и уйти.
Гу Цзю подняла руку и преградила ей путь:
— Раз уж мы больше не связаны, неужели ты заберешь с собой вещи семьи Гу?
Лицо Гу Минсюэ окаменело, но, вспомнив нынешнее положение своей младшей тетушки, она все же сжала зубы и с силой оттолкнула чемодан.
— Не больно-то и хотелось!
С этими словами она хромая удалилась.
Гу Минси к тому моменту уже совсем растерялся, застыв в стороне и забыв ее остановить.
Гу Цзю бросила взгляд на удаляющуюся спину Гу Минсюэ, шагнула через чемодан и вернулась в свою комнату.
Она внимательно понаблюдала за Гу Минсюэ: в той не было ни капли духовной энергии, она не была мастером циань.
Под действием заклинания правды.
Вся эта история с перерождением, должно быть, сущая правда.
Иначе она не стала бы говорить так уверенно и подробно.
Раз так, значит, пространство и время искривились, вернувшись в определенную точку.
И ничего хорошего в этом не было.
Гу Цзю опустила взгляд на собственные руки и беспомощно тяжело вздохнула.
В конце концов, она только-только пробудилась: какое-то захудалое заклинание правды — а духовная энергия рассеялась с такой скоростью, что ее хватило всего на три минуты.
Когда-то давным-давно, тысячелетие назад, Гу Цзю уже вознеслась, пережив две грозовые небесные кары тысячелетия.
Однако за последние несколько сотен лет подношений становилось все меньше, а духовная энергия в мире стремительно угасала.
Добавив к этому полученные раны и потерю Камня Сбора Духов, она просто не смогла выстоять, когда пришла новая небесная кара.
И тогда она оказалась здесь.
Став настоящей госпожой из семьи Гу, которую в младенчестве выкрали и подменили.
Три месяца назад приемные родители попытались использовать ее жизнь, чтобы поправить удачу своего дома.
Именно в тот критический момент, когда решался вопрос жизни и смерти, она пробудилась, вспомнив события, предшествовавшие небесной каре, и частично восстановила духовную энергию.
Конечно же, у приемных родителей Гу Цзю, пожелавших переломить судьбу за счет жизни небожительницы, не могло быть хорошего конца.
Они оба погибли от обратного удара.
Кто бы мог подумать, что, вернувшись в собственный дом, она столкнется с чем-то подобным.
Гу Цзю отчетливо помнила, что до того, как подвергнуться небесной каре, человеческая метафизика была в упадке, и ничего подобного в те времена не наблюдалось.
Прошло всего восемьнадцать лет, а все изменилось до неузнаваемости.
Она невольно вспомнила ту грозовую кару…
Гу Цзю умывалась в комнате, как вдруг услышала за дверью шуршание.
Кто-то туда-сюда ходил у нее под дверью.
Переодевшись, она распахнула дверь.
И как раз вовремя: Гу Минси как раз поднял руку, намереваясь постучать.
— Цзю… Цзюцзю…
Гу Минси опустил руку, почесал затылок и неловко заулыбался.
Даже имя Гу Цзю давалось ему с запинкой, непривычно и коряво.
— Что-то нужно? — спросила Гу Цзю.
— Эм… Ни… Ничего особенного…
— Если ничего особенного, зачем ты столько раз туда-сюда прошелся под моей дверью? Физической культурой занимаешься?
Гу Минси никак не ожидал, что Гу Цзю всё расслышала, и его уши мгновенно покраснели.
Уставившись в пол и словно приняв какое-то волевое решение, он выпалил:
— То, что произошло сегодня — я просто неправильно тебя понял! Я пришел извиниться. Утром я увидел отрывок ее стрима и поддался комментариям в интернете, свалив всё на тебя. Прости!
— Ох… — равнодушно отозвалась Гу Цзю.
Гу Минси мысленно перебирал множество возможных реакций Гу Цзю, но ему и в голову не приходило, что она ответит именно так.
Он резко поднял голову и неуверенно переспросил:
— Ох… Это значит, ты простила?
Гу Цзю произнесла:
— Я вовсе не держу зла.
— Правда? — глаза Гу Минси засияли.
Гу Цзю продолжила:
— В конце концов, при твоем прямолинейном уме требовать, чтобы ты в чем-то сам разобрался — это было бы слишком жестоко по отношению к тебе.
Гу Минси показалось, что Гу Цзю его оскорбляет.
Ему захотелось возразить.
Но, подумав немного, он понял, что Гу Цзю, пожалуй, говорит чистую правду…
Мало того, что он сам ничего не разглядел, так еще и примчался сломя голову отстаивать справедливость для Гу Минсюэ.
Гу Минси оставалось лишь закрыть рот и отказаться от попыток спорить.
Он неловко потер руки:
— Я пойду. Завтра выступление, надо снова идти на репетицию танца.
— Подожди, — остановила его Гу Цзю.
Гу Минси протянул листок бумаги с начертанным знаком.
— Держи, это тебе.
— Что это? — Гу Минси взял талисман, и его глаза на мгновение заблестели. — Это мне?
Гу Цзю достала QR-код:
— Тысяча юаней.
Гу Минси на секунду опешил, но тут же нашел оправдание для себя.
Он решил, что Гу Цзю, должно быть, переживает за него.
В конце концов, то, что наговорила Гу Минсюэ, звучало довольно жутко.
Он даже поспешил успокоить Гу Цзю:
— Насчет этого можешь быть абсолютно спокойна! Я веду праведный образ жизни, у меня даже девушки никогда не было, не говоря уже о каком-то черном пиаре! Того, о чем говорила Гу Минсюэ, просто не может произойти.
— Невозможного не бывает. Когда человек попадает в полосу неудач, у него и сквозь зубы воду пронесет, — ответила Гу Цзю.
Гу Минси посмотрел на Гу Цзю, затем на талисман в своей руке и в конце концов решил оставить его себе.
— Не ожидал, что в таком юном возрасте ты окажешься такой суеверной.
— Тысяча, — снова напомнила Гу Цзю.
Гу Минси тут же достал телефон и перевел ей деньги.
Когда средства поступили на счет, Гу Цзю взглянула на экран: нужная сумма была увеличена ровно на два нуля.
— Лишнее.
Гу Минси ответил:
— Карманные расходы, оставь себе.
— Ох…
Гу Цзю не стала отказываться. Взглянув на черную ауму между бровей Гу Минси, она поняла, что одним талисманом здесь проблему не решить.
Пусть это послужит платой за будущую работу.
Но сначала ей нужно отыскать корень проблемы.
Только так удастся предотвратить то, о чем говорила Гу Минсюэ.
Иначе, даже если удастся временно избавить Гу Минси от неприятностей, из-за своей низкой удачи он неизбежно вляпается во что-нибудь еще.
Старшего брата Гу Минюня и третьего брата Гу Минсона Гу Цзю пока еще не успела повидать.
Впрочем, она полагала, что ситуация у них примерно такая же, как у Гу Минси.
Переступив порог дома еще вчера, Гу Цзю уже успела сделать примерный осмотр.
К счастью, источник проблемы крылся прямо здесь, под этой крышей.
Это избавило ее от необходимости тратить лишнее время на поиски.
Стоило Гу Цзю подойти к лестнице, как она столкнулась с Е Ваньцзин.
— Привыкла к новому месту? Спится хорошо? — поинтересовалась Е Ваньцзин.
Гу Цзю ответила:
— Нормально.
Е Ваньцзин осторожно переспросила:
— Не найдется ли у тебя времени съездить с мамой в город? Мы могли бы пройтись по магазинам, купить тебе новую одежду и предметы первой необходимости.
В ее голосе всё еще звучала чуждая ей робость и некоторая зажатость.
Они узнали о существовании Гу Цзю совершенно внезапно — лишь вчера, после того как долго ехали на машине, чтобы забрать ее из небольшого уездного городка.
Домой они вернулись уже ближе к полуночи.
У них хватило времени лишь на то, чтобы подготовить для Гу Цзю комнату.
Они еще не успели купить ей всё необходимое.
И тем более не успели как следует узнать друг друга и сблизиться.
Глядя на слегка покрасневшие глаза Е Ваньцзин, Гу Цзю произнесла:
— Можно я сначала немного осмотрюсь дома?
— Конечно можно! — тут же ответила Е Ваньцзин. — А я и забыла! Мама покажет тебе всё здесь!