У неё не было причин упрекать его. Он был прав: то, что он помог ей выдать справку, уже было проявлением доброты, и он не был обязан помогать в чём-то еще.
Лежавшие на столе лекарства постояли уже какое-то время, и если не выпить их сейчас, они остынут.
Гу Сичэн поднял пиалу с отваром, закинул голову и осушил её до дна.
— Я предложу тебе один выход.
Что?
Чи Иньинь остолбенела и подняла на него глаза.
Гу Сичэн опустил пиалу и вытер уголки рта бумажной салфеткой:
— Сходи к госпоже У и скажи, что ты — моя женщина.
Даже если не жена Гу, самого этого звания — «женщина Гу Сичэна» — будет достаточно, чтобы ты могла ходить гоголем по всему Цзянчэну.
Старая песня на новый лад.
Опять предложить ей стать его любовницей?
Ходить гоголем?
Чи Иньинь пришла в ярость:
— Как это — ходить гоголем? Если твои подружки об этом узнают, разве они меня на куски не порвут? Разве позволят мне ходить тут гоголем?
— Хе-хе.
А Гу Сичэн в ответ рассмеялся.
Чи Иньинь уставилась на него:
— Чего ты смеешься?
— Прости. — Гу Сичэн изо всех сил старался сдержать улыбку. — Я хотел сказать, что о такой вещи, как быть разорванной на куски, стоит задумываться только *после* того, как станешь моей женщиной. Думать об этом сейчас ещё слишком рано.
— !
Чи Иньинь опешила и разозлилась еще сильнее.
Этот мужчина стал еще более невыносимым, чем три года назад!
— Не переживай.
Гу Сичэн встал и протянул руку, чтобы ущипнуть её за щеку.
— Если ты будешь со мной, я непременно буду лелеять тебя больше всех, никому не позволю п…
Глава 197