Му Мяньмянь изначально, услышав первую фразу, почувствовала себя чуть лучше, но от второй её снова едва не хватил удар. Однако что она могла поделать? Переворачивать стол — слишком невоспитанно, а ругаться её словарный запас не позволял. По её изящному личику было прекрасно видно, насколько бурные страсти бушуют у неё в душе.
Шэнь Си поймала себя на мысли, что даже перестала её так сильно ненавидеть:
— Мисс Му, вы действительно ничего не хотите съесть?
— Больше не хочу! От одного вашего вида аппетит пропал! В следующий раз, когда увижу тебя, я точно с тобой церемониться не стану! А ты, брат Янь, — как ты мог поступить подобным образом?!
На это просто невозможно было смотреть!
Му Мяньмянь со злости топнула ножкой, схватила сумочку и выбежала прочь.
—… — Шэнь Си посмотрела в сторону, где она скрылась, затем перевела взгляд на Мо Сыяня и приподняла бровь: — Не побежишь за ней?
Мо Сыянь неторопливо опустил вилку, и на лице его застыл насмешливый взгляд, устремлённый на Шэнь Си:
— Довольна? Малышка, говорящая одно, а думающая о другом.
— И в мыслях не было. — Впрочем, Шэнь Си вовремя решила остановиться: — Но ты правда уверен, что всё в порядке, если ты не пойдёшь за ней? Мисс Му выглядит очень расстроенной.
— Разве не этого ты добивалась?
— Ладно, признаю, мне было чуточку радостно. Совсем капельку. — Шэнь Си показала пальцами левой руки крошечный промежуток, подтверждая, что радости у неё и впрямь было самую малость.
Мо Сыянь посмотрел на её сияющие, темные и влажные, подобно гладкому стеклу глаза, и не удержался от тихого смешка.
В этот момент Линьюань подошел к нему и о чём-то тихо зашептал на ухо.
Очевидно, случилось что-то важное, раз они прибыли сюда.
Шэнь Си проявила полное понимание:
— Я и сама прекрасно доберусь домой. Если у тебя дела, можешь идти.
Мо Сыянь поднялся и отдал приказание Линьюаню:
— Отвези мисс Шэнь в больницу.
— Слушаюсь.
— Ой, я не в больницу, я хочу домой. Третий господин, не беспокойтесь, я буду вести себя послушно.
В конце концов Мо Сыянь согласился и позволил Линьюаню отвезти её домой.
*
Шэнь Си стояла в прихожей и смотрела на место, где прожила больше двадцати лет, — такое до боли знакомое и в то же время чужое.
Из кухни вышла женщина с мягким выражением лица:
— Вторая барышня, вы вернулись? Проходите скорее.
В нынешнем клане Шэнь: Шэнь Фантин, Цзи Жулань и Шэнь Янь угодили в изолятор, а Шэнь Юэ уехала за границу — стояла чересчур тихая, зловещая обстановка.
Шэнь Си улыбнулась и позвонила женщине, которая помогла ей добраться до дивана:
— Тётушка Сун, спасибо вам.
— Что за глупости говорит вторая барышня? Я просто делаю то, что должна. Если бы не госпожа, разве была бы я той, кто я есть сейчас? — Тётушка Сун посмотрела на многочисленные раны на теле Шэнь Си, и на её лице отразилась глубокая боль: — Ну что за звери! Как они могли так жестоко изувечить вас!
В глазах Шэнь Си на мгновение мелькнуло жаждущее крови выражение:
— Ничего, тётушка Сун. Они должны мне, и пришло время возвращать долги. Я поднимусь наверх немного отдохнуть.
— Хорошо.
Вернувшись в комнату, Шэнь Си подошла к прикроватной тумбочке и открыла потайное отделение. Внутри лежал совершенно прозрачный браслет из кровавого нефрита.
Она взяла его в руки и принялась вертеть. Насквозь пропитанный кровью браслет выглядел невероятно соблазнительно и зловеще — точь-в-точь как улыбка на её губах, в которой таилась поразительная красота.
Это и был тот самый браслет, который оставила ей Фу Ваньцин, а в эту ловушку Шэнь Янь полезла совершенно добровольно.
Она нарочно оставила в шкатулке с драгоценностями улику против Шэнь Янь. Разумеется, завидев её, Шэнь Янь тут же тайком забрала вещицу. Затем Шэнь Си велела тётушке Сун завернуть разбитый браслет из кровавого нефрита в салфетку и выбросить в мусорное ведро в комнате Шэнь Янь, после чего вызвала полицию, предоставив запись. Улики были неопровержимы, воровка поймана с поличным, и Шэнь Янь не могла оправдаться ни единым словом.
Жалко только ту разбитую нефритовую вещицу — она ведь тоже стоила целое состояние. Конечно, по сравнению с тем браслетом, что лежал перед ней, та уступала в цене, но разбитый нефрит экспертизе поддавался с большим трудом. На этот раз она заставит Цзи Жулань и Шэнь Янь испить чашу до дна!
Убрав браслет на место, Шэнь Си получила на телефон электронное письмо. Бросив на него взгляд, она хлопнула себя по лбу: в последнее время происходило столько всего, что она совсем забыла про сдачу работы.
Словно ошпаренная, она подбежала к компьютеру и вытащила недорисованный макет дизайна.
Правая рука была травмирована, левой работать не получалось так же ловко, так что процесс шёл тяжело и муторно. Исправления, правки — пока она всё закончила, уже глубокая ночь перевалила за половину.
Отправив файл, она зевнула и потёрла ноющую от напряжения шею, как вдруг пришёл ответ с вопросом: не столкнулась ли она в последнее время с какими-то неприятностями.
Шэнь Си ответила одной рукой: Всё в порядке. И спасибо, что нашёл тот браслет, спиши деньги с моего счёта.
После этого она рухнула на кровать и провалилась в тяжелый сон.
На следующий день.
Её разбудил стук тётушки Сун в дверь.
Она схватила лежавший у подушки телефон — было всего восемь утра. Шэнь Си проспала меньше четырех часов. Охваченная сильным утренним раздражением, она бросила:
— Что случилось?
— Вторая барышня, вернулся хозяин. Ещё приехали старушка и старшая госпожа, вас просят спуститься вниз.
Шэнь Си села на кровати, и в её взгляде мелькнул острый, подобный лезвию ножа холод. Шэнь Фантин вернулся так быстро?
Это её немного удивило.
*
Старушка Шэнь на диване пылала гневом. Ее и без того выступающие скулы теперь казались ещё более злыми и мелкими, а сидевшая рядом с ней женщина, сплошь увешанная драгоценностями, была старшей дочерью старушки, старшей тетушкой Шэнь Си — Шэнь Синьцы. И пусть имя звучало благозвучно, сама она отличалась жестокостью и полным отсутствием жалости.
Что же до Шэнь Фантина, то после ночи, проведенной в изоляторе, он выглядел изрядно потрепанным: одежда мятая, волосы в беспорядке, на щеках пробилась щетина. Вид у него был жалкий, а на Шэнь Си он смотрел так, словно перед ним стоял злейший враг!
Шэнь Си неторопливо спустилась по лестнице, на ходу зевая:
— Бабушка, вы вернулись из путешествия? Хорошо отдохнули?
*
— Какое там хорошо! — едва открыв рот, старушка Шэнь излила потоки ярости. — Посмотри, что ты натворила! Где Шэнь Юэ? А ну зови её, пусть тоже спускается сюда!
На лице Шэнь Си играла сияющая улыбка, но глаза оставались ледяными:
— Сестра уехала за границу. Бабушка, поберегите себя, в вашем возрасте из-за пустяков может случиться кровоизлияние в мозг, а это ни к чему.
— Ты, ты… Ах ты маленькая дрянь! Смеешь проклинать меня? Ну я тебя проучу!
Старушка Шэнь схватила трость и замахнулась на Шэнь Си, но та ловко увернулась. В итоге удар старушки пришелся по стоявшей рядом вазе эпохи Жуяо — раздался звон, и фарфор разлетелся на куски.
Лицо старушки исказилось от боли, она едва не задохнулась:
— Эта маленькая негодница совсем отбилась от рук! Мало того что дерзит мне, так ещё засадила отца и сестру в тюрьму! Тварь!
— Что за глупости говорит бабушка? Разве папа не стоит здесь в полном порядке? — Шэнь Си равнодушно бросила взгляд на Шэнь Фантина.
Заросший щетиной Шэнь Фантин взбесился окончательно:
— Если бы твоя тётя не взяла всю вину на себя, думаешь, я бы сейчас стоял здесь? Немедленно поезжай в полицию и забирай заявление, чтобы тетю Лянь и сестру отпустили!
— Арестовывала полиция, улики железные. Если хотите их освободить, идите в полицию, — Шэнь Си скривила губы в усмешке, приняв ленивую позу с гордым и независимым видом. — Если больше вопросов нет, я пойду спать.
— Стоять! — сквозь зубы процедил Шэнь Фантин, тяжело дыша и глядя на неё волком. Спустя мгновение он всё же смягчил тон: — Чего ты добиваешься? Что нужно, чтобы ты забрала заявление?
Проблема была уже не только в Цзи Жулань и Шэнь Янь, но и в Ван Дафу.
Если Шэнь Си откажется забрать заявление, Ван Дафу продолжит сидеть под стражей, а таких последствий Шэнь Фантин вынести не мог.
Шэнь Си как раз и рассчитывала на это, а потому собиралась отхватить от них кусок покрупнее!
— Забрать заявление можно. Во-первых, Шэнь Янь разбила нефритовый браслет, оставленный мне мамой, и она обязана за него заплатить.
— Что? Ты хочешь сказать, что Шэнь Янь разбила твой браслет из кровавого нефрита? Да он же стоит больше десятка миллионов! — неожиданно вскочила молчавшая до этого Шэнь Синьцы.
Шэнь Си тяжело вздохнула, изображая глубочайшую скорбь:
— Да уж, тетушка, я пару дней назад носила его на экспертизу, его стоимость возросла уже до двадцати миллионов.
Услышав цифру в двадцать миллионов, старушка Шэнь и Шэнь Синьцы скривились так, будто у них свело зубы. Особенно Шэнь Синьцы — она ведь давным-давно положила глаз на этот браслет…
— Ах эта Яньян, совсем потеряла голову!
Шэнь Си украдкой промокнула уголки глаз:
— Это единственное, что осталось мне от мамы. Для меня он бесценен. Впрочем, я много не прошу: пусть Шэнь Янь выплатит мне компенсацию в пятьдесят миллионов, и на этом мы разойдемся.
— Ты с ума сошла? Пятьдесят миллионов?! — взревел Шэнь Фантин, вытаращив глаза на Шэнь Си. — Ты просто грабишь нас среди бела дня!
— Папа, неужели ты не знаешь, что нефрит дорожает со временем? Сейчас он стоит двадцать миллионов, а через пару лет может вырасти до сотен миллионов. К тому же этот браслет имеет для меня колоссальное значение. Если Шэнь Янь не согласна, ей придется и дальше сидеть в тюрьме. — Шэнь Си обиженно надула губы, и глаза её покраснели.
— Ты… ты… Откуда у Яньян столько денег?! — Шэнь Фантин чуть не падал в обморок от злости.
Шэнь Си легко улыбнулась:
— Нет денег? Тогда пусть расплатится своими акциями!
Пять процентов акций Корпорации Шэнь по текущей оценке даже не дотягивали до пятидесяти миллионов.
Шэнь Фантин остолбенел. В его взгляде, устремленном на Шэнь Си, мелькнуло замешательство — это были те самые акции, которые он втайне переписал на Шэнь Янь, и он никак не ожидал, что она об этом знает.
Но если сейчас не согласиться…
*
— Хорошо, я согласен! Немедленно едем забирать заявление!
— Папа, не спеши. Это было только первое условие. У меня есть ещё одно.
— Не зарывайся! — с холодным лицом прикрикнула старушка Шэнь.
Шэнь Си пожала плечами:
— Не согласны — как хотите, не мешайте мне спать.
— Ты… Говори, чего тебе ещё надо! — Шэнь Фантин от злости принялся хлопать себя по коленям.
Шэнь Си усмехнулась:
— Всё просто. Я хочу войти в Корпорацию Шэнь и занять место сестры.
— Как такое возможно? Ты ещё университет не закончила, соплячка, ничегошеньки не смыслящая в делах — и вдруг метишь на место Шэнь Юэ? Что за балаган! — Шэнь Синьцы первой подскочила с возражениями.
Она столько лет горбатилась в Корпорации Шэнь, с большим трудом дослужившись до кресла вице-президента, а теперь, когда Шэнь Юэ уехала, эта девчонка вздумала влезть в компанию? Невероятная наглость!
— Синьцы права, я тоже против! — Старушка Шэнь опустила уголки глаз, выражая крайнее недовольство. — На кого ты сейчас похожа? Засесть в кресле Шэнь Юэ — да кто в компании станет тебе подчиняться?!
— Верно, Сиси, пост генерального директора Юэюэ — это не игрушка. В Корпорации Шэнь есть и другие акционеры, даже если мы согласимся, без их одобрения толку не будет, — принялась она усовещать племянницу с мнимым сочувствием.
Шэнь Си переменила взгляд:
— Об этом тетушке беспокоиться не стоит, я сумею убедить остальных акционеров совета директоров. Решено, пусть будет так.
И она плавной походкой снова направилась наверх.
Лицо оставшейся внизу Шэнь Синьцы помрачнело, а старушка Шэнь с силой стукнула о пол тростью:
— Эта маленькая дрянь теперь ни в грош нас не ставит!
— Точно, брат! Как бы то ни было, она твоя дочь, а ведет себя так, будто уселась тебе на голову. Тебе следует как следует её проучить!
Набросилась на Шэнь Фантина Синьцы. Тот лишь тяжело фыркнул:
— Попасть в компанию не так-то просто! Я не позволю ей добиться своего!
*
Лишь на пятый день, когда рана на руке Шэнь Си почти зажила, она отправилась забирать заявление.
Однако для Цзи Жулань и Шэнь Янь эти пять дней тянулись дольше вечности.
Судя по их внешнему виду, в изоляторе они сполна прочувствовали всю суровость жизни. Шэнь Си прищурилась, в её красивых глазах промелькнула легкая улыбка, и она бросила взгляд на стоявшего рядом Лу Фана — тот справился блестяще, пожалуй, ей стоило выдать ему ещё парочку упаковок бычьих пилюль в награду.
Все эти пять дней Шэнь Янь не сомкнула глаз по-настоящему: стоило ей только закрыть их, как кто-нибудь начинал её избивать. Одежда порвана, волосы растрепаны, под глазами залегли жуткие тени, вид безумный, словно у сумасшедшей нищенки.
Но едва завидев Шэнь Си, её мутные глаза мгновенно прояснились, и она бросилась на неё, как дикий зверь:
— Шэнь Си, я убью тебя!
Забрав её акции, Шэнь Си словно лишила её жизни, поэтому Шэнь Янь не собиралась её прощать!
Шэнь Си цыкнула языком, но даже шевельнуться не успела, как Лу Фан взмахнул ногой и со всего маху отбросил нападавшую:
— Что за сумасшедшая баба? Вылезла из сточной канавы, что ли?
Шэнь Янь и так держалась из последних сил — куда ей было выдержать такой удар? Тихо застонав, она рухнула на пол.
Цзи Жулань с воплем бросилась к ней:
— Яньян!
Обе женщины провели пять дней без душа и смены одежды, и исходивший от них дух стоял невыносимый.
Шэнь Си отступила на два шага назад. Сегодня она пришла лишь за тем, чтобы Шэнь Янь подписала бумаги. Дело было сделано, задерживаться здесь и вести пустые разговоры ей не хотелось. С высокомерным выражением лица она прошла мимо Шэнь Янь, словно та была всего лишь ползающей под ногами букашкой.
Глаза Шэнь Янь налились кровью, в уголках рта запеклась розовая пена, а кожа на лице казалась натянутой, как потрескавшаяся штукатурка:
— Шэнь Си, не радуйся раньше времени! Я не оставлю тебя в покое! Мы ещё не закончили!
*
— Ну хорошо, я жду не дождусь.
*
Лу Фан одной рукой держал руль, а другой протянул ей желтый бумажный пакет:
— То, что ты просила.
Шэнь Си лениво взяла его.
Лу Фан приподнял бровь:
— Провела такую блестящую операцию, заставила мачеху и сводную сестру возненавидеть тебя настолько, что они готовы сожрать твою плоть и выпить кровь. Почему ты совсем не выглядишь довольной?
— С чего бы? Я очень довольна. — Особенно после того, как увидела Цзи Жулань и Шэнь Янь в таком виде — это принесло ей непередаваемое удовольствие. Она пару раз тыкнула пальцем в экран и скинула Лу Фану скриншот: — Не благодари, это тебе премия от сестры.
Глянув на очередной заказ бычьих пилюль, Лу Фан шлёпнул ладонью по рулю:
— Шэнь Си! У твоего брата со здоровьем всё отлично!
— Разве это не награда за усердие? Посмотри, как хорошо ты о них позаботился, я очень довольна. — Шэнь Си расслабленно откинулась на спинку сиденья, уютно устроившись в ней, словно лишенная костей мягкая кошка.
Лу Фан изогнул бровь:
— Ничего подобного. Разве ты не сама наняла людей, чтобы их проучить?
— А? Не ты? — Странно. Если в изоляторе ни с кем не договорились заранее, жизнь Цзи Жулань и её дочери вряд ли была бы столь плачевной.
Тут Шэнь Си внезапно вспомнила о том властном мужчине.
Если подумать, они не общались уже пять дней. Она ему не писала, и он тоже больше не объявлялся — пропал, словно испарился. Шэнь Си даже поймала себя на мысли, что немного скучает по нему.
Лекгок на помине.
На телефон Шэнь Си пришло сообщение от Мо Сыяня: Ровно в шесть вечера за тобой заедет Линьфэн.
— Кстати, ты ведь не забыла про сегодняшний аукцион? — Голос Лу Файна вывел Шэнь Си из задумчивости.
— Разве такое забудешь? Я всё ещё жду этот пропуск наверх. Отвези меня в салон, сделаю причёску. — В Шэнь Си наконец проснулась бодрость, а прекрасные глаза заискрились мягким блеском.
Она ответила Мо Сыяню: Третий господин, сегодня не получится, я договорилась с подружками заняться волосами~~~
Мо Сыянь: Волосами?
Шэнь Си: Да, третий господин, а как закончу, приеду к вам такая красивая, чмоки-чмоки~~
Глядя на завершающее сообщение чмоки-чмоки, Мо Сыянь тронул уголками губ похолодевшие было губы в легкой улыбке, отчего у стоявшего впереди Линьфэна глаза полезли на лоб.
Третий господин… улыбается?
*
Два часа спустя.
Когда у терпения листающего журналы Лу Фаня уже почти закончился срок годности, с лестницы спустилась Шэнь Си.
Облегающее ципао цвета слоновой кости подчёркивало её соблазнительную точёную фигурку, длинные волосы были высоко подобраны и сколоты нефритовой шпилькой, обнажая прелестное личико размером с ладонь и изящный подбородок. Лёгкий макияж создавал впечатление абсолютной естественности, но тщательно выведенные тонкие брови делали её и без того прекрасные миндалевидные глаза ещё более чарующими. На запястье красовался браслет из тёплого нефрита. Каждое её движение истомленной грацией напоминало нежную и изящную женщину, вышедшую из туманных южных вод. При этом столь целомудренный наряд странным образом наполнялся манящим, чувственным очарованием — это было поистине сочетание невинности и страсти!
Лу Фан стоял внизу, с задумчивым видом разглядывая её.
Шэнь Си плавной, кошачьей походкой подошла к нему и медленно повернулась вокруг своей оси:
— Ну как?
От неё исходил едва уловимый аромат — не кричащий, а именно такой неуловимый, пробуждающий желание разгадать его тайну.
Лу Фан потёр нос:
— Сиси, конечно, говорят, что кролик не ест траву у своей норы, но...
— М? — Прекрасные глаза Шэнь Си опасно сузились. — Что? Запал на красоту сестры?
— Ага, в таком виде ты и правда похожа на демоницу. Может, сойдёмся? Всё равно старик дома весь мозг мне проел...
— Тьфу! — Шэнь Си сбросила с лица игривое выражение и отвесила ему пинок: — Нарываешься!
*
Лу Фан опустил взгляд, в его развратных глазах промелькнула тень, но, когда он снова поднял голову, от прежней игривости не осталось и следа. Он лишь покачал головой:
— Мама была права: чем красивее женщина, тем она ядовитее. Парням на улице нужно беречь себя!
Шэнь Си застегнула узел воротничка, презрительно усмехнувшись с высоты королевского величия:
— Смеешь шутить над сестрой? Смотри, отравлю до смерти!
Лу Фан вздохнул. Он ведь прекрасно знал, как хороша Шэнь Си, но красота эта несла в себе слишком много агрессии. К тому же они росли вместе, можно сказать, штаны одни на двоих делили: когда люди настолько близки, завязывать романские отношения становилось неудобно. Вот и сейчас ему оставалось лишь вздыхать о несбыточном:
— Сестрица, не бойся, братец из кожи вон вылезет, но не позволит этим голодным волкам тебя сожрать!
— Катись!
*
Вечером в роскошной усадьбе на окраине Наньцзяна проходил аукцион по продаже необработанного камня.
Торговля нефритом — это чистой воды игра на удачу.
Все камни лежали в стеклянных витринах целиком, нетронутые резцом, — от мала до велика.
Каждый мог с помощью принесенных с собой инструментов и экспертов определить, есть ли шанс, что внутри окажется ценная порода и сколько её там будет.
Кто-то вмиг сказочно богател, а кто-то спускал последнее до нитки.
Шэнь Си вошла в зал, держа Лу Фаня под руку. И хотя наряд на ней был весьма сдержанным, её появление всё равно произвело фурор.
Яркий свет сияющих хрустальных люстр падал на её лицо, озаряя улыбку мягкостью и изяществом.
Лу Фан был известной личностью в высшем свете — из той же компании, что и Мо Шиюнь, — и то появлялся на публике с одной девушкой, то с другой, так что все уже привыкли. Но отказать себе в удовольствии лишний раз взглянуть на Шэнь Си никто не мог.
Уж больно соблазнительной была у неё фигура.
Пристроившись рядом с Лу Фанем, Шэнь Си изо всех сил впилась ногтями в мякоть его руки. Лу Фан поморщился от боли:
— Ты чего? Зачем так больно щипаться?
— А кто просил тебя вот так стоять столбом? Где то, что мне нужно? Какое именно? Живо веди меня туда! — сквозь зубы процедила Шэнь Си с фальшивой улыбкой на лице, так чтобы слышал только он.
— Вот это, вот это.