Цзян Юли последовала за Чжан Сусу и Цзян Еханем в виллу в Восточном районе. Чжан Сусу тут же взяла ее за руку — на ее лице читались радость и предвкушение, — и нетерпеливо произнесла:
— Юли, пойдем, я покажу тебе твою комнату.
— Мою комнату? — удивленно переспросила Цзян Юли. — Разве ее успели так быстро приготовить?
Цзян Ехань слегка улыбнулся, и в его глазах промелькнула нежная забота о жене. Он пояснил:
— Твоя мама всегда мечтала о дочке, поэтому в доме всегда была наготове девичья комната.
Услышав это, Цзян Юли невольно растерялась, не зная, плакать ей или смеяться.
Выходит, для этой тетушки… нет, теперь уже мамы, для нее самой она действительно была ничем иным, как дарованным небесами подарком!
При этой мысле в ее груди разлилось тепло.
Что ж, в определенном смысле, разве это не взаимное движение навстречу друг другу?
И тогда Цзян Юли с улыбкой ответила:
— Хорошо, мама, я пойду посмотрю свою комнату.
Цзян Юли поднялась за Чжан Сусу на третий этаж и вошла в комнату, расположенную ровно посередине. Толкнув дверь, она на мгновение замерла, ошеломленная открывшимся зрелищем.
Комната была полностью обустроена, причем исключительно в девичьем стиле — все вокруг утопало в розовых тонах, выглядя донельзя сказочно.
Это же совсем не ее стиль!
Цзян Юли смущенно кашлянула в кулак и очень тактично произнесла:
— Мама, а этот стиль не слишком приторно-розовый? Разве он подходит к моему возрасту?
— Подходит, почему же не подходит! Двадцать лет — самая расцветающая пора, нежно-розовый цвет, сколько в нем жизни! — воскликнула Чжан Сусу, но тут же подумала, что навязывать дочери собственные вкусы неправильно, и добавила: — Если тебе не нравится, завтра же велю всё убрать и переделать так, как любишь ты!
Цзян Юли немного подумала и ответила:
— Не нужно, пусть останется так.
В конце концов, это просто место для сна, неважно.
Чжан Сусу поразмыслила еще немного и покачала головой:
— Нет, так не пойдет. Теперь ты моя дочь, благородная девица из клана Цзян, ты не должна довольствоваться малым! К тому же свободных комнат в доме предостаточно — хочешь, я отдам тебе весь третий этаж? Обустроим всё: и тихий люкс, и средиземноморский стиль! А если скучаешь по той глиняной мазанке, в которой жила раньше, можем сделать даже деревенский пейзаж!
Какое баловство!
Эта ее новая красивая мама действительно относилась к ней с невероятным, всепрощающим баловством!
Впрочем…
Она бы действительно не отказалась забрать всю эту часть этажа целиком!
Тогда у Сяо Хэ, Сяо Бая и Сяо Люй будет больше пространства для прогулок!
— Тогда я забираю все комнаты на третьем этаже, — Цзян Юли решила не скромничать.
— Без проблем! Можешь даже построить для себя новую виллу, если захочешь! — с энтузиазмом кивнула Чжан Сусу.
Цзян Юли отмахнулась:
— В этом нет необходимости, я все же хочу жить вместе с вами, папа и мама.
Услышав это, Чжан Сусу тотчас просияла:
— Хорошо, будем жить вместе!
При мысли о том, что отныне у нее есть дочь, Чжан Сусу с довольной улыбкой сказала:
— Ладно, до ужина еще далеко, отдохни пока в комнате, а я велю перенести сюда твои вещи.
— Угу.
Стоило Чжан Сусу уйти, как кто-то быстро поднял наверх мешок, который Цзян Юли привезла с собой из деревни Цзяньшань.
Закрыв дверь комнаты, Цзян Юли сначала выпустила Сяо Хэ, Сяо Бая и Сяо Люй, аккуратно расставила баночки и склянки собственного приготовления и только после этого рухнула на большую нежно-розовую кровать.
Бзынь-бзынь.
Телефон завибрировал.
Перевернувшись на другой бок, Цзян Юли взяла аппарат в руки и увидела сообщение от бывшего парня Дуань Цзинханя — к нему прилагалась фотография роскошной виллы.
Тут же последовал и текстовый блок.
[Цзян Юли, видела? Это мой новый дом. Я — молодой господин из богатого клана Дуань города Цзин, теперь буду жить в этой огромной вилле. Завидуешь? Если ты передумала и все еще хочешь быть со мной, я могу снизойти и согласиться.]
Ох, она же забыла заблокировать его.
Цзян Юли с бесстрастным лицом ответила ему: [Дебил!]
Отправив сообщение, она тут же отправила Дуань Цзинханя в черный список.
Вернувшись на виллу в Западном районе, Цинь Юйлянь в гневе направилась к дивану и шмякнуласт на него:
— Старший брат с невесткой совершенно не берут нас в расчет! Они и вправду хотят признать нашу родную дочь!
Цзян Янсюй присел рядом с ней, вытащил сигарету, закурил и мрачным голосом произнес:
— Что бы ни случилось, мы ни в коем случае не позволим нашей дочери признать их.
Следом за ними шла Цзян Юнхэ — ее взгляд слегка потемнел, но лицо осталось невозмутимым.
Зато сидевший неподалеку Цзян Чжао возмущенно запротестовал:
— Папа, мама, вы же сами не хотели отпускать Сяо Хэ! Раз уж она собирается признать дядю с тетей своими родителями, пусть признает, зачем вы возражаете?
Цинь Юйлянь обхватила себя руками и сердито бросила:
— Мы-то можем ее не признавать, но это не значит, что твой дядя с невесткой могут подбирать то, от чего мы отказались!
Цзян Чжао, однако, остался при своем мнении:
— Да какая разница, она все равно мусор. Подобрали дядя с невесткой — и ради бога, считайте это утилизацией отходов, избавили нас от лишних хлопот. Вы же сами видели ее сегодняшние фокусы: возомнила о себе невесть что только из-за того, что в ее венах течет кровь клана Цзян, а вернись она сюда по-настоящему — кто знает, какой бы поднялся кавардак!
Цзян Янсюй перевел взгляд на Цзян Юнхэ, сидевшую рядом с Цзян Чжао:
— Юнхэ, ты ведь сама видела отношение твоего дедушки сегодня. По сравнению с тобой, во всем преуспевающей, дедушка гораздо больше дорожит родной внучкой по крови.
Цзян Юнхэ прикусила губу и, с покрасневшими глазами послушно кивнула:
— Видела.
Цзян Янсюй пояснил:
— Раньше у твоих дяди с невесткой не было детей, и со временем все имущество клана Цзян так или иначе досталось бы вам. Даже несмотря на то, что ты не наша биологическая дочь, мы никогда не делили детей на своих и чужих и не обижали тебя. Но если наша родная дочь действительно признает твоих дядю с тетей, еще неизвестно, как в будущем будут разделены активы клана Цзян. Именно поэтому мы с мамой и выступаем против того, чтобы она признавала их родителями — вовсе не потому, что мы стали меньше любить тебя.
Цзян Юнхэ кивнула:
— Папа, я понимаю.
Цзян Чжао по-прежнему был непреклонен:
— С чего бы дедушке отдавать ей семейное имущество?
Цинь Юйлянь знала, что больше всего ее сын дорожит младшей сестрой, поэтому продолжила:
— Даже если забыть про наследство, подумай о том, что Юнхэ должна выйти замуж за старшего молодого господина из клана Ци. Разве ты не должен это учитывать? Или ты действительно хочешь, чтобы Юнхэ вышла замуж за калеку?
Услышав это, Цзян Чжао поджал губы и умолк.
Действительно, главной целью, с которой они решили вернуть Цзян Юли, было стремление заставить ее заменить Юнхэ в браке по расчету с молодым господином из клана Ци.
Теперь же, после всего произошедшего, она вряд ли легко на это согласится.
Цзян Янсюй произнес:
— Мама права. Мы знаем, что ты с детства рос вместе с Юнхэ, вы привязаны друг к другу, и ты не хочешь, чтобы она страдала или уходила из дома. Мы с мамой чувствуем то же самое. Но теперь, даже если придется притворяться, ты должен показать своей родной сестре доброе отношение, добиться, чтобы она признала тебя своим кровным братом. Только так мы сможем заставить ее занять место Юнхэ в браке со старшим господином из клана Ци и довести до конца союз между двумя кланами.
Цзян Чжао немного помолчал и наконец ответил:
— Папа, мама, я знаю, как поступить.
Вернувшись в свою комнату, Цзян Юнхэ взяла телефон и подошла к окну. Глядя на залитую огнями виллу в Восточном районе напротив, она набрала номер.
В тот самый момент, когда вызов соединился, ее робкий взгляд вмиг стал хищным и жестоким.
— Дело сделано? Где видео, которое мне нужно?