Когда затихли последние слова, пальцы Цзи Юаньаня чуть не раздавили то, что он держал в руке.
— Порошок Забвения Скорбей? — Его голос в мрачном углу черного рынка прозвучал исключительно холодно и жестко. — Вы уверены?
Старый лекарь повернул к нему свои запавшие глазницы: хотя зрение старика было затуманенным, казалось, он мог насквозь видеть человеческие сердца.
Глава 43