Юань Жуи сдерживала гнев:
— Ты, кажется, что-то не так понял?
— Чужих детей я не имею права учить, но своих знаю. Я с детства говорила Шэнь Вэю, что надо помогать людям, поэтому он ко всем относится с душой, особенно к женщинам.
Шэнь Вэй почувствовал, что мать заходит слишком далеко:
— Мама.
Госпожа Шэнь нахмурилась — она ведь недавно предупреждала, чтобы он не приближался к Юань Жуи, и что в итоге?
— Не перебивай меня, я же говорила: когда старшие говорят, не перебивай! Ты с детства был послушным, и если бы не дурное влияние, не стал бы так часто нарушать порядок.
С каждым словом становилось всё неприятнее.
— Когда Вэйэр был маленьким, он увидел, как кто-то продаёт себя, чтобы похоронить отца, и из жалости к сыновней почтительности выкупил ту девушку. А она вместо того, чтобы заняться делом, стала соблазнять хозяина, думая, что так возвысится. Тогда я сказала ему: помогая другим, надо следить, чтобы не возникло ненужных недоразумений. Не стоит связываться с женщинами, которые не знают чести и пали так низко.
Юань Жуи не понимала: то ли Госпожа Шэнь по натуре такая, то ли только с ней ведёт себя так. Чем она так прогневала госпожу Шэнь, что та навесила на неё ярлык «плохой женщины»?
Причём такой, который не отодрать.
Госпожа Шэнь, возможно, даже считала, что Юань Жуи, будучи замужней женщиной, нарушает приличия и соблазняет её сына.
Юань Жуи продолжала рассматривать украшения:
— Если бы не ваш возраст, я бы так просто не успокоилась. Господин Шэнь, забирайте свою мать домой.
Шэнь Вэй хотел увести мать, но та упёрлась, оттолкнула сына и приняла высокомерный вид старшей:
— Это почему же ты не успокоишься? Господин Шэнь-старейшина и твой дед входили в Три высших сановника, в молодости даже Наследного принца отчитывали. Старшие дают тебе мудрые советы, а ты, как младшая, должна смиренно принять их и быть благодарной, но ты ещё и перечишь!
Юань Жуи решила ответить тем же:
— Я знаю, что господин Шэнь-старейшина был великим человеком, но какое это имеет отношение к вам? Только ничтожные люди повсюду хвастаются чужими заслугами. К тому же после смерти господина Шэня-старейшины род Шэней не пришёл ли в упадок? День ото дня всё хуже. Осталась лишь пустая оболочка да былая гордость за некогда великий клан.
Госпожа Шэнь кипела от ярости:
— Когда род Шэней помогал Прежнему императору завоёвывать мир, твой отец был безвестным солдатом на границе. Как ты смеешь оскорблять дом Шэней?
Шэнь Вэй схватил мать за руку:
— Мама, хватит!
— Почему нельзя? Я знала, что не зря тогда настояла на расторжении помолвки. Посмотри на неё — где в ней благородная девица? С рождения приносит несчастья, даже родной отец отослал её подальше. А ты не боишься навлечь беду?
— У вас, госпожа Шэнь, такая благоприятная судьба, но и она не удержала ваш род от падения. Госпожа Цзяшэн — вы просто ищете дом повыше, чтобы помочь Шэням снова встать на ноги.
Уличение в лицо привело госпожу Шэнь в ярость:
— Старший скажет слово, а у тебя десять ответов готово. Истинно невоспитанная.
— Воспитание у меня есть, но смотря для кого. Хотите подобрать ровню или даже дом побогаче — таковы нравы, ничего зазорного. Но меня бесит, что вы, сами обычная охотница за славой и богатством, то и дело поминаете господина Шэня-старейшину и строите из себя непорочную аристократку. На деле вы ничем не отличаетесь от меня, деревенской бабы.
Госпожа Шэнь не ожидала, что Юань Жуи так красноречива, и на миг потеряла дар речи:
— Ты…
Юань Жуи поправила шпильку в волосах:
— По правде говоря, вы тогда расторгли помолвку, потому что господин Шэнь-старейшина скончался, моего деда сослали, а отец меня не жаловал — я стала никому не нужной и бесполезной для вашего дома. Вот вы меня и бросили. «Несовместимость по гороскопу» — просто предлог, чтобы не прослыть вероломными.
Она не хотела всё выкладывать, надеясь сохранить им хоть каплю лица, но госпожа Шэнь решила, что возраст даёт ей право.
— Господин Шэнь и правда неплох, но с такой матерью… Даже если я останусь старой девой, ни за что не выйду за него, даже если пришлют три свадебных письма и шесть даров, и понесут на восьми носилках. Вы, госпожа Шэнь, раскраснелись, раздражительны — типичный избыток огня. Болезнь надо лечить, не стоит её запускать. Если селезёнка разладится, будет хуже.
Госпожа Шэнь восприняла это как проклятие и взъерошилась, как курица:
— Настоящее нахальство! Во всей столице не сыскать второй такой девицы. Господин Линь, взяв вас в жёны, поистине опозорил свой дом.
Вошёл Линь Ланьчжи:
— Госпожа Шэнь, вы сказали — чей дом опозорен?