Ло Шуяo вдруг осенила мысль: раз уж она переживает, что он учинит какую-то гадость, то почему бы не лишить его возможности это сделать? Судя по тому, как привычно вели себя эти люди, было очевидно: подобное он проделывал далеко не с одной девушкой. Подумав об этом, она наклонилась и подняла хлыст. Его рукоять была вырезана из яшмы, а из чего сделана сама плеть, оставалось только гадать. На вид она переливалась золотисто-серебряными и белыми тонами, а по всей длине ее висели мелкие зазубрины. С первого взгляда становилось понятно: от одного удара кожа, конечно, лоскутами не слетит, но тело покроется сплошными ранами.
Уголки губ Ло Шуяo тронула многозначительная усмешка, и она недобро покосилась на Линь Цзюньцая:
— Должно быть, молодой господин Линь не раз пускал эту штуку в ход против женщин? Интересно… а сам-то ты пробовал ее на вкус?
Взгляд Линь Цзюньцая упал на хлыст в руках Ло Шуяo, и его лицо мгновенно побелело как полотно. Хоть он и был сыном из Особняка генерала Цзовей, происходил из семьи потомственных военных, но отец обзавелся ребенком на старости лет, к тому же Линь Цзюньцай был его единственным сыном, и даже наложницы в поместье из кожи вон лезли, лишь бы угодить господину, осыпая мальчика чрезмерной лаской и балуя его. Все эти годы он не то что травм — даже хворей почти не знал, за ним ухаживали с поистине маменькиной заботой. Сейчас же, глядя на хлыст, он испытывал лишь суеверный ужас. Наверное, хлестать кого-то другого казалось ему забавой и будоражило кровь,…
Глава 325