Голову Шэнь Лян одновременно освежало и ломило от холодной воды.
Освежало потому, что у неё действительно поднялась температура — все те утренние пять минут она просидела в ледяной воде.
По её расчётам, до полноценного жара этому телу оставался всего один шаг.
Но в драме всегда должно быть переплетение правды и лжи.
А ломило потому, что затылок она расшибла самым что ни на есть реальным образом.
— Здравствуй, Юй Лань, — вежливо поприветствовала она соперницу, мысленно посылая её к чёртовой матери.
— Всё, что произошло сегодня, я слышала. Какую ещё игру ты затеяла? Неужели тех уроков, что ты получила, всё ещё мало?!
Шэнь Лян мрачно посмотрела на неё, словно совершенно не понимая, в чём дело.
Юй Лань от этого взгляда стало жутко не по себе:
— На что ты смотришь?
Разумеется, она смотрела на то, как подобает вести себя второстепенной злодейке.
Сколько бы всего ей ни доставалось, она вечно норовила устроить публичную драку.
— Я тут подумала, какие у тебя красивые глаза. Кто-нибудь говорил тебе об этом? Если ты вот так смотришь на людей исподлобья, в этом есть особая, неповторимая прелесть.
Юй Лань невольно вздрогнула и выпалила:
— Да ты рехнулась!
Шэнь Лян посмотрела на неё с абсолютной серьёзностью:
— Но тебе не идут свирепые выражения лица. Если уж быть грозной, то холодной и неприступной, м-м… Вообще-то тебе подошло бы ципао, в стиле Китайской Республики. Можешь попробовать, в тебе столько очарования.
— Да что ты несёшь!
Шэнь Лян развела руками:
— Я говорю, что ты красивая.
— …
Юй Лань на мгновение замерла, а затем криво усмехнулась:
— Это твой новый трюк? Ты знаешь, какое место я занимаю в сердце Юаньбо, и пытаешься угодить мне, лишь бы выжить!
— И не мечтай! Из-за тебя мы с Юаньбо оказались связаны такими отношениями! — вспомнив об этом, она наконец вернула себе самообладание, медленно подошла ближе и достала какой-то документ: — Подпиши, и я гарантирую, что вы с братом останетесь живы.
Изначально речь шла о почке, а теперь дело так быстро дошло до жизни и смерти?
Шэнь Лян подавила эмоции и взяла бумагу.
«Соглашение о разводе».
Она помнила: по сюжету этот документ ей должен был отдать сам Цзян Юаньбо.
Просто раз сегодня операция не состоялась, его вручение перепоручили Юй Лань.
Она бегло взглянула на текст: условия кабальные, взамен ей предлагали сто тысяч юаней.
Шэнь Лян бросила взгляд на Юй Лань — одно только колье на её шейке наверняка стоило дороже.
— Ты хочешь, чтобы я ушла от него, верно?
Юй Лань гордо вскинула подбородок:
— Мне не нужно этого хотеть, ты сама должна это сделать. Не забывай, что твой младший брат всё ещё на больничной койке!
Она уловила суть.
Фраза «на больничной койке» означала, что операция уже проведена.
Шэнь Лян опустила взгляд и спустя мгновение произнесла:
— Цзян Юаньбо, должно быть, не в курсе.
— Тебе не нужно об этом беспокоиться. Тебе достаточно знать одно: даже если я убью тебя, он на тебя и не взглянет.
Едва Юй Лань договорила, как в комнату кто-то вошёл.
Это был Цзян Юаньбо.
Не обращая никакого внимания на документ в её руках, Цзян Юаньбо сразу взял Юй Лань за руку:
— На улице так холодно, почему не оделась теплее? — С этими словами он снял своё пальто и набросил на плечи девушке.
Шэнь Лян увидела нежный взгляд Юй Лань: та и впрямь цвела, подобно пиону, излучая сладость и весеннее тепло.
— Что ты здесь разглядываешь? — тихо и мягко спросил Цзян Юаньбо.
Юй Лань тихо фыркнула:
— Я не в духе!
— Меня воротит от вида этой женщины! — она указала на Шэнь Лян.
Цзян Юаньбо пригладил её волосы:
— Хорошо. После операции ты её больше никогда не увидишь.
Шэнь Лян вспомнила: та ночь безумия между ними произойдёт всего через два дня.
Из чего следовало очевидное: мужским обещаниям цена — ломаный грош.
Шэнь Лян оставалась совершенно бесстрастной.
Пожалуй, отсутствие на её лице слёз и мольбы страшно разозлило Цзян Юаньбо. Успокоив Юй Лань ласковыми словами и проводив её, он уже спустя мгновение вернулся с лицом человека, готового сожрать её живьём.
Проанализировав ситуацию, Шэнь Лян пришла к выводу, что именно в этот момент у Цзян Юаньбо зарождаются те самые главные чувства из романов в жанре трагической мелодрамы: взаимная страсть, переходящая в ненависть, жгучая неприязнь, а когда героиня оказывается не на высоте, ему хочется уничтожить её как можно скорее.
Выплеснуть всё своё раздражение без остатка.
И тогда героиня обычно погружается в пучину ещё более глубоких терзаний.
К сожалению, с Шэнь Лян этот номер не пройдёт.
Шэнь Лян лишь лениво скользнула по нему взглядом и тут же отвела глаза.
Соглашение о разводе так и лежало брошенным на маленьком журнальном столике.
— Что ты наговорила Юй Лань?! — навис над ней с допросом Цзян Юаньбо.
Вид у него был такой, будто одно неверное слово Шэнь Лян — и он разорвет её на куски.
Шэнь Лян всерьёз задумалась над тем, что она сказала сегодня:
— Наверное… похвалила её красоту?
— …
Она была здесь новичком и ещё не владела никакими навыками, поэтому, во избежание повторения домашнего насилия, пока не грянул гром, добавила:
— По-моему, она очень симпатичная. А ты красивый, вы отлично смотритесь вместе.
Эффект от этих слов оказался нулевым.
Вернее, едва она договорила, как во взгляде мужчины мелькнуло ещё большее отвращение. Он схватил её за воротник:
— Шэнь Лян! За твоей спиной больше нет семьи Шэнь, откуда в тебе вообще столько наглости снова задирать Юй Лань?
Она помолчав, мысленно полистала сюжет в памяти.
Оказывается, после того как главная героиня впервые столкнулась с Юй Лань, та больше никогда не могла иметь детей. В тот момент героиня, кажется, присутствовала на семейном ужине семьи Цзян, куда пришла и Юй Лань.
Вся семья обсуждала будущих детей, и Юй Лань сидела в стороне с крайне унылым видом.
Цзян Юаньбо, разумеется, был этим недоволен. Когда все разошлись, он подошёл к героине и с насмешкой заявил, что у него никогда не будет детей от неё.
Главная героиня была глубоко опечалена. Юй Лань подошла её утешить, героиня чувствовала себя ужасно, они перекинулись парами фраз, и героиня, кажется, обронила, что завидует Юй Лань.
А на следующий день Юй Лань утратила способность стать матерью.
— … — мысленно восстановив эту цепочку, Шэнь Лян вдруг испугалась, как бы завтра те прекрасные глаза не ослепли.
Это было бы поистине ужасно.
Её отрешённый вид явно вывел Цзян Юаньбо из себя.
Мужчина с силой вцепился ей в горло.
От резкой боли в груди защипало, в глазах выступили слёзы. Она замахала руками, отчаянно пытаясь оторвать его пальцы, да так резко дёрнулась, что в капельнице кровь пошла по трубке обратно.
Да твою мать!
Я терпеть тебя согласна только ради этого проклятого младшего брата!
Озверев от злости, она единым движением выдернула иглу из вены, и из ранки брызнула тонкая алая струйка.
Зажав иглу от капельницы в руке, она изо всех сил попыталась вонзить её прямо в горло Цзян Юаньбо.
Ожидаемо, в цель она не попала.
Он перехватил её руку наотмашь.
Сжав зубы, она яростно ткнула снова — всё равно куда, лишь бы сделать ему хоть немного больно!
Морщившись от боли, Цзян Юаньбо оттолкнул её.
Её затылок со всего маху врезался в изголовье больничной койки, перед глазами заплясали искры.
— Шэнь Лян! — взревел он в бешенстве.
Шэнь Лян тяжело дышала.
Как же это утомительно.
Дали бы ей какой-нибудь чит-код, она бы живо отрезала этому господину всё лишнее ниже пояса, и дело с концом.
Прижимая руку к тыльной стороне ладони, тяжело отдуваясь, Шэнь Лян искоса глянула на Цзян Юаньбо, который уже был готов взорваться от гнева, словно рыба-шар.
Загнав эмоции поглубже, она молниеносно вошла в роль.
— …Цзян Юаньбо, раз ты хочешь меня убить, так убивай, — равнодушно бросила она, бледная и мертвенно-спокойная, как догорающая свеча.
— Убить тебя?! Ха-ха… Разве ты не готова скорее умереть, чем перестать быть женой Цзян Юаньбо?
— Я согласна уступить место. После всего случившегося я хочу, чтобы мы разошлись по-хорошему. Я тебе ничего не должна и надеюсь, что ты больше не станешь унижать меня такими бумажками. — Её испачканная в крови рука указала Цзян Юаньбо на строчку с сумме отступных.
— А, так дело в том, что денег мало, ха-ха…
Пусть будет по-твоему.
Она откинулась на подушки, криво улыбнувшись.
Вид её говорил: неужели ты и правда думаешь, что я жалуюсь на нехватку денег? Глупый человечишка.
В этот момент полагалось продемонстрировать свой образ безумно любящей женщины.
— Когда всё закончится, подпиши бумаги. Я, Цзян Юаньбо, не скряга, накину тебе ещё два нуля.
Два?
Десять миллионов!
Шэнь Лян едва сдержалась, чтобы не выдать себя.
Пришлось приложить немало усилий, чтобы лицо оставалось каменным.
Со стороны могло показаться, что от слов Цзян Юаньбо она оцепенела ещё сильнее.
— Не корчи из себя жертву. От этого вида меня только тошнит.
Снова услышав эту классическую реплику, Шэнь Лян не только не испытала ни малейших эмоций, но даже захотела предложить собеседнику сменить пластинку.
Опустив голову, Шэнь Лян замолчала, словно получив тяжелейший удар.
Однако, когда Цзян Юаньбо уже собирался уходить, она окликнула его.
Эта сцена в сюжете была, только вот в оригинале героиня произносила всё это после операции по пересадке почки — всё те же сопливые речи, угрозы покончить с собой и прочее. Это так взбудоражило старших членов семьи Цзян, которые узнали, что они до сих пор не были близки, что те силой заставили Цзян Юаньбо переспать с ней.
Цзян Юаньбо тогда наверняка наговорил ей самых унизительных слов, но при этом сцена их близости вышла чертовски страстной — в оригинале ей было посвящено целых семь тысяч знаков, больше, чем весь объем этой истории на данный момент.
Что же до этой Шэнь Лян…
Немного помедлив, она протянула соглашение о разводе:
— Исправь всё как надо в договоре и, когда подпишешь, отдай мне.
В глазах Цзян Юаньбо мелькнуло глубокое изумление. Он словно никак не мог взять в толк, почему женщина, которая ещё недавно с рыданиями умоляла его не бросать её, вдруг сдалась. Первой его мыслью было, что это очередная уловка.
Шэнь Лян прямо сказала:
— Можешь не ломать голову, я просто устала… У меня и так было всего две почки, а после завтра останется лишь одна. Я не знаю, сколько мне ещё отпущено, а на моих руках остался младший брат. Я боюсь, что в следующий раз, если снова потребуется донорство, я просто умру на операционном столе.
— Я знаю, тебе плевать, выживу я или нет, но мне не плевать. У меня остался только младший брат, я хочу, чтобы он прожил жизнь беззаботно… — С этими словами она пристально посмотрела ему в глаза: — Цзян Юаньбо, если я поступлю так, ты будешь счастлив?
С таким фокусом Цзян Юаньбо ещё не сталкивался, и на его лице впервые застыло оцепенение.
Бросив на ходу:
— Хватит ломать комедию! — он попытался сбежать.
Но Шэнь Лян и не думала его отпускать!
Если ты, твою мать, сбежишь, свои десять миллионов я получу только после того, как лишусь поччки!
Она в панике бросилась за ним, схватила за руку. Цзян Юаньбо рефлекторно оттолкнул её, но она, ничуть не смущаясь, вцепилась в полу его пиджака:
— Умоляю, подпиши! Как только я уйду от тебя, вы с Юй Лань сможете быть вместе открыто.
Она заливалась горькими слезами, в которых смешались и сопли, и влага.
Зато как драматично!
Она наверняка только что до синяков исщипала себе бёдра.
У Цзян Юаньбо в голове творился полный кавардак. Оглушенный происходящим, он хотел лишь одного — как можно быстрее смыться от этой сумасшедшей.
Видя, что слёзы не помогают, Шэнь Лян поняла: пора прибегнуть к крайним мерам!
Она резким движением вскочила, бросилась к окну и распахнула створки настежь.
В лицо ей тут же пахнуло свирепым ночным ветром, наметающим снежные хлопья.
Мать твою за ногу!
Чего только не сделаешь ради десяти миллионов!