Когда трое братьев и сестер спустились с горы, они как раз застали Линь Фанфан и Старушку Шэнь, о чем-то беседующих у ворот.
Увидев вернувшуюся Шэнь Аньнин, Старушка Шэнь фыркнула, развернулась и ушла.
Линь Фанфан с улыбкой провела троих во двор и указала на шесть куриных яиц, лежащих на земле.
— Глядите, бабушка принесла нам яиц. Вы же знаете, у тех двух старушек-несушек яйца достаются нелегко, а она накопила целых шесть и принесла.
Линь Фанфан говорила, украдкой поглядывая на выражение лица Шэнь Аньнин. Хорошо бы, если бы вторая сестренка смогла понемногу помириться с бабушкой.
Первой мыслью Шэнь Аньнин при виде яиц были сладкие и нежные пирожные. В прошлой жизни она очень любила десерты.
В прошлый раз яйца, которые она выменяла у Системы, уже слишком бросались в глаза, поэтому потом она их больше не использовала. Теперь, когда Старушка Шэнь принесла несколько яиц, можно как раз воспользоваться случаем и испечь пирожное.
— Невестка, я тут вспомнила один способ приготовления яиц, необычайно вкусный. Когда-то давно, случайно оказавшись в городке, я видела, как одна тетушка так делала.
— Что же это? — Линь Фанфан, видя, что Шэнь Аньнин держится непринужденно, почувствовала, что ее надежда может сбыться, и на душе у нее стало еще радостнее.
— Скоро узнаешь. — Шэнь Аньнин подняла с земли яйца и вошла в дом.
Тайком обменяла у Системы еще шесть яиц. В итоге набралось двенадцать. Достала муку, купленную в прошлый раз в городке.
Взяла на кухне две пары палочек для еды, используя их как венчик. Отделила белки от желтков, добавила сахар и быстро взбила.
Шэнь Аньнин встряхнула затекшим запястьем, с горечью подумав, что в будущем обязательно нужно найти время и заказать механический венчик.
Потом снова обменяла у Системы немного молока и сливочного масла.
Смешала желтки и муку, следуя шагам, которые помнила, до однородной массы.
Но вот сливки сейчас действительно никак не получить — у нее нет подходящего предлога.
Тайком добавить в пирожное молоко — этого никто не заметит, а вот со сливками все иначе.
Подумав, выбежала во двор.
Ведь только что в горах они собрали немного диких ягод облепихи, таких кислых, что в деревне никто их не ел.
Но она могла обменять у Системы их на облепиховый джем.
Нашла две довольно больших миски, застелила их марлей. Разлила тесто для пирожного по мискам.
Попросила Линь Фанфан помочь разжечь огонь и вскипятить воду.
Та с любопытством уставилась на белую, как молоко, массу в ее руках — с виду очень дорогая вещь.
Раз нет духовки, придется готовить на пару. Должно быть тоже вкусно.
Вскоре во дворе разнесся сладкий аромат пирожного.
Шэнь Аньбао бросил веточку, с которой играл, и стремглав примчался к очагу:
— Сестричка, сестричка! Это что за штука? Так вкусно пахнет!
Шэнь Аньцзя и Шэнь Аньюй тоже прибежали, привлеченные запахом.
Несколько человек, не сводя глаз, обступили очаг и отказывались сдвинуться с места хоть на полшага.
Шэнь Анье вернулся с поля, и едва войдя во двор, учуял этот необычный аромат.
Он жадно втянул носом воздух — этот запах был даже лучше, чем запах мяса в прошлый раз, не говоря уже о том, что не уступал ему!
— Фан'эр, что это за вкуснятину ты дома готовишь?
— А'е, это Аньнин печет пирожное. — Линь Фанфан подошла, с улыбкой вытирая пот со лба Шэнь Анье.
— Пирожное? — не понял Шэнь Анье. Неужели это запеченные яйца? И откуда в доме яйца?
Ладно, неважно. В конце концов, эта его сестрица, после того как ее ударили по голове, словно научилась многому. В любом случае, это хороший знак.
Наконец, под полные нетерпения взгляды всех присутствующих, пирожное Шэнь Аньнин было готово!
Она достала две большие миски, перевернула их на разделочную доску. Взяла тряпицу, сняла миски, убрала марлю.
Перед глазами собравшихся предстали два золотистых, мягких круглых предмета.
Прямо в душу проникающий сладкий аромат заставил всех присутствующих местных жителей пустить слюни.
Шэнь Аньнин отрезала половину одного пирожного, завернула в чистую тряпицу и протянула Шэнь Анье.
— Старший брат, будь добр, отнеси это бабушке с дедушкой. Поблагодари их от нашей семьи за яйца.
Шэнь Анье с одобрением взглянул на Шэнь Аньнин и взял пирожное:
— Ладно, хорошо. Я сейчас же пойду.
Всю дорогу он бережно нес в руках мягкое пирожное, хотя оно было очень горячим, но он не решался ослабить хватку, боясь уронить его на землю.
Встречая знакомых из деревни, которые с ним здоровались, он лишь торопливо отделывался парой фраз, что немало удивляло всех, кто с ним заговаривал.
— Анье, ты куда это в такую жару? — соседка Сноха Цянь только что вернулась с поля и увидела, как Шэнь Анье поспешно куда-то идет.
— К бабушке с дедушкой.
С чего это Шэнь Анье так спешит, да еще с узелком в руках, к бабушке?
Сноха Цянь покачала головой — не ее это дело, в чужие семейные дела вмешиваться.
В доме Старушки Шэнь как раз закончили обедать. Собрались было отдохнуть в полдень, как увидели Шэнь Анье, спешащего к ним издалека.
— И чего это Дае такой бледный, что случилось! — Старушка Шэнь поспешила ему навстречу, решив, что Шэнь Аньнин опять дома что-то учудила.
Подойдя поближе, она увидела в руках Шэнь Анье узелок и удивилась еще больше.
— Бабушка, ничего не случилось. Ты ведь только что принесла нам яиц? Аньнин приготовила сладости и велела мне отнести вам, поблагодарить за яйца. — объяснил Шэнь Анье.
— Я вам яйца дала, чтобы вы питались, а вы какие-то пирожные делаете! Знать бы только, как добром сорить! — ворчала Старушка Шэнь, но руки уже взяли узелок.
С тех пор, как в прошлый раз Шэнь Аньнин велела Лао Саню отнести мяса, гнев Старушки Шэнь на внучку уже почти утих.
А теперь, узнав, что та приготовила угощение и прислала его в знак уважения, она и вовсе стала смотреть на Шэнь Аньнин с гораздо большей благосклонностью.
Старый господин Шэнь, второй сын с невесткой, услышав шум, вышли вместе.
Они увидели, как Старушка Шэнь разворачивает узелок, открывая золотистую мягкую вещицу. Не успели они и рта раскрыть, чтобы спросить, как в нос ударил невероятно сладкий запах.
— Это, это что такое?! — изумился Шэнь Цунъу. Он никогда не видел ничего подобного.
Чэнь Юнь тоже сгорала от любопытства, а в душе ее разгоралась жуткая страсть отведать это.
— Аньнин сказала, это называется пирожное! Сделано из яиц и муки. Давайте, попробуйте скорее. — Шэнь Анье немного торопился, ему тоже хотелось поскорее вернуться домой и есть пирожное.
Старый господин Шэнь первым отломил кусочек и отправил в рот.
В то же мгновение глаза старика засияли. Прямо тает во рту, сладко и мягко! Кто бы мог подумать, что в Голодный год ему доведется отведать такую вкуснятину!
Увидев это, Старушка Шэнь тоже поспешила попробовать. Секунду спустя на ее лице появилось такое же выражение, как у мужа, но в душе у нее от боли текли слезы.
Эта девчонка-транжира, она еще и сахара добавила!! До чего же дорогая вещь!
Но в то же время ее тронуло до глубины души — такой дорогой белый сахар она не пожалела, отдала половину им на угощение.
Шэнь Цунъу и Чэнь Юнь с нетерпением смотрели на стариков. Старушка Шэнь, видя это, тоже отломила каждому по маленькому кусочку.
Остальное она убрала, решив съесть завтра.
— Аньнин сказала, это нужно съесть побыстрее, а то испортится, если долго лежать. — бросив на прощание предупреждение, Шэнь Анье развернулся и пошел обратно — его уже разбирало нетерпение отведать пирожного.