В мгновение ока Цзы Ин выбрался из объятий, быстро-быстро перебирая ножками, подбежал к Ин Чжэну и ухватился за его руку.
— Дедушка!
Голосок звенел, слаще не бывает.
Ин Чжэн посмотрел на прильнувший к его руке сладкий колобок, подхватил его и усадил к себе на колени.
— А, Цзы Ин пришёл! Дай-ка дедушка посмотрит, не потолстел ли ты в последнее время?
......
Верно, яблочко от яблоньки недалеко падает. Ну что ж, давайте мучить друг друга!
— Дедушка, я пухленький, но не толстый!
Цзы Ин изо всех сил старался выговаривать слова чётко, давая понять, что у него просто детская припухлость, а вовсе не лишний вес.
— Ах, ну ладно, А Ин говорит правильно.
Ин Чжэн ответил без капли искренности, лишь бы отделаться.
Цзы Ин аж поперхнулся от возмущения.
— Тогда скажи-ка, Цзы Ин, от кого ты услышал про бег вокруг колонны?
Ин Чжэн спросил как будто невзначай.
Услышав это, все вокруг затаили дыхание.
Фу Су сжал кулаки.
Он боялся, как бы Цзы Ин нечаянно не сболтнул лишнего и не рассердил Ин Чжэна.
— М-м, Белая Борода.
Цзы Ин, теребя бороду Ин Чжэна, с трудом, но старательно выговаривал, что слышал это от дедушки с белой бородой.
А как его зовут, он малышу не сказал, откуда же малышу знать?
— Неужто Бессмертный послал вещий сон? Иначе чем объяснить, что он вдруг стал таким смышлёным?
Ин Чжэн смотрел на его совсем ещё ребячливый вид, и в душе у него смешались все чувства.
Погладил его по пушистой голове и не стал допытываться.
(Ин Чжэн: У этого Бессмертного, видно, с головой не всё в порядке? Выбрал такого кроху — что с него толку? Почему не выбрал меня?
Цзы Ин: ......)
Из-за того, что ещё мал, волосы ему не собирали в пучок, они мягко рассыпались по плечам, едва достигая их.
В паре с круглыми кошачьими глазами и пухлыми щёчками те, кто не знал, могли принять его за девочку.
Волосы тонкие и мягкие, но при этом густые. Толстым слоем лежали на голове.
Проведёшь рукой — пальцы целиком утопают в шевелюре, ощущение изумительное.
Цзы Ин, видя, что Ин Чжэн и не думает прекращать гладить его по голове, тут же сам вцепился в его руку. Забрался к нему на колени и устроился поудобнее.
Живой Первый император — прижаться!
Ин Чжэн кивком указал Фу Су и госпоже Ли садиться.
Повернул Цзы Ина лицом к столу, усадив его. И заговорил с Фу Су о его дальнейших планах.
Цзы Ин послушно сидел на своём «стульчике» — коленях деда, уставившись на замысловатые знаки на бамбуковых планках перед собой.
Столько чёрточек, столько загогулин — аж глаза разбегались.
Хотя иероглифы были крупные, и все линии вырезаны чётко.
Но, беда.
Первоклассник, реши задачу на количество чёрточек — гарантированный ноль!
Что же делать?
Где же этот Чэн Мяо, который придумает упрощённые иероглифы? Надо обязательно найти его до того, как я пойду в подготовишку.
Пусть работает быстрее, уберёт все эти лишние завитушки.
Думал-думал, и голова его клонилась всё ниже, всё ниже. Понемногу он начал валиться на столик.
Шлёп!
Перед тем как окончательно провалиться в сон, вспомнилось, что Чэн Мяо, кажется, дедушка забыл в Юньянской тюрьме.
И он бессознательно пробормотал:
— Юньян...
Проклятье, не иначе как двоечник виноват. В детском теле, похоже, есть включатель сна. В любой момент может щёлкнуть и выключить.
— Ты много лет учился у дворцовых наставников, но никогда по-настоящему не выезжал из дворца, не видел мира. Хотя наше Великое Цинь уже объединено, должно быть, Остатки шести царств ещё не оставили надежды на возрождение.
— Сейчас тебе как раз пора набраться опыта. Взгляни на жизнь простых Черноголовых.
Ин Чжэн посмотрел в глаза Фу Су и серьёзно произнёс.
— Есть мысли, куда бы ты хотел поехать?
Едва он это сказал, Цзы Ин — шлёп — заснул, припечатав свою пухлую мордашку к его руке.
И губами шевелил, бормоча про Юньян.
Ин Чжэну оставалось лишь, усмехнувшись, переложить его поудобнее, — всё-таки он уже был дедом.
Держать ребёнка — дело привычное.
Помнится, когда Фу Су только родился, он сам как раз начал править самостоятельно. Передний дворец, задний дворец — всюду дела да распри.
Опасаясь, что Фу Су попадёт в беду, он несколько лет воспитывал его сам.
Просто потом, когда начались войны с шестью царствами, стало слишком много дел, к тому же Фу Су пора было начинать обучение, вот и разрешил ему жить отдельно.
Кстати, не пора ли и этому пареньку, А Ин, начинать учение?
Цзы Ин и не подозревал, какие опасные мысли бродят в голове его любимого дедушки, и, сменив позу, заснул ещё крепче.
Фу Су сидел неподалёку и тоже слышал, что сказал Цзы Ин.
Прикинул расположение уезда Юньян. Недалеко от Сяньяна. На быстрой лошади туда и обратно — один день пути.
Цзы Ин ещё мал, везти его далеко неудобно. А до Юньяна как раз неблизко и недалеко.
Поэтому Фу Су с радостью предложил стать уездным начальником в Юньяне.
Чтобы узнать жизнь Черноголовых, нужно быть к ним как можно ближе.
Как Старший господин Великого Цинь, самую малую должность, на которую он мог претендовать, была именно должность уездного начальника.
— Отец-государь, сын полагает, что должность юньянского уездного начальника подходит отлично.
Фу Су с поклоном ответил.
Ин Чжэн тоже слышал бормотание Цзы Ина и понимал мысли Фу Су.
— Хорошо. Это Гэ Не, господин Гэ. Первый меченосец государства Цинь. Пусть он следует вместе с вами.
Ин Чжэн указал на стоявшего рядом телохранителя, представляя его Фу Су.
— Прошу вас, господин Гэ.
Услышав это, Фу Су тотчас поклонился в знак благодарности.
Гэ Не поклонился в ответ, принимая приказ, и ответил на поклон Фу Су.
Так что, когда Цзы Ин проснулся после обеда, он с радостью узнал, что может поехать с родителями развлекаться за пределы дворца.
И впридачу они забрали с собой самого лучшего телохранителя его дедушки, Первого меченосца государства Цинь, Гэ Не.
Через несколько дней Фу Су велел госпоже Ли собрать вещи и подготовить все дела, касающиеся поездки в Юньян.
Фу Су вместе с Цзы Ином пришли в Чжантайский дворец прощаться.
Едва завидев Ин Чжэна, Цзы Ин быстро-быстро подбежал к нему, принялся усердно колотить его по ногам и мять плечи, выказывая необычайное рвение.
— Дедушка, я знал, что ты ко мне лучше всех относишься! Как только найду в Юньяне что-нибудь вкусное или интересное, я сразу же велю господину Гэ Не тебе доставить.
— Я послал Гэ Не защищать тебя и твоего отца, а не гонцом к тебе работать.
Ин Чжэн потрепал Цзы Ина по макушке и усмехнулся.
— Это же гонец моей тоски по тебе, как его можно с обычным курьером сравнивать?
Цзы Ин бесстыдно канючил. Чем больше он говорил, тем более чёткой становилась его речь.
— Ха-ха-ха, хорошо, хорошо! Тогда дедушка будет ждать твоих писем! Смотри не заиграйся и не забудь?
Ин Чжэн притворно строго сказал:
— Это же будет Преступлением обмана императора!
Услышав это, Цзы Ин вытаращил глаза и недоверчиво уставился на Ин Чжэна. Он и подумать не мог, что взрослый способен быть таким серьёзным.
Тоже мне, нашёл с кого спрашивать за обман императора — с ребёнка.
— Ни за что не забуду, у меня память отличная!
Ин Чжэн снова расхохотался и как следует взъерошил его пушистые волосы.
Затем указал на стоявшего рядом врача средних лет:
— Это врач Ся Уцюй. Пусть тоже едет с вами в Юньян.
Глаза Цзы Ина заблестели, он уставился на Ся Уцюя. Вот он, настоящий герой бега вокруг колонны.
Говорят, это он догадался швырнуть свой Лекарственный мешочек в Цзин Кэ, и тот ослеп.
Тогда-то и появилась возможность для Царя с мечом за спиной обогнуть колонну и нанести ответный удар.
Иначе, кто знает, сколько бы ещё кругов пришлось наворачивать.