Сюй Цинцин в душе ликовала, но на людях нужно было соблюдать приличия.
Она взяла себя в руки, оставив на лице лишь кокетливое выражение «хватит, не надо», и перевела взгляд на третий этаж.
Заметив, что на перилах третьего этажа, задумавшись, сидит Сяо Чжоу, Сюй Цинцин резко повысила голос:
— Почему Сяо Чжоу на третьем этаже?
Она быстро перевела взгляд обратно на Бай Янь:
— Хэчуань тоже на третьем этаже? С той женщиной, которую он привел?
Бай Янь покрутила глазами. Жуань Сяохуэй тоже привел Мэн Хэчуань. Если она сейчас кивнет, это ведь не будет считаться ложью?
Приняв решение, она, ничуть не смущаясь, кивнула.
Глаза Сюй Цинцин, казалось, готовы были извергать пламя, но она держалась с достоинством дочери командира полка и приказала круглолицей девушке:
— Поднимись и сама посмотри, что это за женщина, которая снова и снова…
Сюй Цинцин хотела сгоряча выпалить слово «соблазняет», но, помимо своей подпевалы, здесь была еще и незнакомая «старшая сестра».
Не желая ронять свой образ перед посторонними, ей пришлось проглотить эти два слова и зло бросить:
— Поднимись тихо, чтобы Хэчуань тебя не заметил, разгляди, как та женщина выглядит, и сразу спускайся!
Бай Янь не хотела больше торчать с ними и тратить время. Пока внимание Сюй Цинцин было приковано к третьему этажу, она незаметно ушла.
Но вскоре после ее ухода круглолицая девушка сбежала вниз с насмешливой улыбкой, докладывая обстановку:
— Цинцин, можешь не беспокоиться. Главный инженер Мэн холоден с той женщиной, это она постоянно к нему пристает.
Услышав это, лицо Сюй Цинцин немного смягчилось.
Но она все еще не была спокойна и задала самый волнующий ее вопрос:
— Ты хорошо разглядела, как выглядит эта женщина?
— Конечно, разглядела!
На лице круглолицей девушки было написано презрение:
— Деревенщина! Черная, низкая, волосенки короткие и редкие. Она тебе, Цинцин, и в подметки не годится! Можешь быть спокойна. Разве только Главный инженер Мэн ослепнет, чтобы, имея такую жемчужину, как ты, полюбить какой-то камень.
— Ах да, я еще слышала, как Главный инженер Мэн согласился взять ее вечером на приветственную вечеринку. Какая бесстыжая! Сама еще не выяснила, кто она такая, а уже вьется вокруг мужчины. Цинцин, тебе нужно что-то придумать, чтобы не пускать эту женщину на вечеринку!
Сюй Цинцин окончательно успокоилась, в ее глазах мелькнул хитрый, недобрый огонек:
— Не надо. Я даже с нетерпением жду ее участия!
Когда рядом такая деревенщина, это может еще ярче оттенить ее собственное сияние.
— Кстати, раз уж эта большая красавица так жаждет внимания, почему бы нам не сделать доброе дело и не помочь ей создать побольше шумихи? Поднимем ожидания всего отряда на максимум!
Сюй Цинцин зловеще улыбнулась и вполголоса объяснила своим подпевалам, что им нужно делать.
…
Хотя местность на севере была ровной, Аэрокосмический отряд был режимным объектом, и внутри все было устроено с извилистыми хитростями.
Бай Янь, бормоча про себя пароль, который дал ей Сяо Чжоу, шла:
— Налево, направо, снова направо… Странно, почему впереди дороги нет?
Она остановилась в растерянности, оглядываясь по сторонам.
Слева была дорога, по которой она только что пришла, а справа — пустырь, поросший дикой травой, пустой и безлюдный.
— Неужели нужно идти через пустырь?
Она беспомощно почесала голову, в душе сожалея, что не попросила Мэн Хэчуаня проводить ее.
Казармы Кухонного взвода находились в самой глубине отряда. Чем дальше заходила Бай Янь, тем безлюднее становилось.
Она взглянула на часы — стрелка уже почти приблизилась к пяти.
Зимой на севере темнеет рано, луна тоже спряталась за облака.
Налетел порыв ветра, зашелестев сухой травой на пустыре.
От нечего делать в последние дни Бай Янь иногда болтала с Сяо Чжоу, который приносил вещи в комнату 306.
Помимо того, чтобы разузнать про расположение, она больше слушала его невероятные истории о тайнах Аэрокосмического отряда.
Например, что под местом постройки отряда находится гробница какого-то князя времен поздней Цинь. Когда археологи вели раскопки, земля обваливалась четыре или пять раз, погибло много людей.
Ходили легенды, что, поскольку у военных аура сильная, начальство нарочно перенесло Аэрокосмический отряд сюда, чтобы подавить всякую чертовщину.
Хотя в суеверия верить не стоит, эта история разошлась среди всех солдат.
Бай Янь, в прошлой жизни обожавшая ужастики, не могла удержаться от мрачных фантазий. А ну как сейчас из пустыря выскочит зомби?
Чем больше она думала, тем сильнее пугалась.
Но она еще больше переживала за тетушку Чжан. Сглотнув слюну, она все же набралась храбрости и решила пойти посмотреть на пустырь.
— Богатство, могущество, демократия, цивилизация, гармония…
Бормоча про себя Основные ценности социализма, Бай Янь двигалась, словно женщина со связанными ногами.
Шаг за шагом, медленно перебираясь вперед.
Грубая холщовая одежда не защищала от ветра. Зимний холод пробирал до костей, Бай Янь поежилась.
Она остановилась, подняла голову и всмотрелась в кромешную тьму впереди. Интересно, будет ли дорога за пустырем?
Может, не стоит бродить тут одной? Вернуться по своим следам и попросить Мэн Хэчуаня проводить ее — так будет лучше.
Пока Бай Янь колебалась, она вдруг услышала легкий хруст.
Будто кто-то наступил на сухой лист.
Звук шагов и мурашки по коже появились одновременно. Она почти инстинктивно вскрикнула и подпрыгнула:
— Нечисть, прочь! Прочь! Прочь!
Из того места, куда был направлен ее палец, поднялся мужчина, одетый во все черное. Он смотрел на Бай Янь глубоким, непостижимым взглядом.
В нем была и настороженность, и любопытство, и непонимание ее только что сказанных слов.
Руки Бай Янь все еще были сжаты в кулаки в оборонительной позе.
От резкого прыжка шарф, закрывавший лицо, свалился на землю, открыв белое, испуганное личико.
— Ты кто?
Увидев внешность Бай Янь, в глазах мужчины мелькнуло восхищение.
Молодая незнакомая девушка? Но почему на ней одежда не по возрасту?
Он оглядел ее, на мгновение задумался и сменил обращение:
— Маленький товарищ, ты кто?
Услышав, что мужчина говорит на человеческом языке, Бай Янь наконец расслабила напряженное тело.
Она успокоила свое напуганное в кромешной тьме пустыря сердечко и медленно открыла полуприкрытые глаза.
Перед ней стоял мужчина в черной рубашке и черных брюках, высокий и стройный.
Поверх двубортного пиджака было накинуто добротное кашемировое пальто, придававшее ему внушительный вид.
Волосы были аккуратно зачесаны назад, от него исходила какая-то врожденная аристократичность.
Бай Янь почудилось, что этот флер ей знаком.
Она долго думала и наконец поняла — мужчина по своей ауре напоминал Мэн Хэчуаня.
Только у Мэн Хэчуаня кожа была холодного белого оттенка, а у этого мужчины — здорового медового цвета.
Видя, что Бай Янь молчит, мужчина нахмурился и заговорил снова:
— Из какого ты отряда? Из Культурно-художественной группы или из Тыловой службы?
Почему-то его слова прозвучали для Бай Янь холодно, в них чувствовалась настороженность.
Мужчина говорил, не останавливаясь:
— Это стрельбище. Обычно товарищам из Культурно-художественной группы или Тыловой службы сюда входить не разрешается. Как тебя зовут, из какой ты группы? Кто твой командир?