Неоновая подсветка, огромная водяная кровать.
А ещё на ней, в короткой юбке и с двумя хвостиками, без сознания спала красавица — любой мужчина с трудом совладал бы с собой.
Гу Линь, одетый в безупречный костюм, прищурился.
Он отчётливо помнил, что просматривал в кабинете годовой отчёт компании, как же его угораздило оказаться в подобном месте?
Недолго поразмыслив, он пришёл к выводу.
Видимо, в последнее время он был слишком занят и у него не было возможности как следует пообщаться со своей секретаршей, вот и приснился эротический сон.
«Пришёл — не робей».
Гу Линь протянул руку с выступающими суставами и ослабил галстук.
Будучи мужчиной, который, не достигнув и тридцати, с нуля стал президентом публичной компании, он не был закостенелым консерватором.
Женщина, которая сама плывёт в руки, — как от такой отказаться?
Хотя он и считал, что стоит на дне моральной пропасти, но по сравнению с гнилой до мозга костей мерзостью высшего света он был чист, как... пень.
Опустившись на одно колено на кровать, Гу Линь с восхищением разглядывал лежащую девушку.
Брови её были подобны нежной иве, а лицо — словно мартовский персик.
Говоря человеческим языком, в её невинной сдержанности сквозила мягкая чувственность, одновременно и невинная, и соблазнительная.
Неплохо, твёрдая девятка.
Губы у него пересохли, он уже не мог дождаться, чтобы попробовать её на вкус.
Фигура у девушки была отличная, все изгибы на месте, рубашка обтягивала.
Увидев это, он задышал чаще и мгновенно пересмотрел свою оценку.
Десятка! Чистая десятка!
— Ты! Что ты задумал!
В тот самый миг, когда Гу Линь уже собрался проверить, каковы они на ощупь, спавшая девушка внезапно распахнула глаза.
Она в панике прикрыла руками грудь, а затем, словно крольчиха, принялась беспорядочно брыкать его ногами.
— Отойди! Это противозаконно!
Боль в ноге заставила лицо Гу Линя напрячься.
По идее, во сне боли быть не должно.
Неужели это не сон?
Когда Гу Линь, терзаемый сомнениями и страхом, пребывал в нерешительности, в его голову хлынул поток незнакомых воспоминаний.
Мгновение спустя он застыл на месте.
Оказывается, он попал в книгу и стал тем самым статистом-антагонистом!
Оригинальный владелец был его полным тёзкой, старшим сыном «Группы Гу», ведущей компании на рынке недвижимости в городе Синьань.
Если уровень морали Гу Линя можно было назвать низиной, то этого оригинального владельца — настоящим кратером от метеорита.
Он был без разбора жесток и развратен, творил всевозможные злодеяния, под его началом даже была преступная банда и несколько клубов с секс-услугами.
А всё потому, что, помимо богатства семьи, у него были двое влиятельных дядей: один — начальник управления общественной безопасности, другой — вице-мэр. При их поддержке оригинальный владелец мог творить в Синьане всё, что душе угодно.
Но какой бы мощной ни была поддержка, если ты не главный герой — это типичный образ статиста-антагониста, которому суждено стать ступенькой для главного героя.
А девушка, лежавшая на кровати, была его неразлучной подругой детства по имени Су Юй.
Лет десять назад семья Су Юй тоже была очень богата.
Но из-за экономических реформ они не поспели за веяниями времени, держались за традиционную модель ведения бизнеса, и через несколько лет рынок их отбраковал, они обанкротились.
Они не только лишились былого блеска, но и погрязли в долгах.
Сегодня Су Юй пришла к оригинальному владельцу занять денег, чтобы выкрутиться, но тот положил глаз на её тело, намереваясь попробовать эту павшую госпожу.
Перекатывая на языке имя Су Юй, Гу Линь напрягся.
Если память ему не изменяла, Су Юй, кажется, была главной героиней той дешёвой городской истории, которую он читал.
Оригинальный владелец пострадал именно из-за неё, перейдя дорогу главному герою Чжао Сюаню, который за ней ухаживал.
Потом оригинальный владелец попытался проучить Чжао Сюаня, но получил пощёчину.
За сына вступился его отец — тоже получил пощёчину.
Один за другим вмешались оба дяди — и оба лишились своих должностей.
Вот так Чжао Сюань, выходец из низов, наступая на их семью, шаг за шагом поднимался к вершине.
Гу Линь резко выдохнул и поспешно поднялся с кровати.
Хоть он и не знал, почему и как попал сюда, он ни за что не позволит себе стать статистом.
Группа Гу — публичная компания, её рыночная стоимость — несколько миллиардов. У Гу Линя есть власть и положение, зачем же рисковать всей своей карьерой ради одной секунды удовольствия?
— Гу Линь, мы же с детства вместе росли.
В глазах Су Юй блестели слёзы, голос дрожал:
— Ты... как ты мог так со мной поступить?
— Прости, я просто перебрал.
Чтобы исправить ситуацию, Гу Линь поспешно полез в карман и достал чёрную карту.
— Ты ведь хотела занять денег, да? Эти двадцать миллионов сначала возьми, отдашь, когда будут. Проценты я с тебя брать не буду.
— Ты...
Глядя на чёрную карту в его руке, Су Юй колебалась.
Хоть они и были друзьями детства, она уже кое-что слышала о том, что представлял из себя Гу Линь, поэтому последние два года почти не общалась с ним.
Но после банкротства, когда семья погрязла в долгах, её отец выбросился из окна, мать попыталась покончить с собой, но выжила, и теперь она лежала в больнице.
Нужно платить за лечение, а кредиторы наседают со всех сторон.
Она действительно больше не выдерживала, поэтому и пришла к Гу Линю попытать удачу.
Но не ожидала, что он чуть не набросится на неё...
Су Юй серьёзно сомневалась, что если она возьмёт эту карту, то станет для Гу Линя не более чем канарейкой в клетке.
Из бывшей богатой наследницы — в несвободную игрушку.
Как тяжело принять такую пропасть, знала только она сама.
Стиснув зубы, Су Юй протянула руку и отодвинула карту обратно.
Её лицо стало жёстким, в глазах застыла глубокая неприязнь:
— Даже если у меня не останется другого выхода, я не стану твоей игрушкой!
— Мне кажется, ты неправильно поняла.
Гу Линь тихо вздохнул, голос его был предельно мягок:
— С тех пор как я узнал о вашем банкротстве, я всё время хотел помочь, но последние два года ты постоянно избегала меня, поэтому я и не решался к тебе прийти.
Говоря это, он вложил чёрную карту ей в руку и медленно продолжил:
— Эти деньги возьми и пользуйся. То, что было только что, — правда, ошибка. Мы же с тобой неразлучные друзья детства. Каким бы отморозком я ни был, я не стал бы к тебе приставать.
Всё-таки он был президентом компании и часто обводил подчинённых вокруг пальца, поэтому говорил искренне, проникновенно и от души.
Су Юй выслушала, и выражение отвращения на её лице заметно смягчилось, на нём даже мелькнул оттенок вины.
Выходит, он всё это время думал о ней, а она, наоборот, избегала его как огня...
— Прости, я просто...
— Тсс.
Гу Линь приложил палец к губам:
— Не нужно объяснений. Что бы ни случилось, наши отношения не изменятся.
Тут вся настороженность Су Юй исчезла, слёзы подступили к глазам.
С тех пор как их семья разорилась, родственники и друзья, которые раньше лебезили перед ними, разбежались кто куда.
Она уже давно не слышала таких тёплых слов.
— Сп-пасибо тебе...
Кончики пальцев Су Юй дрогнули, и она приняла у Гу Линя чёрную карту:
— Когда я заработаю деньги, обязательно верну тебе всё с лихвой.
Услышав это, Гу Линь беззаботно махнул рукой:
— Возвращать не обязательно. Главное, чтобы ты не возненавидела меня из-за той ошибки.
Вспомнив произошедшее, Су Юй почувствовала, как у неё запылали щёки.
Когда она очнулась, её нижнее бельё было видно.
Он, наверное, всё разглядел!
— Ни-ничего... Ты был пьян, это вышло не нарочно.
— Вот и хорошо.
Гу Линь улыбнулся уголками губ, полностью успокоившись.
— Сейчас уже поздно, я распоряжусь, чтобы тебя отвезли домой.
— Мм... Тогда отвернись сначала, я пуговицы застегну.