У госпожи хоу закипела кровь!
Если бы сейчас на земле была хоть малейшая трещина, она бы от стыда готова была сквозь неё провалиться!
Как она могла вырастить столь непотребную девицу?!
В конце концов, та не была её родной плотью и кровью!
Но сейчас, находясь прямо перед госпожой Сунь, ей оставалось лишь неловко сглаживать углы:
— Раньше Гуййти была совсем не такой. Наверное, она только что украдкой напилась вина и опьянела. Эй, кто там, быстро отведите старшую барышню!
Две служанки тут же шагнули вперёд и поволокли Е Гуййти прочь.
Пока её уводили, Е Гуййти продолжала громко причитать:
— Тетушка Ци, какая же вы жадная, даже браслета пожалели подарить! Если не браслет, так хоть золотую шпильку или подвеску для веера дали бы! Госпожа!
Её голос по мере удаления затихал.
Услышав эти слова, госпожа хоу чувствовала себя так, будто ей некуда было спрятать лицо от стыда.
А лицо госпожи Сунь и вовсе позеленело.
Насколько же сильно поместье хоу презирало их поместье генерала, раз они задумали выдать замуж за него столь вульгарную девицу!
Какой бы ни была её красота, всё было бессмысленно!
Старшая госпожа Ци рассердилась, и её слова зазвучали с ядовитыми колкостями:
— Старшая барышня Бай действительно обладает истинным характером. Пусть говорит простовато, но зато прямо и искренне — прямо-таки подлинный стиль благородного дома хоу.
В её словах уже не скрывалась насмешка.
Намерение госпожи хоу сменить невесту стало ещё более непреклонным, и при этих словах она лишь холодно усмехнулась:
— Гуййти избалована, с детства росла на воле, совсем не то что её младшая сестра. Та обладает мягким и понимающим характером, а сегодня и вовсе предпочла сослаться на болезнь и не показываться, чтобы подчеркнуть широту и великодушие Гуййти.
Если бы вы, сударыня, увидели Чжэньчжэнь, то сразу поняли бы, что значит истинная образованность и благовоспитанность барышни из поместья хоу.
Услышав это, госпожа Сунь наконец заинтересовалась.
Она с улыбкой произнесла:
— Что ж, будем надеяться на добрые слова госпожи хоу. Если нам удастся заключить столь славный союз, это станет прекрасной историей.
— Нет!
В этот момент откуда-то сверху неожиданно рухнул человек и опустился на одно колено прямо перед ними обоими.
Обе женщины испуганно вздрогнули. Узнав того, кто спрыгнул с дерева, госпожа Сунь схватилась за сердце и испуганно укорила:
— Сююань! Ты, ребёнок, напугал меня до смерти!
Прибывший держался лихо и непринужденно. Услышав это, он поднялся на ноги, продемонстрировал ряд белых зубов и чётко отдал поклон госпоже хоу:
— Сююань приветствует матушку Бай.
Госпожа хоу окинула взглядом Ци Сююаня:
— Это молодой человек...
Госпожа Сунь поспешно притянула Ци Сююаня к себе, с извиняющейся улыбкой коротко представила его и в конце добавила:
— Я тут беседую с твоей будущей тёщей, зачем ты явился?
— Я, разумеется, пришёл подумать о делах собственной жизни! — открыто и прямо ответил Ци Сююань.
Затем он посмотрел на госпожу хоу и произнёс:
— Прошу матушку простить меня, но раз уж мы с Гуййти обручились, в моём сердце останется лишь она одна. Воды в реке три тысячи литров, но я испью лишь из одного кувшина!
Госпожа Сунь была потрясена.
Она торопливо дёргала Ци Сююаня за рукав и шёпотом отчитывала:
— Что ты за чепуху городишь?! А ну-ка быстро убирайся!
Если такая грубая женщина попадёт во внутренние покои, что тогда будет?
Ещё бы над ними не смеялись до упаду!
Но Ци Сююань не слушал.
Не колеблясь, он заявил:
— Я принял решение. Прошу вас, матушка, больше никогда не заводите речь о замене невесты!
Сказав это, он решительно зашагал прочь.
— Ах ты, ребёнок!
Госпожа Сунь кипела от злости, но совладеть с сыном не могла. Ей оставалось лишь наспех попрощаться и, поддерживаемой служанкой, бегом броситься в погоню за сыном.
На месте осталась лишь одна госпожа хоу.
И всё это от начала до конца видела Е Гуййти, находившаяся неподалёку.
Она с детства росла в седле, поэтому скрутить двух служанок для неё было проще простого.
Две служанки, разумеется, тоже стали свидетелями этой сцены.
Хун Яо была девушкой искренней и страстной, в её глазах уже блестели слёзы.
Она с чувством произнесла:
— Генерал Ци и вправду человек преданный и верный слогу. Он ведь даже мельком не видел нашу барышню, а питает к ней столь глубокие и крепкие чувства. Если барышня действительно выйдет за него замуж, она непременно будет счастлива всю жизнь.
Е Гуййти не ответила на это, а лишь спросила:
— А ты как думаешь?
Она перевела взгляд на Лю Ин, которая всё это время хмурила брови.
Подумав немного, Лю Ин сказала:
— Эта служанка кое-чего не понимает: молодой господин Ци в глаза не видел нашу барышню, откуда же взялась такая привязанность?
Будь на месте нашей барышни кто-то другой, он, надо полагать, вёл бы себя точно так же ради сохранения собственных неизменных принципов, а не потому, что разглядел в нашей барышне свою суженую.
Если в будущем он поймёт, что наша барышня совсем не такая, какой он её воображал, разве не постигнет его жестокое разочарование? И напротив, он решит, что это барышня пренебрегла его добрыми намерениями.
Эти слова оказались несколько неожиданными для Е Гуййти.
Имея опыт прошлой жизни, Е Гуййти вовсе не удивилась тому, что сегодня сказал Ци Сююань.
Не будь у неё прошлой жизни, она бы тоже поддалась очарованию его слов.
Её удивило другое: хотя она всегда знала, что Лю Ин умна, она никак не ожидала, что та обладает столь пронзительной проницательностью.
А она сама словно жиром заплыла изнутри — понадобилось пережить две жизни, чтобы прозреть.
Е Гуййти спокойно произнесла:
— Лю Ин права.
Говоря так, он лишь стремится поддержать репутацию преданного человека. Сколько на свете мужчин имеют жён и наложниц, возвышают любимок и топчут законных жён, а перед свадьбой сыплют любые сладкие речи?
К тому же, мы с Чжэньчжэнь — не овощи на грядке, неужели мы должны позволять семье Ци перебирать нас по своему усмотрению?
Хун Яо поняла её смысл, покраснела и, опустив взгляд, произнесла:
— Это эта служанка рассуждала слишком поверхностно.
Позади внезапно раздался только что слышанный, до боли знакомый голос:
— Изящная и скромная девица — желанная пара для благородного мужа.
Раз уж барышня Бай столь изящна и воспитывает служанок, не испорчу ли я пейзаж своим появлением?
Обе служанки обернулись, увидели Ци Сююаня и поспешно хором произнесли:
— Приветствуем молодого господина Ци.
Е Гуййти вовсе не удивилась его появлению.
Она повернула голову и спокойно посмотрела на него.
— Что, изящная и скромная девица не может отчитать служанок?
Повернувшись, она встретилась с ним лицом к лицу.
Разглядев её лицо, Ци Сююань на мгновение замер, и его тут же бросило в краску.
Он и раньше слышал о красоте старшей барышни Бай, но никак не ожидал, что старшая барышня из семьи Бай окажется столь умопомрачительной красавицей царственной внешности.
Опомнившись, Ци Сююань громко рассмеялся, излучая полную беззаботность и удаль:
— Красавица остаётся красавицей, даже когда грозно отчитывает служанок. Разве благородный муж не пожелает такую в жёны?
— У меня есть дела, так что прошу меня извинить.
— Постойте!
Заметив, что Е Гуййти собирается уходить, Ци Сююань поспешно остановил её.
Он почесал затылок, слегка смутившись:
— Любоваться цветами в одиночку скучно, не составит ли барышня мне компанию?
Его глаза сияли, он с надеждой ждал согласия Е Гуййти.
— Благодарю молодого господина за приглашение, Гуййти бесконечно рада.
Ци Сююань пришёл в дикий восторг, но не успел он выразить радость на лице, как услышал продолжение:
— Только вот Гуййти должна навестить великую принцессу и опасается заставлять её высочество ждать, поэтому никак не сможет составить вам компанию. Если представится случай в другой раз, Гуййти непременно разделит вашу компанию.
Стоило ей упомянуть великую принцессу, как даже Ци Сююаню стало нечего возразить.
Ему оставалось лишь сказать:
— Барышня может делать как пожелает.
Она слегка присела в поклоне:
— Покидаю вас.
С этими словами она решительно направилась прочь.
Позади отвергнутый Ци Сююань не мог скрыть разочарования.
В этот момент камешек неожиданно угодил ему в плечо.
Он ойкнул от боли, резко обернулся и увидел на дереве веселого и изящного молодого господина со сплошной насмешкой на лице.
— Отвергнут красавицей, настроение испортилось?
С этими словами тот сорвался с ветки и плавно опустился прямо перед Ци Сююанем.