— Они… почему они ушли? — Девочка была полна недоумения. Разве не говорили, что магические звери едят людей?
— Наверное, они сочли тебя слишком милой, поэтому им жалко тебя есть, — с улыбкой ответил Лу Хун.
— Конечно, эта мисс знаменита своей миловидностью, — задрав нос, заявила девочка, поднимаясь на ноги. От её недавней просительной позы не осталось и следа.
— Ну, раз всё в порядке, мы тогда пойдём, — Лу Хун махнул рукой, собираясь вместе со стариком продолжить поиски низкоуровневых магических зверей.
— Эй! Тебе не позволено меня бросать! — заметив, что оба собираются уходить, девочка тут же окликнула их.
— Что-то ещё?
— Вы должны вывести меня отсюда, — произнесла девочка. — Я — единственная дочь министра кабинета. Если вы благополучно выведете меня из Леса Морозных Листьев, моя семья щедро вас отблагодарит.
Девочка была неглупой и понимала: пусть у неё и есть титул клирика шестого ранга, её совершенно не обучали боевым навыкам. Если эти двое уйдут, в следующий раз ей может не улыбнуться такая удача — встретить магического зверя, который не ест людей.
— Меня не интересуют всякие щедрые награды. Мне ещё нужно искать низкоуровневых магических зверей, у меня нет времени возиться с тобой, — Лу Хун подумал немного и добавил: — Впрочем, можешь пойти с нами, а вот когда мы отсюда выберемца — решать не тебе.
— Зачем тебе искать низкоуровневых магических зверей? Разве ты не знаешь, что все они возле столицы давно уже выращиваются в неволе? — Девочка посмотрела на Лу Хуна и старика с брезгливостью, посчитав этих двоих деревенщинами, которые ничего не видали.
— А? — Старик растерялся. Он об этом отроду не слыхивал, поэтому спросил: — В неволе? Где это?
— В Горном хребте Энгельс! Все магические звери второй ступени и ниже вокруг тех мест скупаются на корню. Искать низкоуровневых зверей здесь, в Лесу Морозных Листьев — просто глупость! — объяснила девочка.
— Старик! — лицо Лу Хуна помрачнело. — Ты смеешь меня обманывать?
В первый момент Лу Хун подумал, что старик сделал это специально, чтобы отбить у него желание сражаться с монстрами и повышать уровень.
— Помилосердствуйте, молодой господин! — Старик, конечно же, догадался, о чём подумал Лу Хун, и поспешно принялся оправдываться: — Я ведь тоже целыми днями сидел в академии и носа оттуда не казал. Давайте-ка сразу отправимся к Горному хребту Энгельс, а?
— Тц! Тратите моё драгоценное время! — недовольно бросил Лу Хун, взваливая на плечо большущий меч и зашагав прямо в обратную сторону. Старик же семенил позади, заискивающе пытаясь угодить.
— Эй, помедленнее, подождите меня! — Девочка поспешно последовала за ними.
Выбравшись по дороге из Леса Морозных Листьев и доставив девочку в окрестности имперской столицы, Лу Хун просто высадил её из повозки. Под сопровождавшие их крики и брань бежавшей следом за повозкой девчонки Лу Хун и старик ближе к вечеру наконец добрались до Горного хребта Энгельс.
— Старик, из-за тебя у меня пропала большая часть дня, — глядя на закатное солнце, не удержался от вздоха Лу Хун.
— На пути к успеху всегда бывают преграды, чего уж там. Ничего страшного, сегодня заночуем прямо здесь, у хребта Кэрнс. Вон посмотрите, впереди как раз виднеются высокие здания, — с заискивающей улыбкой произнул старик.
— Ладно, давай тогда переночуем здесь.
Не прошло и минуты, как Лу Хуна и старика с позором выставили из постоялого двора.
— Переночуем, чёрт побери! Денег даже толком не взял! — Лу Хун презрительно посмотрел на старика.
Только что старик с видом полного хозяина жизни заявил на входе, что им нужны две лучшие комнаты, но всё закончилось тем, что когда администратор огласил цену в одну тысячу золотых монет, старика просто перекосило. Обыскав все карманы, он наскрёб едва ли десять золотяков. Самым же обидным было то, что когда старик назвал своё имя, ему никто не поверил и просто выставили обоих за дверь, призвав на помощь семь или восемь здоровенных охранников.
— Молодой господин, подождите немного, я попробую ещё раз! — Старик кипел от гнева. Он всё-таки принадлежал к имперскому роду, пусть и был одет немного простовато. Но он же вышел из военных! Что плохого в некоторой скромности? И как это вышло, что при упоминании семьи Проло ему никто не поверил?
— Забудь, если сунемся туда снова, нас просто примут за сумасшедших, — Лу Хун остановил нацелившегося на неприятности старика и указал на пустую площадку неподалёку. — Если ничего не поделать, вернемся назад или перебьёмся где-нибудь в поле. Погода всё равно не холодная, вполне можно переночевать.
— Ни за что! Как я могу позволить молодому господину спать на земле? — с суровым видом заявил старик. — Так что давайте-ка лучше повернем обратно, а завтра приедем снова.
Лу Хун был готов придушить этого старика. Горный хребет Энгельс находился гораздо дальше Леса Морозных Листьев, и возвращаться туда-сюда ему совсем не улыбалось.
— Молодой господин, но у меня тоже нет выхода. Мы же не можем кичиться силой и притеснять людей? — виновато улыбнулся старик.
— Ладно-ладно, погнали назад.
Лу Хун подумал, что старик в чём-то прав, хотя ему вечно казалось, что у этого деда просто кишка тонка кем-то кичиться. Что до притеснений — тамошние охранники хоть и были низкоранговыми бойцами второй ступени, но две руки не справятся с четырьмя кулаками, и старик, судя по всему, в драке бы не одолел их всех. Так что… эх, пришлось отступать, а что ещё оставалось?
Однако в конце концов возвращаться им всё же не пришлось. Когда Лу Хун и старик уже собирались уходить, появились несколько роскошных повозок. Нет, назвать это повозками было бы неправильно, потому что в упряжке шли не лошади, а самые настоящие сухопутные звери третьей ступени. Сухопутные звери славились своей выносливостью на бегу и были травоядными от природы, но их было не так-то просто выучить, поэтому повозки, запряжённые такими зверями, могли принадлежать только отпрыскам знатных семей.
И точно: ехавший впереди мужчина был одет столь роскошно, что любой сразу понял бы: перед ним аристократ, чьё облачение стоило в разы дороже наряда этого старика.
— Дядюшка Хьюз?! — Заметив старика, ехавший впереди мужчина тут же подался вперед и приветственно поклонился. — Не знал, что дядюшка Хьюз здесь. Лапутун выражает вам своё глубочайшее почтение!
— Ваше высочество Лапутун, вам не стоит выказывать мне столь великое почтение, старик не заслуживает этого, — старик всё ещё был погружен в недавнее унижение, поэтому его тон не отличался особой мягкостью.
Лапутун был принцем и обладал отменной проницательностью. С одного взгляда заметив дурное настроение старика, он тут же поинтересовался:
— Есть ли что-то, в чём этот младший может вам послужить?
— Если ты и вправду хочешь услужить, помоги нам достать две лучшие комнаты, чтобы мы с молодым господином смогли наконец заселиться сюда, — старик указал на гостиницу позади.
— Должно быть, они ослепли! Подождите немного, я велю им лично принести вам извинения! — Лицо Лапутуна помрачнело. Он отдал знак глазами охране, и телохранители тут же направились внутрь. Не прошло и минуты, как администратор гостиницы и те самые охранники, что вытолкали их за дверь, были вытащены на улицу в самом жалком виде. Они рухнули на колени перед стариком и Лу Хуном, моля о прощении.
— Ладно-ладно, вашей вины тут нет. Просто подготовьте нам две комнаты, а деньги я велю привезти завтра — не хватало ещё быть у вас в долгу, — недовольно бросил старик. Впрочем, поступок Лапутуна доставил ему немалое удовольствие.
— Разве мог я позволить дядюшке платить? Для них великая честь, что сам почтенный Хьюз, один из старейшин семьи Проло, изволил остановиться в отеле Хоун, — ответил Лапутун, а затем перевёл взгляд на Лу Хуна.
Если он расслышал верно, только что Хьюз назвал этого парня молодые господином. Молодым господином! Чёрт побери, да даже у него, принца, не было права заставлять Хьюза называть себя молодым господином. Судя по старшинству, так обратиться Хьюз мог только к сыну главы семьи Проло из поколения, отстоящего на два шага назад. Но мог ли столь юный господин быть сыном патриарха, умершего несколько сотен лет назад? Поздний ребёнок? Но даже для позднего ребёнка срок в добрую сотню лет был перебором!
В голове Лапутуна пронеслись тысячи догадок, в конце концов вылившихся в вопрос:
— Дядюшка Хьюз, а этот юноша… кто он?
— О, это мой молодой господин, — совершенно спокойно ответил старик.
И впрямь молодой господин? Какого чёрта здесь творится? Его поколение выходит выше нынешнего императора — Великого императора Констант?!
Пусть в душе Лапутуна творился полный хаос, на его лице не дрогнул ни единый мускул:
— Впервые вижу этого молодого господина. — Он перевёл взгляд на Лу Хуна и слегка поклонился. — Здравствуйте, ваше благородие, я Лапутун, второй принц Священной Империи. Мы встретились впервые, буду рад вашей благосклонности.
— Приветствую, Ваше Высочество. Меня зовут Тукулу, я простой простолюдин, вам вовсе не обязательно быть столь вежливым со мной.
Лу Хун не испытывал особого трепета перед императорской властью — в конце концов, в былые времена, играя в Скайрим, он выполнил немало поручений, отправив на тот свет бог знает сколько королевских особ.
Простолюдин? Разве он не член семьи Проло? Как он может называть себя простолюдином?
Самопредставление Лу Хуна снова погрузило Лапутуна в пучину сомнений.
Старик всё же разглядел суть дела и произнес:
— Лапутун, перестань ломать голову. Тукулу — молодой господин только для меня одного, к семье Проло он отношения не имеет.
Тьфу ты… почему ты не сказал об этом раньше? Заставил меня гадать целый час!
В глазах Лапутуна мелькнуло обиженное выражение, но он тут же тщательно всё скрыл. Пусть даже этот Тукулу и не был связан с семьей Проло, раз сам Хьюз величал его молодым господином, в нём определённо было нечто выдающееся, и завести с ним знакомство точно не помешало бы.
— Даже если он не принадлежит к семье Проло, раз его удостоил своим вниманием дядюшка Хьюз, я, Лапутун, обязан оказать ему должное уважение.
— Эх, среди всего этого поколения только ты один умеешь себя вести, — со вздохом произнес Хьюз, услышав слова Лапутуна.
Этот вздох старика чуть было не привёл Лапутуна в неописуемый восторг. В Священной Империи исповедовалось правило трёх поколений: в каждом цикле империя выбирала правителя из двух правящих имперских родов — Проло и Сяхэ. Один род выдвигал императора, правившего на протяжении трёх поколений, а другой — императрицу, причём император и императрица совместно управляли всей страной. По истечении трёх поколений род, выбиравший императора, переключался на императрицу, а род императрицы начинал поставлять императоров — так они и сменяли друг друга по кругу. Великий император Констант был вторым правителем, избранным от семьи Проло, и Лапутун, будучи вторым принцем, разумеется, страстно вожделел места следующего императора. Благосклонность старейшин семьи Проло служила мощнейшей гирей на весах будущей власти, так что слова старика обрадовали Лапутуна невероятно.
— Ладно-ладно, хватит болтать. Нам с молодым господином нужно лечь пораньше, чтобы завтра с утра пораньше отправиться бить монстров, — с улыбкой махнул рукой старик и вместе с администратором отеля скрылся внутри здания.
— Как удачно я приехал, просто превосходно, — с сияющей улыбкой глядя на стоявших позади него молодых аристократов, произнес Лапутун. Изначально он приехал сюда лишь затем, чтобы составить компанию этой знатной молодёжи и немного развеяться, но он никак не ожидал столь щедрого улова. — Эй, следуйте за господином Хьюзом! Если возникнут какие-то проблемы — немедленно решайте их сами, но запомните: господин Хьюз должен остаться полностью доволен, вы поняли?!