— Ха-ха-ха-ха-ха-ха, до смерти смешно, почему его так быстро поймали?!
— Ха-ха-ха-ха-ха, заявляю, что отныне буду жить в этой стриминговой комнате, она подарила мне столько радости.
— Ха-ха-ха-ха-ха-ха, почему смотреть, как стример облажался, так чертовски смешно, ха-ха-ха-ха-ха!
— Погляжу я, как ты на этот раз будешь выкручиваться, ха-ха-ха-ха-ха!
В коридоре.
Температура воздуха резко упала, ледяной, промозглый воздух пробирал до костей и проникал в самые лёгкие.
Ву-у, вью-у...
Резкий треск электрических разрядов эхом разносился по пустому коридору, словно тонкие и острые иглы царапающие барабанные перепонки.
Незаметно для него самого то лицо уже полностью вернулось к своему первоначальному облику.
В тусклом, мерцающем свете страшное лицо было подернуто серовато-синеватым сиянием, уголки рта задрались в преувеличенной и жуткой ухмылке, кожа побелела, словно размоченная в воде, а пара совершенно черных зрачков уставилась прямо на него. Зловещий и леденящий взгляд, подобный неискоренимой застарелой язве, змеей пополз вверх по спине.
Юноша стоял в нескольких шагах от него и с бесстрастным, спокойным видом смотрел в ответ.
Только он увидел это, как медленно сделал глубокий вдох...
А затем развернулся и припустил во всю мочь!
— ...
В чате проплыло поле из вопросительных и многоточных знаков.
— ?
— ???
— И всё? И это всё?
Как дорожащий своей жизнью мошенник, Вэнь Цзяньянь всегда твердо верил в одно жизненное правило.
Настоящий мужчина, когда надо проявить трусость, должен проявить трусость!
Вэнь Цзяньянь с решительным выражением лица бросился бежать со всех ног.
Его вид был таким, будто он не жалко улепётывает от опасности, а широким шагом устремляется навстречу прекрасному завтрашнему дню.
Мало того что его поймали на лжи прямо перед хозяином лица, так еще и противник обладал силой, с которой он не мог тягаться. В таком случае у него оставалось лишь последнее припасенное на крайний случай сокровище —
Убегать!
Позади него неотступно следовало это улыбающееся лицо.
Краем глаза Вэнь Цзяньянь замечал, как лицо Сюй Юань то и дело мелькает в стеклянном окне рядом, а пара глаз в упор вглядывается в него.
Она неумолимо приближалась.
То лицо дюйм за дюймом сокращало разделявшее их расстояние — медленно, но необратимо.
Мертвенно-бледные, искривленные уголки губ чурацки изогнулись, становясь все больше похожими на губы самого Вэнь Цзяньяня.
Сердце Вэнь Цзяньяня ёкнуло.
Он обнаружил, что на этот раз скорость ассимиляции у противника была в несколько раз быстрее, чем в прошлый раз: прошло всего каких-то несколько десятков секунд, а то лицо уже на семь-восемь десятых походило на его собственное.
Но ничего страшного, скоро уже будет на месте.
Вэнь Цзяньянь крепко сжал зубы и, ускоряя шаг, принялся стягивать с себя куртку.
Одним прыжком он вскочил на лестничную клетку и резко взмахнул рукой —
Куртка со свистом взмыла в воздух и точно врезалась в лампочку под потолком!
— Хрусь!
Раздался отчетливый звук треснувшего стекла!
Раскаленные осколки лампы разлетелись во все стороны, раскаленная нить накаливания стремительно погасла, и в следующую секунду единственный источник света угас, погрузив весь коридор в непроглядную тьму.
Вэнь Цзяньянь стоял в темноте, его грудь быстро вздымалась и опускалась, а сердце бешено колотилось в грудной клетке.
— ...
В ушах стояла мертвая тишина.
Ничто больше не гналось за ним.
Отлично, похоже, он поставил на кон правильную карту и выиграл.
Вэнь Цзяньянь шумно выдохнул и, чувствуя легкую слабость, прислонился спиной к ледяной стене, тяжело и прерывисто дыша.
Судя по его прежнему опыту столкновений с Сюй Юань, та, по большей части, находилась внутри зеркал и могла действовать во внешнем мире лишь после того, как отнимет личность у живого человека.
Ранее, находясь на четвертом этаже, Вэнь Цзяньянь уже обратил внимание на состояние того стримера; судя по его все более ожесточающемуся и деформирующемуся лицу, время, которое Сюй Юань могла проводить за пределами зеркала, вероятно, было ограничено.
Поэтому, чтобы иметь возможность не возвращаться в зеркало, она должна была непрерывно захватывать чужие личности.
Очевидно, у того несчастного стримера истек отведенный срок, и он стал следующей намеченной жертвой.
Однако, к счастью, между этими событиями существовал временной зазор.
Раз уж Сюй Юань пожелала заполучить его личность, ей сначала пришлось бы отказаться от личности того стримера, а значит, на какое-то время ей требовалось вернуться в зеркальную поверхность.
И именно за этот момент уцепился Вэнь Цзяньянь.
Зеркало способно отражать предметы лишь при наличии источника света, а потому, если заставить источник света исчезнуть, противник тоже лишится возможности действовать.
Вэнь Цзяньянь поднял руку и провел пальцами по небольшой царапине на щеке, оставленной осколком стекла. Боль под действием адреналина была почти незаметной, ощущалось лишь теплое и липкое ощущение стекающей по щеке крови.
Он выровнял дыхание.
Ладно, пронесло.
Всё-таки успел.
Лежащая в кармане картина из человеческой кожи оттягивала ткань своей тяжестью.
На самом деле, в тот самый миг, когда Сюй Юань преградила ему путь, у Вэнь Цзяньяня мелькнула мысль вернуть Лицо ее владелице — это позволило бы и избежать гибели, и выполнить задание. Разве не идеальное решение?
Но он тут же отбросил эту мысль.
Этой ставки было недостаточно.
Если бы тот безликий человек действительно был самой Сюй Юань, Вэнь Цзяньянь ни капли бы не сомневался.
Но проблема заключалась в том, что нынешняя Сюй Юань уже ничем не походила на ту, что была описана в дневнике. Судя по информации, которую зрители сливали в чате, эта Сюй Юань сейчас представляла собой самого опасного и вредного монстра во всем подземелье.
Ее агрессивность зашкаливала.
Все монстры, которых Вэнь Цзяньянь встречал с момента попадания в подземелье, руководствовались какой-то одной стержневой навязчивой идеей.
Навязчивой идеей Сяо Цзе было помочь собственной матери, идеей безликого человека — забрать личность Сюй Юань. А что насчет Сюй Юань?
Вернуть свое собственное лицо?
Исходя из здравого смысла, должно быть так.
Но... Вэнь Цзяньянь почему-то чувствовал, что что-то здесь не так, и это мешало ему делать столь поспешные выводы.
В конце концов, судя по сведениям, которые он выудил у другого стримера, на четвертый этаж их привел именно тот стример, чью личность захватила Сюй Юань.
Она раз за разом отнимала личности у живых людей, выбиралась из зеркального мира и заманивала на четвертый этаж все больше людей.
— Это вовсе не похоже на поступки призрака, который просто хочет вернуть свое лицо.
Если интуиция Вэнь Цзяньяня не подводила, то даже если бы он только что отдал картину из человеческой кожи назад, это ни капли не спасло бы ему жизнь.
Задание бы он, допустим, выполнил, но сам бы откинул коньки — такая сделка не стоила бы свеч.
Поэтому, быстро взвесив все за и против, Вэнь Цзяньянь решил отступить на второй план и рискнуть пробраться к лестнице, чтобы оборвать источник света.
Хотя задание пока не было завершено, по крайней мере, его жизнь оставалась в безопасности.
Шаря руками в темноте коридора, Вэнь Цзяньянь медленно выпрямился.
Лишившись единственного источника света, весь коридор словно погрузился в бездонную тьму, где не было видноабсолютно ничего.
Вэнь Цзяньянь мысленно задал системе пробный вопрос:
— Свет, излучаемый интерфейсом трансляции, считается источником света в подземелье?
【Нет,】 прозвучал бесстрастный и холодный голос системы: 【Интерфейс стрима виден только самому стримеру и не способен излучать настоящий свет в пределах подземелья.】
Уже хорошо.
Успокоившись, Вэнь Цзяньянь открыл панель управления стримом.
Стоило только открыть интерфейс, как заблокированный до этого момента непрерывный звон зазвучал разом со всех сторон.
【Динь! Количество зрителей в стриминговой комнате превысило десять тысяч!】
【Поздравляем стримера с получением достижения: Король новичков по популярности!
Вау, популярность вашей трансляции неуклонно растет! Хоть вы и новичок, только что появившийся здесь, все больше зрителей вливается в вашу стриминговую комнату, глубоко покоренные вашим очарованием! Это вознесло вас на трон короля новичков по популярности в текущем подземелье!
Пожалуйста, не останавливайтесь на достигнутом и создайте для зрителей еще более захватывающий и свежий опыт трансляции!】
Прикинув всё на скорую руку, Вэнь Цзяньянь понял, что оставшихся баллов вместе с донатами из панели должно вполне хватить до конца подземелья.
Раз так, то дальше оставалось лишь прятаться от старой ведьмы, валять дураку, бить баклуши и ждать, пока истечет время и подземелье автоматически закроется.
Вэнь Цзяньянь медленно выдохнул. Давление смертельного старта с двадцатиминутным лимитом выживания оказалось поистине колоссальным, из-за чего он все это время пребывал в состоянии крайнего напряжения. Теперь же можно было хотя бы не бояться каждую секунду, что через мгновение он внезапно склеит ласты.
Он открыл инвентарь.
Купленные ранее рука-указатель и мантия скрытности были полностью истрачены, так что весь инвентарь зиял пустотой, из-за чего иконка саженца яблони в правом верхнем углу выглядела особенно сочной и зеленеющей.
Две строчки мелкого текста внизу выглядели на удивление четко и бросающеся в глаза.
【Достигнута вторая стадия роста】
【Условия разблокировки выполнены】
Вэнь Цзяньянь:?
Он помнил, что на первой стадии никакой процедуры разблокировки вроде бы не было?
Под его озадаченным взглядом на экране всплыла строчка мелкого текста:
【Обнаружено, что стример вне опасности, система автоматически разблокирует функцию для вас】
Вэнь Цзяньянь: ???
Погодите-ка?
Погодите же, блин?!
У него внезапно появилось крайне дурное предчувствие.
Неужели?!
Вэнь Цзяньянь в панике и суете снова открыл панель управления и испуганно уставился на баланс оставшихся баллов — в следующий же момент цифры перед его глазами заставили его погрузиться во тьму, перехватило дыхание, и его сердце чуть не остановилось.
【Оставшиеся баллы: 0】
Вэнь Цзяньянь: «……………………»
Пахал как проклятый полдня, а в итоге за одну ночь снова скатился к первобытно-общинному строю.
Да чтоб тебя!
Вэнь Цзяньянь чуть не падал в обморок от ярости. Он пялился на этот проклятый саженец яблони так яростно, что ему оставалось лишь подключить аппарат искусственного дыхания.
Он с таким трудом заработал баллы, гарантирующие прохождение, а эта транжирная хрень взяла и в мгновение ока спустила их подчистую.
Что за невезение такое!
Под его разъяренным испепеляющим взглядом на самом верхнем кончике ветки саженца яблони медленно вылез крошечный росток — зеленый, круглый, размером с ногтевую пластину.
Вэнь Цзяньянь замер.
Нахмурившись, он протянул руку и ткнул в иконку.
Всплыла строчка текста:
【Плод Лжи】
Вэнь Цзяньянь замер.
Согласно Ветхому Завету, змей-искуситель соблазнил людей в Эдемском саду вкусить запретный плод, и все человеческие желания, бедствия, жадность и разрушения начались именно с этой лжи.
Это и был подарок для новичка, индивидуально настроенный системой в соответствии с качеством его души.
И впрямь...
Единственный в своем роде.
Пока Вэнь Цзяньянь пребывал в задумчивости, сверху раздался звук шагов, и слабый луч качающегося фонарика постепенно осветил темную лестницу.
Плохо, источник света!
Вэнь Цзяньянь резко пришел в себя, его взгляд мгновенно ожесточился.
Су Чэн держал в руке забытый фонарик и шаг за шагом спускался по лестнице вниз.
Его настроение было таким же тяжелым, как и его шаги.
Хотя рассудком он понимал, что методы того опытного стримера были самыми эффективными и безопасными — NPC есть NPC, и даже если его заманили обманом в опасное место ради пожертвования, не было никакой разницы...
Но...
Стоило в его голове промелькнуть образу брата Сяо Вэня, который ради поисков сестры в одиночку отправился в самую глубь опасности и даже в момент угрозы думал в первую очередь о защите их, «студентов», как в груди Су Чэна зарождалось смутное, садяхее сердце щемящее чувство.
Он не считал, что поступать так было правильно.
Всякий раз, вспоминая о том, как он сам тогда не вышел вперед и не попытался громко их остановить, Су Чэн испытывал такое жгучее раскаяние, что был готов дать себе пощечину.
Гнев и раскаяние бушевали в его груди, заставляя его без колебаний развернуться и уйти.
Та группа опытных стримеров караулила у 408-й, и Су Чэн не мог войти внутрь на поиски людей, поэтому всё, что ему оставалось — это попытаться внести свой склепный вклад и помочь Сяо Вэню исполнить его желание:
Найти сестру.
Су Чэн сделал глубокий вдох, его взгляд стал твердым.
В этот момент он внезапно заметил, что сам того не ведая, забрел в кромешную тьму.
Свет на этой лестничной клетке по какой-то причине погас.
Слишком темно.
Словно он в одиночку увяз в болоте: перед глазами простиралась непроницаемая, тяжелая тьма, звуки исчезли вместе со светом, осталась лишь беспросветная пучина, внушающая тревогу.
Встревоженный и испуганный Су Чэн остановился.
Как так?
Что здесь вообще произошло?
Не успел он додумать эту мысль, как какая-то темная фигура стремительно выскочила из темноты и с размаху прижала его к стене!
— Уф...!
У Су Чэна перехватило дыхание, от шока и страха зрачки мгновенно сузились до точек.
Фонарик грубым движением вырвали из рук.
В следующую секунду единственный источник света пропал, и перед глазами вновь осталась лишь бездонная тьма.
Нет!
Нужно бежать!
Су Чэн в панике шумно дышал, его спина была намертво вдавлена в твердую стену, он изо всех сил сопротивлялся и отчаянно рвался вперед, пока —
— Тихо.
Нарочито приглушенный голос раздался прямо над ухом — чистый тембр, чуть ускоренная артикуляция, все казалось до боли знакомым.
— ...!
Су Чэн медленно расширил глаза, его напряженное тело понемногу расслабилось.
Он глубоко вздохнул и с опаской, едва ли не с неверием в голосе, прошептал:
— Братец Сяо Вэнь...?
— Это я.
Услышав этот знакомый ответ, Су Чэн почувствовал, как защипало глаза, и чуть не расплакался:
— Я... я уж думал...
— Я тоже.
Вэнь Цзяньянь прервал его быстрым тоном.
Он слегка прищурился, разглядывая расплывчатый силуэт собеседника в темноте.
Если бы перед ним оказался кто-то из тех опытных стримеров, Вэнь Цзяньянь ни за что не стал бы отнимать фонарик, а просто развернулся бы и дал деру; что же до того, погибнет ли кто-то из них от рук Сюй Юань, это его волновало бы в последнюю очередь.
Однако, обнаружив, что перед ним Су Чэн, Вэнь Цзяньянь мгновенно сменил тактику.
Живой соратник куда полезнее мертвого.
— Впрочем, для начала ему требовалось узнать, насколько хорошо тот понимает произошедшее.
Вэнь Цзяньянь разжал руку, прижимавшую Су Чэна:
— Где остальные студенты? Почему ты отбился от них?
Вопреки его равнодушному и расчетливому выражению лица, голос был полон тепла — казалось, он искренне переживает за собеседника и его товарищей.
— После того как ты вошел в 408-ю, я сам ушел от них.
Су Чэн шмыгнул носом и в темноте посмотрел на юношу, в его голосе звучала редкая для него сосредоточенность и хладнокровие:
— Братец Сяо Вэнь, я должен признаться тебе в одной вещи.
— Я не студент, и те люди, с которыми мы встретились на четвертом этаже, тоже не студенты. Мы все пришли сюда с одной целью, но у них дурные замыслы. Они объединились с тобой только для того, чтобы использовать тебя для добычи кое-каких вещей и заставить тебя идти вперед в качестве разведчика по опасным местам.
Он сделал глубокий вдох, собираясь с мыслями, и выложил разом все то, что так долго давило ему на сердце:
— К тому же... на самом деле, я ничем не отличаюсь от них, у всех нас нечистые помыслы.
Перед ним царила полная тишина.
Су Чэн всматривался в темноту, в тревожном ожидании затаив дыхание.
Спустя долгое время с противоположной стороны донесся легкий вздох:
— Не говори так.
Голос юноши прозвучал в темноте на удивление мягко:
— В конце концов, разве я, когда начинал действовать с тобой, не преследовал цель заручиться твоей помощью?
У Су Чэна защипало в носу.
Он никак не ожидал, что собеседник станет утешать его подобным образом...
Ах! Какой же прекрасный человек!!
— ...Трава.
— ............Трава.
— ...Ни за что не поверю, но стример на этот раз и впрямь не соврал.
— Но его всё равно приняли за хорошего человека, ха-ха-ха-ха-ха!
— Очнись! Тот самый человек с нечистыми помыслами — это же тот, кто стоит прямо перед тобой!
— Ха-ха-ха-ха, те придурки-стримеры, пытавшиеся подставить этого мошенника, давно были жестко острижены, ты не о того человека беспокоишься, глупый малыш, ха-ха-ха-ха!
Когда Вэнь Цзяньянь протянул руку и помог ему подняться, Су Чэн спросил:
— Братец Сяо Вэнь, а что теперь? Каков план?
— ...
Задай кто-нибудь этот вопрос минут десять назад, Вэнь Цзяньянь без малейших колебаний выбрал бы отсидеться в мутной водичке до истечения времени.
Но, вспомнив сияющую нулем сумму на своем счете, Вэнь Цзяньянь мог лишь со скрипом сглотнуть кровь подступившего к горлу гнева и, превозмогая зубную боль, максимально спокойным тоном ответить:
— Я знаю, как найти мою сестру.
— В конце концов, он ведь только что разбил лампочку, заставив свою «сестру» уйти в тень и лишившись возможности явить себя.
Только вот теперь ситуация кардинально отличалась от той, что была пару минут назад.
Тогда средств на счету было вдосталь, и миссия по возвращению лица Сюй Юань была делом добровольным.
А теперь Вэнь Цзяньянь был обязан ее выполнить.
Иначе он просто не протянет следующие несколько часов!
— Что?! — Су Чэн опешил и резко вскинул голову, глядя на стоявшего перед ним юношу: — Т-ты нашел зацепку?
— Ну типа того.
Вэнь Цзяньянь сделал паузу и произнес:
— Только, пожалуй, тут не обойтись без твоей помощи.
Он и представить не мог, что после столь откровенного признания тот все равно согласится сотрудничать.
И без того испытывавший чувство вины Су Чэн сейчас проникся еще большей трогательностью и поспешно кивнул:
— Хорошо, без проблем.
Вэнь Цзяньянь прищурился, молча улыбнувшись в темноте, и заговорил искренним и проникновенным тоном:
— Большое тебе спасибо.
*
Третий этаж общежития.
Весь коридор был лишен малейшего намека на свет, утопая в непроглядной, кромешной тьме.
Руководствуясь памятью, Вэнь Цзяньянь нащупал комнату, в которой он очнулся.
Сделав глубокий вдох, он резко толкнул дверь.
В мертвой тишине раздался скрипучий, хриплый скрежет, от которого уши просто вяли.
Вэнь Цзяньянь замер на пороге, не делая ни шагу вперед, и произнес спокойным, ровным голосом:
— Эй.
Его голос прозвучал словно брошенный в бездонную пропасть камень, не вызвав ни единого отзвука и растворившись прямо в бескрайней мгле.
Никто не отвечал.
Распахнутая дверь зияла черной пастью, словно поджидая, когда в нее ступит следующая жертва.
На этот раз Вэнь Цзяньянь вовсе не собирался шагать внутрь:
— Что, всё еще ждешь, пока я зайду?
— ...
В ответ по-прежнему стояла гробовая тишина.
Пальцы Вэнь Цзяньяня легко дрогнули, разворачивая картину из человеческой кожи:
— Или... тебе это больше не нужно?
Голос юноши был низким и плавным, интонации тянулись, будто он исполнял арию, и звучало это до крайности...
Бесяче.
Не успел он договорить, как из черной пасти дверного проема раздался странный звук —
*Щелк-щелк, хрусь-хрусь...*
Будто звук затекшей шеи при повороте, или трение канцелярского ножа, чье лезвие медленно выдвигали наружу.
Резкий, пронзительный, от которого волосы вставали дыбом.
Отлично.
Вэнь Цзяньянь попятился на пару шагов назад, и не успел этот звук приблизиться, как он резко развернулся и бросился вперед в каком-то направлении в темноте.
Частые шаги гулко отдавались в коридоре, сливаясь с ритмом стучащего сердца.
Позади него неотступно неслись щелкающие звуки, преследуя его по пятам, словно жаждущие отмщения призраки.
Лишившись света, он не видел перед собой ничего, так что Вэнь Цзяньяню оставалось лишь нестись на ощупь, полагаясь исключительно на память.
Вот-вот — уже почти прибежал!
Под ногами заскрипел пол, впереди забрезчил знакомый смутный очертаний силуэт, и Вэнь Цзяньянь зычно закричал:
— Сейчас —!
В тот же миг раздался щелчок, и луч фонарика внезапно разрезал темноту, резко выделяясь в мрачном коридоре.
Стройная фигура Вэнь Цзяньяня гибко метнулась в сторону, уступая дорогу.
Всюду были расставлены несколько зеркал, собранных из разных комнат; они криво-косо прислонялись к стенам, а на полу валялись бесчисленные осколки стекла, каждое из которых отражало свет фонаря, отчего вокруг на мгновение стало светло как днем.
— А-а-а-а-а-а-а-а-а-а —!
Раздался пронзительный до жути визг — резкий и пронзительный, словно шило, вонзившийся прямо в перепонки!
Вэнь Цзяньянь поднял руку, заслоняясь от луча, прищурил режущие от яркого света глаза и посмотрел в сторону источника звука.
Та девушка-студентка в старой школьной форме стояла прямо посреди бесчисленных осколков стекла. Она, казалось, пыталась вырваться, но не могла сдвинуться с места, а ее кости были вывернуты под странными углами.
Каждый осколок на полу отражал ее фигуру.
Раздался шлепок, и канцелярский нож выпал из рук на землю.
Рука призрака неестественно медленно поднялась, бледные, скрюченные пальцы постепенно согнулись внутрь и намертво вцепились ей в собственное горло.
В следующее мгновение пронзительный вопль пронесся по всему зданию.
Вэнь Цзяньянь инстинктивно отпрянул в сторону, избегая внезапно вспыхнувшего ослепительного сияния.
Место, где он очнулся, принадлежало самой Сюй Юань и ее соседки по комнате, пытавшейся завладеть чужой личностью. То самое зеркало сначала заставило его связаться с Сюй Юань, а во второй раз пассивно выдало задание на скрытый предмет. Иными словами, в той комнате находилось два призрака, однако они не появлялись одновременно.
Сопоставляя это с низкой агрессивностью самозванки, выдавшей задание, и высокой опасностью самой Сюй Юань, Вэнь Цзяньянь, хоть и не понимал до конца причин этого, все же решил рискнуть.
— Проще говоря, требовалось просто перенаправить чужое внимание и уровень враждебности.
По крайней мере, чтобы при первой же встрече его тут же не прикончили.
Вскоре свет погас.
Вэнь Цзяньянь глубоко вздохнул и поднял глаза на то, что находилось неподалеку.
Среди битого стекла постепенно обретал плоть мертвенно-бледный силуэт.
Мокрые черные волосы, застывшее маской жуткое улыбающееся лицо, совершенно черные, лишенные света зрачки.
Сюй Юань.
Она медленно переставила ноги, направляясь в эту сторону; ее очертания казались нестандартными и зыбкими, а фантом непрерывно мерцал с рябью.
Вэнь Цзяньянь поднялся с пола и протянул вперед картину из человеческой кожи:
— Полагаю, это принадлежит тебе.
Позади него Су Чэн, не мигая, во все глаза уставился на эту жуткую сцену. Пальцы, сжимавшие фонарик, слегка дрожали, а каждый нерв в его теле был натянут до предела.
Он вспомнил недавнее наставление Вэнь Цзяньяня.
Как только почуешь неладное — сразу гаси свет.
Сюй Юань медленно опустила голову, и ее взгляд зафиксировался на портрете в руках Вэнь Цзяньяня.
На этой бледно-белой маске словно пролегла трещина, на ее лице промелькнуло некое подобие человеческих эмоций, но тут же исчезло:
— Думаешь, я все это время искала именно это?
Ее голос звучал хрипло и сдавленно, а зловещий тон был пропитан нескрываемой злобой:
— Ты угадал неверно.
— Нет.
Вэнь Цзяньянь покачал головой и произнес спокойным голосом:
— Если бы твоей целью было отыскать собственное лицо, ты бы не стала красть личности живых людей и заманивать на четвертый этаж всё новых жертв.
Точнее говоря, человеком, жаждущим заполучить это «лицо», была вовсе не стоящая перед ним Сюй Юань, а та фальшивая «Сюй Юань», что пыталась украсть ее личность.
Само задание вернуть лицо Сюй Юань с самого начала было ловушкой.
Будучи мошенником, Вэнь Цзяньянь прекрасно это понимал: желание — это слабость.
Чтобы добиться своей цели с помощью сделки, необходимо в первую очередь отыскать то, в чем соперник нуждается больше всего на свете.
Чего же жаждет Сюй Юань?
Вэнь Цзяньянь вспомнил отрывочные фразы, прочитанные им в той тетради, и, упорядочив разрозненные подсказки, мысленно выстроил все более отчетливую догадку.
Он продолжил:
— Держу пари, ты тоже заключила сделку с зеркалом, однако ценой за нее стало привлечение новых жертв в качестве подношений, верно?
Сюй Юань резко вскинула голову, и ее лицо при свете фонаря стало еще более ужасающим — казалось, она то ли беззвучно заливается истеричным смехом, то ли испускает немой рев и крик отчаяния.
— Разве ты не хочешь обрести свободу?
Юноша смотрел на нее со всей искренностью, а его взгляд излучал чистейшую правдивость:
— Разве ты не хочешь освободиться от бесконечного рабства?
Сделав шаг вперед, он протянул вперед ладонь с зажатой в ней кожей:
Я могу тебе помочь.
Время шло капля за каплей, воздух казался тяжёлым, словно пропитался сыростью, так давя на грудь, что было трудно дышать.
Прошло неизвестно сколько времени...
Вэнь Цзяньянь почувствовал, как тяжесть в руке исчезла, и в следующее мгновение фигура Сюй Юань растворилась — она медленно вернулась в зеркало.
В зеркале Вэнь Цзяньянь увидел собственное лицо, которое одарило его странной, жутковатой улыбкой:
— Я даю тебе два часа.
В следующее мгновение силуэт в зеркале рассеялся и исчез.
У самого уха раздался механический голос:
[Динь! Поздравляем стримера с возвращением лица Сюй Юань законной владелице. Награда: 5000 баллов!]
[Задание на скрытый предмет (эпический) выполнено! Выдача наград…]
[Текущая степень изменения сюжета: 83%. Награда: 20000 баллов!]
—...
Вэнь Цзяньянь, чувствуя, как силы покидают его, отступил на два шага назад, прижался спиной к стене и медленно сполз вниз.
Лишь когда напряжение отступило, вызванные им физиологические реакции внезапно обрушились на тело: стройная и прямая спина юноши напряглась, изящные руки и тонкие плечи слегка задрожали, и он, опираясь о стену, начал судорожно сглатывать в приступе тошноты.
Су Чэн стремглав подбежал к нему и с тревожным видом принялся похлопывать Вэнь Цзяньяня по спине:
— Братец Вэнь, ты, ты в порядке?
Пока он в тревоге и беспокойстве переживал за товарища, в его ушах внезапно раздался механический голос:
[Динь! Поздравляем, вы помогли другому стримеру запустить финальное задание скрытой ветки подземелья Средняя школа Дэцай: ???]
[Лимит времени на выполнение: два часа]
[Примечание: в случае провала задания будут списаны все оставшиеся часы жизни и баллы, а стриминговая комната стримера будет немедленно закрыта.]
Су Чэн: ???
Погодите-ка?
Что происходит?
Другой стример?
Финальное основное задание?
Объём информации в этом системном сообщении был настолько огромен, что мозг Су Чэна, словно перегруженный процессор, оказался совершенно неспособен обработать столь сложный и противоречивый массив данных.
Каждое слово по отдельности было понятно, но почему при соединении друг с другом... они становились настолько непостижимыми?
Су Чэн мгновенно завис, тупо застыв на месте, и ещё долго не мог прийти в себя.
— Ах, раз так, то ничего не поделаешь.
Сидящий рядом юноша выпрямился и бросил на него боковой взгляд.
На его лбу выступили мелкие капельки пота, лицо было бледным и лишённым крови, а чёрные пряди волос, влажные от испарины, прилипли к щекам, придавая ему необычайно слабый и беспомощный вид.
Юноша легко вздохнул:
— Давай познакомимся заново.
Он приподнял длинные мягкие ресницы, и его янтарные глаза в игре света и тени казались до странного нежными. На том же самом утончённом и бледном лице это выражение вмиг отразилось отблеском почти демонической красоты, делая его опасным и манящим в темноте.
Он протянул Су Чэну руку:
— Вэнь Цзяньянь, начинающий стример.
Вэнь Цзяньянь моргнул и с улыбкой произнёс:
— Рад знакомству, надеюсь на твою поддержку.