Е Цзяци растирала следы на бумаге подушечками пальцев, но чернила уже въелись — теперь их можно было отмыть только водой.
— Моё имя что, людей ест? Так не терпелось его стереть? — Хо Цзинъи, глядя на её манипуляции, просто кипел от злости.
Е Цзяци всё же с усилием потёрла бумагу и невозмутимо ответила:
Глава 42