Ван Юй смотрел на двух ревущих в голос детей, валяющихся на земле перед ним, и чувствовал, как у него голова идет кругом.
— Эй, нет, вы это... Ах, ты! Надоело, тьфу!
Он уже собирался подойти и утешить их, как вдруг издалека донесся громовой окрик, пригвоздивший его к месту.
— Стоять!
Он обернулся и увидел знакомую Пламенную Ракшасу, которая неслась к нему.
— Вот те на!
Система: [Просим носителя культуры речи.]
— Да я же еще ничего не сказал!
Система: [Просим носителя культуры речи.]
— Черт!
Ну и дела, что за день?
Тут Ван Юй узнал в несущейся к нему Огненной Ведьме мать Ху Туту — Чжан Сяоли. Делать нечего, пришлось ждать на месте, пока она подойдет.
Чжан Сяоли быстро приближалась, ее лицо было искажено яростью, а пламя над головой, казалось, готово было испепелить все вокруг. Может, ему показалось, но Ван Юй даже почувствовал обжигающий жар.
— Туту! Что с тобой и Сяо Мэй? Все хорошо, хорошо, не бойся, мама здесь! — Чжан Сяоли подбежала и тут же заключила в объятия заходящегося в плаче Ху Туту. Заметив ревущую рядом Сяо Мэй, она прижала к себе и ее.
— Тетя, вы наконец пришли, — стоя на месте, с досадой произнес Ван Юй.
— Че-чего? — Чжан Сяоли оторопела. Все оказалось не так, как она думала. Но от ярости она не могла быстро остыть — пламя вокруг нее и над головой все еще полыхало.
— Туту хочет родить ребенка.
— А-а-а?! — Чжан Сяоли просто ошарашила эта новость. Пламя мгновенно погасло, и она даже начала слегка заикаться.
— Че-чего? Родить ребенка?
— У-у-у... Туту — мальчик, он не может родить маленького! Не хочу! Мама, Туту тоже хочет родить малыша! — голосил Ху Туту у мамы на руках.
— Ва-ва-ва-ва! Не хочу! — вторила ему Сяо Мэй.
— М-м, Туту, мальчики не могут рожать детей. А почему плачет Сяо Мэй? — Чжан Сяоли была в полном недоумении, но дети ревели так, что не могли выговорить ни слова.
Пришлось Чжан Сяоли с мольбой взглянуть на стоящего рядом Ван Юя.
— Хе-хе, малыш, не расскажешь тете, что случилось? — вспомнив свое недавнее поведение, она почувствовала неловкость.
Ван Юй, не обращая внимания на такие мелочи, просто рассказал все как было.
— Вот оно что. Спасибо, малыш, что просветил их. Ну... давай тетя угостит тебя жареными фрикадельками, а?
— Жареные фрикадельки? Туту тоже хочет фрикадельки! Мама, Туту тоже хочет! — услышав про вкуснятину, Ху Туту тут же перестал плакать и с надеждой уставился на мать, пуская слюнки.
Сяо Мэй тоже перестала плакать, но все еще всхлипывала.
— Хорошо-хорошо, но ты не можешь есть слишком много. Они специально для старшего брата. Сяо Мэй, тоже присоединяйся.
— Ура!
— М-м...
Ван Юй посмотрел на Чжан Сяоли, стоявшую полуприсев с двумя детьми на руках и улыбающуюся ему, а затем на полные ожидания глаза ребятишек. Он кивнул в знак согласия.
— Ура! Старший брат идет к Туту домой есть жареные фрикадельки!
— Мы будем есть вместе со старшим братом! — закричали дети.
Эх, нет, вы это... нельзя же... ну ладно, делайте что хотите.
Так Ван Юй последовал за Чжан Сяоли домой.
Едва переступив порог, Чжан Сяоли опустила детей на пол и скрылась на кухне, не забыв перед уходом сказать Ху Туту, чтобы тот развлекал гостя.
— Туту, мама будет готовить, поможешь брату освоиться, хорошо?
— Хорошо! Сяо Мэй, старший брат, пойдемте в комнату Туту!
— Ладно.
— Туту, я хочу поиграть с твоими кубиками.
— Давай, поиграем вместе, Сяо Мэй.
Ван Юй присел на кроватку и смотрел, как дети строят из кубиков и играют в игрушки. Ему стало скучно, и он достал телефон, намереваясь поиграть.
— О! Братец, во что ты играешь? — Ху Туту с любопытством уставился на телефон в руках Ван Юя.
— Я знаю, Туту. У брата в руке — телефон. По нему звонят. Моя мама таким пользуется.
— Телефон? — Чешет голову. Jpg.
Видя, что внимание Ху Туту и Сяо Мэй снова переключилось на него, Ван Юю пришлось закрыть только что запущенную игру и начать просвещать малышей.
— Это телефон. Папа подарил мне его, когда я целый семестр был первым в классе. Телефоном можно делать много чего: не только звонить, но и играть в игры, и фотографировать.
— Ух ты! — хором.
— Братец, а Туту можно поиграть?
— Я тоже хочу.
Глядя на их полные надежды глаза, Ван Юю осталось только со вздохом протянуть им телефон.
Вообще-то игр на его телефоне было немного: тетрис, тамагочи и пара древних аркад.
Ху Туту больше всего заинтересовался тамагочи, тыкая пальцем в экран. Сяо Мэй смотрела и время от времени вставляла замечания.
Ху Туту:
— Хи-хи, маленький питомец, кушай побольше.
Сяо Мэй:
— Туту, дай ему еще водички.
Ху Туту:
— Хорошо.
Внезапно телефон издал мелодию завершения игры. Дети вздрогнули. Ван Юй медленно приподнялся:
— Что случилось?
Туту:
— Бра-братец, маленький питомец умер!
Ван Юй взял телефон и глянул на экран. Судя по всему, перекормили, лопнул от обжорства.
— Вы дали ему слишком много еды. — Он быстро нажал несколько кнопок, и появился новый питомец.
— Ух ты! Маленький питомец снова живой! — с изумлением уставился на экран Туту.
— Старший брат такой умный!
Дети наперебой хвалили его, но когда Ван Юй снова протянул им телефон, оба отказались.
— Туту больше не будет играть. А вдруг я опять убью питомца старшего брата?
— Я тоже боюсь.
Видя, как решительно они отказываются, Ван Юй с улыбкой убрал телефон.
— Туту! Выходите с братом и Сяо Мэй ужинать! — крикнула Чжан Сяоли.
— Идем! Сяо Мэй, братец, пойдемте есть! Мамины жареные фрикадельки — объеденье!
— Угу!
— Хорошо.
Не зря это блюдо постоянно упоминают в мультиках: оно и правда было бесподобным.
За столом семья Ху Туту то и дело подкладывала еду Ван Юю и Сяо Мэй, нет-нет да и перекидываясь парой фраз.
Ван Юю нравилось так обедать. Его отец не разрешал разговаривать за столом и никогда не подкладывал ему еду. К тому же из-за работы они не всегда могли поесть вместе. Каждый раз, когда отец возвращался домой к обеду, он обязательно — до или после еды — спрашивал его об успеваемости и рейтинге по каждому предмету. А затем вручал обещанный в прошлый раз подарок и спрашивал, что он хочет в следующий раз.
Кроме этого, разговоров у них было мало.
— Кстати, малыш, как тебя зовут? Тетя ведь еще не знает. — Чжан Сяоли смотрела на Ван Юя, который сосредоточенно ел и то и дело подкладывал еду детям, и он нравился ей все больше.— Ай, смотри, какой понимающий ребенок.
— Да, да.
Ван Юй прекрасно слышал, как перешептываются супруги.
Он отставил миску и ответил:
— Меня зовут Ван Юй. Ван — из «Ван» (король), Юй — из «юйчжоу» (вселенная). Дядя и тетя, можете звать меня Сяо Юй.
Ху Инцзюнь:
— Ха-ха, отличное имя, Сяо Юй!
Чжан Сяоли:
— Да, да! А в каком ты классе, Сяо Юй?
Ван Юй:
— Во втором.
— Во втором? — хором.
Ху Туту:
— Ух ты! Братец такой крутой!
Сяо Мэй:
— А что такое «второй класс»?
Ван Юй кивнул:
— Мне семь лет, я учусь во втором классе начальной школы Юйин. — Он повернулся и пояснил детям: — Второй класс — это в начальной школе, значит на один уровень выше, чем детский сад.
Ху Инцзюнь:
— Молодец, молодец, Сяо Юй очень способный!
Чжан Сяоли:
— Ой, наверное, тяжело? Задания сложные?
Ху Туту:
— Второй класс?! Туту тоже хочет во второй класс!
Сяо Мэй:
— Я тоже хочу.
Видя, что вопросы сыплются со всех сторон, Ван Юй отставил миску, подумал, в каком порядке отвечать, и сказал:
— Я не думаю, что задания в начальной школе такие уж сложные. Главное — серьезно учиться. Так как я два года подряд был первым в классе, мне они кажутся легкими. Сейчас я уже самостоятельно изучил всю программу начальной школы.
Закончив, не дожидаясь реакции ошеломленных взрослых, он повернулся к детям и объяснил:
— Туту, ты ведь еще не ходишь в школу? Значит, чтобы попасть во второй класс, тебе надо сначала пройти младшую группу, среднюю, старшую, а потом первый класс. Только после этого вы с Сяо Мэй сможете пойти во второй.
— А-а? — Туту и Сяо Мэй.
— Это же так долго! Туту хочет сейчас! — расстроенно сказал Ху Туту, его уши поникли.
Сяо Мэй тоже очень расстроилась, но ее уши не поникли. Да и вообще ничего такого не произошло. Ван Юй даже подумал, что, может, два ее хвостика на голове поникнут?
— Туту, ты должен расти постепенно, чтобы стать таким, как брат Сяо Юй, понимаешь? — наставительно сказала Чжан Сяоли.
— Да, Туту, ты что, хочешь навсегда остаться последним? — терпеливо увещевал его Ху Инцзюнь.
— Туту не будет последним! Туту обязательно будет таким же, как брат! — громко возразил Ху Туту и предался сладким мечтам.
В мечтах он стоял на сцене, а рядом Ван Юй объявлял, что Туту занял первое место и стал самым умным ребенком во всем саду Фаньдоу. Сяо Мэй и папа с мамой дарили ему цветы, а он, стоя на сцене, то и дело кланялся, принимая похвалы и букеты.
— Спасибо, спасибо всем, спасибо!
Глядя на расплывшегося в улыбке и пускающего слюни Ху Туту, Ван Юй сразу понял, о чем тот думает. Он достал из рюкзака тетрадку, открыл чистую страницу и протянул ее Туту.
— На. Это моя рабочая тетрадь. Если Туту сможет правильно решить все задания на этой странице, он будет самым умным ребенком.
И все принялись наблюдать, как два малыша, соприкоснувшись головами, уставились в тетрадку. Сначала они были самоуверенны, потом на лбу выступил пот, а затем они сдались окончательно.
— Туту ничего не понимает, — разочарованно вернул тетрадку Ван Юю Ху Туту.
— Я тоже, — огорчилась Сяо Мэй.
— Ну все, Туту, отдай тетрадку брату. — Чжан Сяоли забрала тетрадь и протянула Ван Юю.
— Туту, Сяо Мэй, ешьте побольше фрикаделек, и у вас все получится, — утешая их, сказал Ван Юй и положил им по нескольку штук.
……
— Мам! Я пришел! — Ван Юй, вернувшись домой, бросил сумку и крикнул в сторону кухни, откуда валил пар.
Фух! Заигрался у Ху Туту в гостях, чуть не опоздал к ужину.
Стоп! А разве он перед уходом не поел?
Ван Юю пришла в голову одна мысль, он посмотрел на диван в гостиной. Там, уткнувшись в газету, сидел человек.
Увидев, кто это, Ван Юй начал двигаться крайне осторожно. Он бесшумно убрал рюкзак, тихонько проскользнул в свою комнату, достал тетрадку и принялся стремительно писать.
Блин!!! Папа вернулся?! Все пропало, пропало, пропало! Домашка еще не сделана!!!!!!
К счастью, задания были легкими, и нескольких минут вполне хватило.
Закончив с тетрадкой, он выдвинул ящик стола, достал грамоту, разноцветные бумажные цветы и пачку контрольных с наивысшими баллами. Разложил все по порядку, взял в руки, еще раз проверил последовательность — и только тогда открыл дверь и направился к дивану.
— Папа, ты пришел.
— Угу, — только и отозвался Ван Ханхай, не отрываясь от газеты. — А, да. Как успехи в школе в последнее время?
— Как обычно.
— Значит, снова все на отлично?
— Да.
— Хорошо. Домашнюю работу сделал? Покажи. — Он взял уже протянутую тетрадь.
Отложив газету, он внимательно просмотрел уже открытую на нужной странице тетрадь и через минуту удовлетворенно кивнул:
— Неплохо, все верно.
— Пап, учительница дала мне новую грамоту и бумажные цветы. В альбоме, который ты подарил в прошлый раз, осталось всего несколько страниц.
— А, это. Завтра куплю тебе новый. — Ван Ханхай задумался на мгновение и добавил: — Кстати, подарок, который ты в прошлый раз хотел, я купил. В шкафу в твоей комнате.
— Спасибо, папа! — «восторженно» сказал Ван Юй.
— Ладно, иди играй. — Ван Ханхай кивнул и снова уткнулся в газету.
Получив разрешение, Ван Юй тут же побежал в комнату и открыл шкаф. Внутри стояла коробка, в которой красовался целый набор йо-йо: двенадцать штук, а также запасные струны.
Система: [Носитель не испытывает интереса к этим предметам.]
Ван Юй:
— Но они выглядят круто, не правда ли?
Система:
— Почему бы просто не сказать папе, что тебе ничего не нужно?
Ван Юй:
— Ты просто жестока.
Система: […]
Ван Юй покрутил йо-йо в руках, намотал струну и попробовал поиграть. Умения у него было — никудышное: он кинул йо-йо вниз, а назад оно уже не вернулось.
— Из того, что я сейчас хочу, — телефон, планшет, всякие электронные гаджеты и больше карманных денег. Но единственное, что я могу придумать в качестве желания, — это они. К тому же у меня и так достаточно карманных денег каждый месяц.Если я сейчас скажу папе, что мне ничего не нужно и не стоит покупать подарки, для отца, который долгие годы работает вдали от дома и редко видит ребенка, это будет страшный удар.
Система:
— Почему? Разве самостоятельный ребенок, не требующий заботы, — это не хорошо?
— Что в этом хорошего? Кроме хвастовства его сознательностью и успеваемостью, чем еще можно похвастаться? Что он думает, когда на улице видит других отцов, которые идут, весело болтая и смеясь со своими детьми? Мой папа — он такой: и не может уронить свое достоинство, чтобы быть с ребенком попроще, и не хочет чувствовать себя совсем бесполезным. Ему нужно, чтобы ребенок от него зависел. А что может быть лучше, чем просить подарки?
Система:
— Носитель хорошо владеет речью.
— Чего?
— Нет запнулся или невнятности.
— Я тебе тут душу изливаю, а ты... — пи-и-ип —
Система: [Просим носителя культуры речи.]
— Ты — пи-и-ип пи-и-ип пи-и-ип —
— ?
Система:
— При необходимости система блокирует звук.
— ?