Распорядившись всеми делами в особняке клана Хэйму и наблюдая за тем, как клан Утиха под началом Фугаку начал методично устраиваться, привыкая к окружению, Хироки наконец ощутил, как улетучивается то беспокойство, что терзало его после столь щедрой траты семейного имущества. Он забрал Тамаки Тидзуру, свою новую личную служанку Утиха Идзуми и тот самый впечатляющий отряд охраны Утиха, после чего отбыл на карете обратно в Сэйрэйтэй.
Салон кареты был по-прежнему просторен, но теперь рядом с Хироки сидела утонченная и молчаливая Идзуми. Тамаки Тидзуру сидела напротив, время от времени украдкой поглядывая на эту новую спутницу, которую молодой господин так внезапно приставил к нему и чье происхождение было окутано тайной. Вспоминались те жуткие кроваво-красные глаза, внезапно распахнувшиеся той ночью во дворе (хотя сейчас это были самые обычные черные очи), и в душе Тидзуру все еще теплились трепет и любопытство. Идзуми же сохраняла безупречную позу, сосредоточенно выполняя обязанности прислужницы: она подавала Хироки чай и поправляла малейшие складки на его одежде.
Колеса вращались, и запряженные в карету скакуны вновь мерно вышагивали по дороге. Однако состав охраны изменился. Помимо восьми членов Отряда тайных операций (Сэкигун), выделенных кланом Сихоин для внешнего периметра, четыре фигуры, неотступно следовавшие за каретой Хироки, привлекали особое внимание.
Во главе их двигался Утиха Сисуй, продемонстрировавший во дворе особняка невероятную скорость. Он сменил ниндзя-одеяния Конохи на простую, лаконичную одежду в стиле Руконгая, но его выправка и опасная решимость никуда не делись. Его лицо, по-юному чистое и почти детское, не выражало ничего, зато взгляд, острый как у ястреба, ежесекундно сканировал окрестности. Позади него трое элитных членов клана Утиха — Тэкка, Инаби и Ясиро — в темной повседневной одежде двигались с той же собранностью, словно самые зоркие леопарды. Они окружили карету Хироки плотным кольцом с беззвучной слаженностью.
Что касалось вопроса их силы? Согласно сценарию, который был обговорен заранее:
Сисуй: слегка приглушил свою ауру (под руководством и при помощи Фугаку), подавив духовную энергию — Рэйацу до уровня, соответствующего лейтенанту (уровень 5-4). Его капитанская база позволяла провернуть это без труда, чего с лихвой хватало для обмана большинства Синигами, включая членов Сэкигун. Но та невозмутимость и отточенная в боях реакция, с которой он двигался, все равно выделяли его из толпы.
Тэкка, Инаби и Ясиро: также подавили часть своей силы, стабилизировав Рэйацу на уровне высококлассных офицеров (уровень 7-6). Будучи закаленными в клановых войнах элитными воинами, они играли роль опытных и опасных телохранителей, настолько естественно вжившись в образ, что изъянов было не найти.
А что насчет скрытности? Как Хироки и предполагал — в этом не было нужды! Да и невозможно это! Они возвращались в клан Сихоин, в штаб-квартиру Отряда тайных операций, где способность к мониторингу и контрразведке была одной из лучших во всем Сэйрэйтэе. Попытаться провести нескольких бойцов уровня лейтенантов и офицеров под носом у элиты Сэкигун, а особенно мимо самой Ёруити — Богини мерцания, было чистой фантазией.
Мысли Хироки были просты: раз спрятать нельзя, лучше выставить напоказ! Я, в конце концов, ношу фамилии двух благородных родов — Сихоин и Хэйму. Пусть один союз — зять-примак, а другой — пониже рангом, но завести себе пару приличных телохранителей — разве это не норма для господ-аристократов, желающих подчеркнуть статус и обеспечить безопасность?
И когда карета вновь подъехала к тем самым белым воротам, уходящим в облака, Хироки специально попросил Тидзуру предъявить удостоверения, подготовленные от лица клана Сихоин, чтобы оформить Сисуя и остальных как выходцев из Руконгая, поступивших на службу в клан Сихоин и назначенных личными охранниками господина «Сыфэнъюань Хуншу». Всё было оформлено официально в караульном посту Сэйрэйтэя. Процесс прошел без запинок, опираясь на авторитет клана Сихоин.
Грохот... Грохот... Колеса катились по каменным мостовым Сэйрэйтэя. Путь был куда ровнее дорог Руконгая, но долгая дорога все равно утомляла. Когда карета наконец миновала знакомые ворота и остановилась перед домом Хироки, он нетерпеливо распахнул занавеску и довольно неуклюже спрыгнул на землю.
— Фух... — Хироки потянулся, так что его кости хрустнули, и устало пожаловался: — Эх, ну и утомительно же ездить в этой карете. Кажется, кости скоро совсем развалятся...
Едва он договорил, как женский голос, полный раздражения и насмешливости, раздался из-за его спины, словно призрак:
— О? И где ты пропадал? Весь день тебя не было. И кто это такие?
Это была Ёруити! Она опиралась на колонну коридора, сложив руки на груди. На ней была черная облегающая форма Сэкигун, подчеркивающая стройный и высокий стан, а золотистые кошачьи глаза светились любопытством.
Хироки вздрогнул от неожиданности и невольно выпалил:
— Домой ездил, — он отозвался с недовольством человека, чей покой нарушили. Осознав, что сказал, он нахмурился: — Ц. Чего ты снова пришла?
Его взгляд скользнул мимо Ёруити и упал на двор.
Сердце Хироки пропустило удар!
За те несколько секунд, пока он жаловался, обстановка изменилась кардинально. Отряд Утиха, только что мирно стоявший у кареты, перешел в состояние высшей боевой готовности! Их движения были почти бесшумными.
Сисуй уже преграждал путь между ним и Ёруити, идеально выбрав дистанцию. Тэкка и Инаби справа и слева, подобно натянутым лукам, уже взяли Ёруити в полукольцо. Они подались вперед, а их руки небрежно лежали на рукоятях мечей. Ясиро занял позицию позади Хироки, внимательно осматривая каждый уголок. Все четверо выстроились в безупречную ромбовидную фигуру. Хотя они не высвобождали Рэйацу, воздух вокруг них словно застыл от ледяной жажды крови. Они смотрели на Ёруити как на опаснейшего зверя — инстинктивная реакция на появление сильного противника в незнакомом месте.
Даже новая служанка Идзуми за мгновение преобразилась из хрупкой девушки в настороженного воина. Она скользнула вперед, закрыв собой Хироки. Хотя она не стала активировать Три томоэ Сяринган, все ее естество источало готовность к битве.
Лишь Тамаки Тидзуру, только что пытавшаяся выйти из кареты, застыла в растерянности. Она смотрела то на госпожу Ёруити, то на телохранителей, принимавших грозные боевые стойки, не понимая, что происходит.
— Стоп! Стоп! Стоп! — Хироки, видя, как накаляется обстановка, схватился за голову и начал махать руками: — Расслабьтесь! Уберите руки от мечей! Не нервничайте! Свои! Свои!
Он указал на Ёруити и добавил с неловкостью:
— Это... кхм... моя номинальная жена, старшая госпожа клана Сихоин, Ёруити. В общем... считайте, что она хозяйка этого дома. Если она пришла, делайте вид, что не заметили. Ведите себя нормально!
— ... — Четверка Утиха обменялась взглядами. Сисуй едва заметно кивнул. Ледяная ярость схлынула, и все четверо почти одновременно выпрямились, приняв обычную позу охраны. Они почтительно склонились:
— Слушаюсь, господин Хироки.
Однако в их глазах все еще оставалась настороженность. Идзуми тоже отошла чуть назад, но не прекратила следить за гостьей, напоминая молодого леопарда.
Лишь тогда Ёруити перевела взгляд с этих искусных телохранителей на лицо Хироки. Она высоко подняла брови и недоверчиво спросила:
— Ты так и не ответил, эти ребята... что с ними не так?
Она особенно долго смотрела на Сисуя. Скорость реакции и слаженность этого отряда были за гранью обычного.
Хироки почувствовал прилив гордости от того, что теперь у него тоже есть охрана, и небрежно пожал плечами:
— Мои телохранители. Что, удивительно?
Встретив прямолинейный взгляд Ёруити, он добавил с важным видом:
— Я все-таки аристократ! Пусть мой дом и маловат, но завести себе пару толковых охранников — это же в порядке вещей.
— Ха-ха, — Ёруити издала короткий смешок, но взгляд ее стал острее: — Не ожидала, Куроки Хироки. Ты, оказывается, припрятал в рукаве такие козыри? И все как один — серьезные бойцы...
Она снова окинула Сисуя и остальных долгим взглядом, а затем тон ее изменился, в нем проскользнула нотка присвоения:
— Держать их рядом с собой — пустая трата времени! Будешь использовать их для борьбы с уличными воришками из Руконгая? Одолжи мне их... попользоваться на несколько дней.
— Нет, — Хироки отказал, не задумываясь. Шутить изволите! Это же его драгоценные бойцы, залог его безопасности!
— Эй! — Ёруити была застигнута врасплох таким быстрым ответом и выразила недовольство: — Я серьезно! В Сэкигун не хватает таких слаженных парней! Держать такие таланты как украшение интерьера — преступление!
— Нет, — Хироки сложил руки на груди, непреклонен как скала.
— Я заплачу! Высокая зарплата!
— Нет, — Хироки даже не моргнул. Приданого и алиментов от клана Сихоин хватало для содержания охраны.
Услышав третий отказ, Ёруити вспыхнула. В ней проснулся азарт. Ей пришла в голову мысль — кажется, этот зануда проявлял какой-то странный интерес к той холодной девчонке?
— Ц! Жадина! Тогда я поменяю их на Сой-Фон! Она побудет твоим телохранителем, а я заберу твоих ребят на время! Как тебе?
Едва она договорила, как глаза Хироки загорелись, словно кот, увидевший рыбу! Сой-Фон? Та самая утонченная, как фарфоровая кукла, и холодная, как лед, будущая глава отряда?!
В его воображении промелькнул образ Идзуми, а затем на него наложился холодный и строгий облик Сой-Фон... Две элитные девушки-телохранителя!
— Решено! — Хироки выпалил это почти рефлекторно, на лице расплылась широкая, немного похотливая улыбка.
— Тьфу! Размечтался! — Ёруити поняла, какую глупость выболтала, глядя на это выражение лица. Она с яростью посмотрела на Хироки, бросила гневный взгляд на его отряд Утиха и, фыркнув от негодования, исчезла в шаге Сюнпо.
Глядя туда, где только что была Ёруити, Хироки с сожалением пробормотал:
— Ц, пошутил же... жадина...
Однако, взглянув на своих умелых и грозных охранников, он снова почувствовал гордость.
Да какая разница, сделка удалась! Хироки, пребывая в отличном настроении, направился в свою комнату. Эта несуразная жизнь после перерождения, кажется, начала подавать надежды.