— Господин?
Слуга, только что переживший крах семьи Хуа, до сих пор в страхе, осмеливается лишь тихо поторопить.
Цяо Чжунго словно очнулся от сна. Он мгновенно собрался, на лице не отразилось ничего.
«А-а-а! Я тоже хочу посмотреть! Я тоже хочу видеть героиню! У-у-у, папа, возьми и меня! Умоляю!» — отчаянно закричала Цяо Цзяоцзяо, превозмогая усталость и голод, втайне ненавидя, что никто не понимает её младенческого языка.
Цяо Чжунго уже собирался уйти, но, услышав это, на миг замедлил шаг и громко сказал:
— Пригласи их в главный зал, встретим здесь.
«У-у-у, папочка, я тебя люблю! Ты меня понимаешь!» — у Цяо Цзяоцзяо навернулись слёзы.
Услышав это, Цяо Чжунго поспешно с любовью взял Цяо Цзяоцзяо на руки, с гордостью думая: дочка сказала, что любит его!
Цяо Тяньцзин и Цяо Дии уже видели Мэн Гусюэ прошлой ночью. Но тогда они и не подозревали, что эта десятилетняя девочка вызовет такие перемены в клане Цяо. Сейчас ей всего десять, так что не было причин избегать, а братья и вовсе не хотели уходить.
Вскоре супругов Мэн пригласили войти. Увидев плотно закрытые окна и двери, они сначала удивились. Но когда их взгляд упал на младенца на руках у Цяо Чжунго, они мгновенно всё поняли.
Госпожа Мэн втайне завидовала. По всей столице ходила молва, что императорский цензор Цяо боготворит жену, и… здоровьем не обижен. И правда, в таком возрасте завести дочку, да ещё и с гостями её носить — видно, что она у него как зеница ока. А взглянуть на его сыновей — оба выдающиеся, в кругу столичных дам, когда речь заходит о госпоже Цяо, кто не кусает платок от зависти? А её собственный муж, хоть и на пять лет моложе императорского цензора Цяо, но с брюхом, лысеет, да ещё и наложницу за наложницей берёт. Госпожа Мэн так злилась! Сравнивай людей — с ума сойдёшь!
Господин Мэн не чувствовал ничего подобного. Он подтянул живот повыше и с улыбкой пошёл навстречу.
— Брат Цяо, прошлой ночью всё случилось внезапно, мы приняли вас плохо, прошу прощения. Сегодня утром моей дочери стало лучше, и я специально привёл её, чтобы она лично поблагодарила второго господина из вашего дома.
С этими словами он слегка посторонился, открывая стоящую позади Мэн Гусюэ.
Цяо Чжунго знал, что его дочке интересно, поэтому специально повернул её лицо наружу.
Цяо Цзяоцзяо всмотрелась и немного разочаровалась. В романе автор описывал красоту Мэн Гусюэ как неземную; она даже завоевала титулы первой красавицы и первой талантливой девушки столицы. Цяо Цзяоцзяо ожидала большего, но десятилетняя девочка ещё не расцвела. У неё были изогнутые брови, вздёрнутый носик, маленький ротик, и лицо немного бледное. Однако глаза действительно красивые — живые и подвижные, сейчас они тоже смотрели по сторонам.
«О-хо-хо! Похоже, вчерашнее падение в воду и стало моментом попадания героини. Теперь в этом теле — душа современного взрослого человека. Сюжет наконец-то начался!»
Цяо Чжунго и его сыновья оцепенели от шока.
Попадание в другой мир? Значит, настоящая барышня Мэн прошлой ночью всё же утонула, и теперь перед ними стоит другой человек? Это… это же вселение души в чужое тело!
При этой мысли даже такой мужественный Цяо Чжунго почувствовал холодок по спине. Он уже упустил из виду тот факт, что его собственная дочь тоже весьма странная!
Хотя в голове роились тысячи мыслей, за годы службы Цяо Чжунго научился сохранять невозмутимое лицо.
— Брат Мэн, что ты такое говоришь? Вчерашняя суматоха — дело житейское, не стоило так утруждаться и приходить снова.
Господин Мэн был себе на уме. Сейчас клан Цяо пользуется особым доверием; хотя Цяо Чжунго всего лишь цензор третьего ранга, на заседаниях он может свободно нападать — кто посмеет возразить? Потому что все знают: те, кого уличает Цяо Чжунго, либо нечисты на руку, либо пойманы с поличным. Но он — одинокий чиновник, не участвует в пирах коллег, держится особняком. Господин Мэн думал: если удастся подружиться с Цяо Чжунго, разве это не станет для него гарантией при дворе?
— Ай-яй, брат Цяо, благодарность за спасение жизни превыше всего! Сюээр, иди скорее поблагодари второго господина!
Мэн Гусюэ вышла вперёд с открытым видом, глаза ясные, голос звонкий.
— Благодарю второго господина Цяо за спасение жизни. Сюээр нечем отплатить, но вовек не забуду!
Цяо Дии специально пригляделся: прошлой ночью Мэн Гусюэ была явно в смятении, держалась робко и трусливо, только плакала, а потом у неё поднялся жар. Не ожидал, что за одну ночь она полностью изменилась! Неужели, как сказала сестрёнка, теперь в теле Мэн Гусюэ живёт взрослая женщина из другого мира? При этой мысли плечи Цяо Дии дрогнули, волоски на теле встали дыбом!
Тем временем Мэн Гусюэ тоже разглядывала Цяо Дии. Её глаза засияли, восторг даже не скрылся.
— Ух ты, какой красивый! Уровень дебюта в центре сцены, да?
Она перевела взгляд на стоявшего рядом Цяо Тяньцзина и тут же поразилась ещё больше.
— Ничего себе, этот ещё красивее! Она выберет этого, постарше!
Цяо Цзяоцзяо, видя, что взгляд Мэн Гусюэ не отрывается от старшего брата, разозлилась.
«Тьфу! Героиня, не смей зариться на моего старшего брата! Моя невестка — дочь заместителя министра работ, вот это достойная девушка!»
Услышав это, Цяо Чжунго и Цяо Тяньцзин слегка опешили.
Заместитель министра работ? Это же Хань Минчжэ, которого называют «твёрже камня в выгребной яме»? Его дочь?
«Папа, сегодня господин Мэн явился с такими почестями, чтобы сосватать Мэн Гусюэ за одного из двух братьев! Ты ни в коем случае не говори "подумаем"! Отказывай сразу! Мэн Гусюэ положила глаз на старшего брата. Когда ей откажут, она решит, что клан Цяо смотрит на неё свысока, затаит обиду и потом будет изо всех сил стараться свалить старшего брата, чтобы доказать свою правоту!»
При этих словах лицо Цяо Чжунго посерьёзнело. В житейских делах и умении читать по лицам он уступал своей жене; будь она сейчас здесь, сразу бы раскусила замыслы клана Мэн!
Действительно, когда они обменялись любезностями, господин Мэн намекнул на это, но в мыслях он прочил Цяо Дии. Ведь Цяо Дии ближе по возрасту к Мэн Гусюэ, и именно он спас её прошлой ночью.
Мэн Гусюэ сейчас не могла сама распоряжаться своей судьбой, но это не мешало ей проявить смекалку! Она внезапно повернулась к Цяо Тяньцзину, изобразив самую сладкую улыбку, и с невинным и радостным видом сказала:
— Брат Цяо, ты такой красивый! Сюээр ты очень нравишься, такой старший брат!
Мэн Гусюэ думала: она девушка из другого мира, самая необычная в этом мире, никто не устоит перед её ореолом главного героя!
Однако Цяо Тяньцзин уже знал, что внутри этого тела — взрослая женщина, и если бы не его выдержка, он бы сейчас сбежал. Как раз в этот момент раздались мысли Цяо Цзяоцзяо, идеально отражающие его чувства.
«Фу — она что, возомнила себя избранницей судьбы, перед которой все должны пасть ниц?»