Чтобы покрыть недостающие кредитные очки для выплаты зарплаты, Лу Цин был вынужден найти кого-то, кто закроет финансовую прореху, оставленную Хэйтой.
Выбор пал на тебя, Дуаньму Лайфу!!!
Лу Цин быстро набрал его номер.
— Ту-ту-ту…
Трубку сняли.
— Алло, брат Дуаньму, ты на месте? Скидывай деньги.
Дуаньму Лайфу на том конце замялся, а затем горько усмехнулся:
— Начальник станции, у меня больше нет денег. В прошлый раз ты выжал меня досуха. К тому же в нашем Конгломерате недавно случилось происшествие.
— А ты сказал, что находишься под покровительством Хэйты? — Лу Цин слегка нахмурился.
— Бесполезно. По некоторым причинам нас, похоже, приметил некий важный господин, положивший глаз на наши богатства. Сейчас он сидит в нашем холле, и даже отец ничего не может поделать.
Лу Цин в задумчивости принялся барабанить пальцами по столу из палисандра.
— Почему не сказал раньше?
— Начальник мой, тот человек может оказаться Посланником. Я вложил всего лишь эти кредитные очки, мне было неловко заикаться, вот и пришлось решать проблему самому…
Безусловно, двести миллиардов для Посланника Знания, возможно, не такие уж большие деньги.
В большинстве случаев это не стоило того, чтобы вмешиваться.
Но у Лу Цина были свои принципы, проще говоря, он своих в обиду не давал.
Поэтому он перевел взгляд на стоявшую рядом Маленькую Хэйту.
Маленькая Хэйта, похоже, уже догадывалась, что скажет Лу Цин.
— Ты начальник станции, решай сам.
— Ты же за меня заступишься?
— Ты ведь тоже Посланник, чего просишь меня за тебя заступаться?
Что ж, у Лу Цина всегда было верное суждение о Хэйте — крепка она только на язык.
— Сходишь со мной в Конгломерат Зари, госпожа Хэйта?
— Нет.
— Когда вернусь, сделаю тебе пудинг десяти видов.
— Хлюпь…
— Пожалуй, можно и согласиться. Все равно делать нечего, так и быть, я согласна.
— По рукам.
Ради этой зарплаты Лу Цин изрядно намучился, эта придорожная башня еще и пользуется случаем, чтобы поживиться, но что поделать — начальник свой, только баловать и остается, ничего не скажешь.
Оставив Шао Яо разбираться с делами, Лу Цин вместе с Маленькой Хэйтой отправился в путь.
Интересно, кто же из Посланников их ждет?
Надеюсь, он окажет уважение придорожной башне.
— Волнуешься?
Услышав это, Лу Цин невольно перевел взгляд на стоящую рядом Маленькую Хэйту. Ее темно-пурпурные глаза слегка приподнялись.
— Немного, все-таки это Посланник.
— Спроси его имя.
Вскоре Лу Цин получил ответ.
Великий Герцог Минхо — Африт.
Насчет того, является ли он Посланником, до сих пор были сомнения.
Однако, по предположениям Лу Цина, он, вероятно, не был Посланником.
Но этого человека Лу Цин уже хорошо знал. В будущем Хуан Цюань разделается с ним, как с придорожным псом, разрубив одним ударом, но это не значит, что он был слаб.
— Хуа Хо: Обманула тебя. Даже если он Посланник, против Хуан Цюань он будет просто сметен одним ударом ноги.
— Хуан Цюань: Так кто он такой? Я его знаю?
— Хэй Тяньэ: Это трудно оценить.
Зрачки Маленькой Хэйты на мгновение дрогнули, затем она медленно покачала головой:
— Последователи Разрушения все безумцы. Готовься к бою заранее. И предупрежу тебя сразу: хотя я и Посланник, в бою я не особенно сильна.
— Неважно. Когда дело дойдет до точки невозврата, я вмешаюсь, — голос Лу Цина был спокоен, словно он говорил о чем-то, что его не касается.
Уголки губ Маленькой Хэйты слегка приподнялись:
— Самоуверен, маленький помощник.
Лу Цин повернулся, и в его черных зрачках мелькнул яркий красный отблеск.
Тот цвет, что был совершенно не связан с Радостью, заставил Маленькую Хэйту на мгновение опешить.
— Звезда: Этот оттенок очень знаком, но не могу вспомнить.
— Шацзинь: В Пенаконни все его видели.
— Хуан Цюань: Без сомнения, сила Пустоты.
…
Штаб-квартира Конгломерата Зари располагалась на планете, которую автор поленился назвать. Огромное кольцо земляного цвета простиралось среди миров, устремленные в облака небоскребы, крайне технологичный город — все это доказывало его процветание.
Здесь и находилась штаб-квартира Конгломерата Зари.
В холле царила гнетущая атмосфера. На сводчатом потолке была вырезана белокаменная резьба.
На главном кресле, подперев половину лица рукой, восседала долговязая фигура в красном одеянии, сверху вниз взирая на группу людей с побледневшими лицами.
— Быть замеченным мной — ваша честь. Если вы благоразумны, покорно отдайте имущество, и я не стану устраивать бессмысленную резню.
Дуаньму Чжай, глава Конгломерата Зари, был мрачен, но чувствовал свое бессилие.
Бесспорно, Конгломерат Зари, владеющий несметными богатствами, был лакомым кусочком, но есть и другая поговорка:
«Невиновен, да владеет яшмой — вина».
Иногда, не имея сил, равных богатству, ты словно ягненок на разделочной доске, неспособный сопротивляться.
Дуаньму Чжай был почти уверен: если он отдаст Конгломерат Зари красному мужчине перед ним, тот, скорее всего, все равно не пощадит их. Репутация «Гибельной банды» давно была запятнана.
Дуаньму Лайфу тоже был в отчаянии:
— Кто же рискнет ссориться с Великим Герцогом Минхо из-за какого-то Конгломерата?
Видя, что никто не отвечает, Великий Герцог Минхо невольно зевнул:
— Раз никто не возражает, будем считать вопрос решенным. Кто «за», кто «против»?
— Тогда я буду «против», — дверь распахнулась. Ветер неизвестно откуда взметнул полы одежды стройного юноши.
— О? Хэйта.
Великий Герцог Минхо проигнорировал говорившего Лу Цина и устремил взгляд на стоящую рядом Маленькую Хэйту. Та же беззаботно стояла возле Лу Цина.
А мгновение назад Дуаньму Чжай ругал Дуаньму Лайфу за то, что тот транжира: спустил несколько десятков миллиардов кредитных очков, а толку ноль, теперь же он едва не прослезился от облегчения.
— Хэйта, его мнение — это твое мнение?
— Разумеется.
Услышав это, Великий Герцог Минхо на мгновение задумался. Последователи Разрушения хоть и кровожадны, но не глупы.Сама Хэйта, возможно, не была ведущей, но у нее была очень сильная сеть связей, и он не хотел, чтобы его избили всем скопом.
— Звезда: Этот случай также описан в дневнике Зандара.
— После того как я возьму под контроль Конгломерат Зари, я буду предоставлять тебе средства на научные исследования. Что скажешь?
Хэйта промолчала, лишь перевела взгляд на стоящего рядом юношу.
Ее намерение было очевидно — предоставить решение Лу Цину.
Лу Цин поднял голову, окинув взглядом людей с разными выражениями лиц.
Дуаньму Лайфу в нервном напряжении кусал губы, до крови.
Выберите вариант:
«A. Остаться в стороне. Главное, чтобы я мог выдать зарплату».
«B. Как ты посмел тронуть тех, кого я защищаю? Хэйта, действуем!!!»
«C. Черное. Хвала Пустоте!!»
Лу Цин усмехнулся. Что тут выбирать? Слишком просто.
Честно говоря, это всего лишь симуляция. Он может выбирать, как захочет.
Неизвестно откуда поднялся ветер, развевая полу одежды юноши, плащ хлопал на ветру.
Пара обломанных рогов бесшумно проявилась, и бессмысленная, переливающаяся всеми цветами радуги тьма начала растекаться от Лу Цина, словно от эпицентра.
В пустоте одно за другим распускались бессмысленные мандалы.
Он протянул руку и сжал в ладони нагинату Пустоты.
В тот же миг давление, свойственное только Посланникам, распространилось меж небом и землей.
Зрачки Великого Герцога Минхо, который до этого сохранял спокойное выражение лица, резко сузились. Его подсознание кричало ему.
Он умрет!!!!!
— Ты выиграл. Я ухожу, — Великий Герцог Минхо медленно поднялся, с опаской глядя на юношу перед собой.
Он безумец, но не дурак.
Лу Цин молча убрал меч в ножны.
— Мудрый выбор. Иначе Пустота поглотит тебя.
Великий Герцог Минхо быстро покинул зал. Дуаньму Чжай, как глава Конгломерата, вытер холодный пот со лба и, подбежав, произнес:
— Огромное спасибо за помощь, словами не выразить, ваши милости.
Лу Цин не обратил на него внимания, а посмотрел на Дуаньму Лайфу, который незаметно покраснел до корней волос.
Спокойно произнес:
— Следующим наследником сделайте его.
— Разумеется, ваша воля — для меня закон, — ответил Дуаньму Чжай.
— Вальтер: Такое ощущение, что облик Лу Цина сейчас очень напоминает одного моего знакомого.
— Вальтер: Проклятая Энтропия [Бун Хай], почему ты все еще преследуешь меня!
— Лоча [Ракся]: Что это значит?
— Вальтер: Лу Цин — одна оплеуха, а тебе — целых две.
— Хуа Хо: А как же Цзи Цзы?
— Хуа Хо: О-о-о, вспомнила. Цзи Цзы уже сгорела дотла, даже пепла не осталось.
— Вальтер: Пустота, тысяча хранилищ, открывайся!!!