Стоны Линь Ху постепенно стихли, но воздух на арене для упражнений словно застыл. Ученики, которые еще мгновение назад перешептывались и одаривали Линь Фаня насмешливыми взглядами, сейчас затаили дыхание, а в их глазах читался недоверчивый трепет.
Больше никто не осмеливался бросаться словом отброс. Тот, кто одним ударом кулака сломал руку практикующему на третьем уровне закалки тела, стоил того, чтобы с ним считались, даже если еще вчера он считался никчемным слабаком, не способным удержать духовную энергию.
Линь Фань отвел взгляд, перестал обращать внимание на свернувшегося на земле Линь Ху и снова сел, скрестив ноги. Только в этот раз никто не посмел приблизиться к нему. Даже те ученики, что практиковались неподалеку, тихо переместились в другой конец арены, словно вокруг него возник невидимый барьер.
— Сюань Лао, я не слишком сильно себя выдал? — мысленно спросил Линь Фань. Он чувствовал, что духовная энергия в его даньтяне изрядно истощилась после того удара. Хотя ее можно было быстро восполнить, взрывная мощь того приема действительно превосходила уровень первого этапа закалки тела.
— Пойдет, ты неплохо себя контролировал, — голос Сюань Лао звучал с оттенком одобрения. — Способность на первом уровне закалки тела выдать силу, сопоставимую с пиком второго уровня, может удивить, но это все еще укладывается в рамки разумного озарения при прорыве. Если дальше не будешь светиться без нужды, никто не заподозрит Сутру меча карающего бедствия.
Линь Фань кивнул, закрыл глаза и снова начал вращать технику. Духовная энергия вокруг вновь стала собираться, причем еще быстрее, чем раньше. Возможно, из-за перемены в душевном состоянии эффективность поглощения энергии стала выше.
Как раз в тот момент, когда он почти коснулся барьера второго уровня закалки тела, послышались тяжелые шаги.
Ученики на краю арены инстинктивно расступились. Линь Фэн вернулся. Но на этот раз за его спиной стояли уже не такие приспешники, как Линь Ху, а двое других практиков в зеленой одежде. Их дыхание было ровным, виски слегка вздулись, указывая на четвертый уровень закалки тела. Среди молодежи семьи Линь они считались весьма достойными бойцами.
Лицо Линь Фэна было мрачнее тучи. Помогая Линь Ху добраться до лекаря, он всю дорогу чувствовал лишь жгучую обиду. Он, гений с четвертого уровня закалки тела, был публично унижен каким-то слабаком, который только-только научился собирать ци. Если оставить это так, какой авторитет у него останется в семье?
— Линь Фань, живо вставай! — его голос, полный сдерживаемого гнева, донесся издалека.
Линь Фань медленно открыл глаза, посмотрел на разъяренного Линь Фэна и слегка приподнял бровь:
— Еще что-то?
— Что-то? — Линь Фэн усмехнулся, быстро подошел к Линь Фаню и указал на участок арены, выложенный черным нефритом. — Знаешь, что это за место?
Линь Фань посмотрел туда, куда указывал палец. Там было разложено больше десяти черных нефритовых камней высотой по пояс, с поверхности которых исходило легкое сияние духовной энергии. Очевидно, это были специальные подушки для сбора ци. Раньше у него даже права подойти к ним не было — в распределении ресурсов семьи эти подушки всегда оставались привилегией Линь Фэна и других ключевых учеников.
— Знаю, это подушки для сбора ци, — спокойно ответил Линь Фань.
— Раз знаешь, так и веди себя соответственно! — Линь Фэн сделал шаг вперед, его тон стал еще более агрессивным. — По правилам семьи подушки для сбора ци предназначены только для ключевых учеников, достигших как минимум третьего уровня закалки тела. Ты, едва пробившийся на первый уровень, по какому праву занимаешь лучшее место для тренировок на всей арене?
Как только эти слова прозвучали, ученики вокруг снова зашептались. Кто-то решил, что Линь Фэн преднамеренно придирается, а кто-то счел это справедливым замечанием, ведь подушки для сбора ци действительно были важным семейным ресурсом, и раньше у Линь Фаня не было права ими пользоваться.
Линь Фань встал, его взгляд скользнул по ряду подушек и вернулся к Линь Фэну:
— Я не занимал подушки для сбора ци, я просто тренировался рядом.
— Рядом тоже нельзя! — грубо отрезал Линь Фэн. — Эта зона окружена массивом сбора духовных сил. Твои тренировки здесь означают, что ты отнимаешь энергию у ключевых учеников! Сегодня или убирайся отсюда, или честно признай, что ты заносчивый отброс, и извинись передо мной и Линь Ху!
Двое практиков четвертого уровня за его спиной тоже шагнули вперед, излучая легкое давление. Хоть оно и не было острым, оно отчетливо подчеркивало, что они здесь, чтобы поддержать Линь Фэна.
Окружающим стало ясно, чего добивается Линь Фэн: прикрываясь правилами семьи, он хочет заставить Линь Фаня сдаться. Если Линь Фань откажется, двое практиков четвертого уровня наверняка пустят в ход кулаки, и тогда, даже покалечив его, они смогут заявить, что лишь поддерживали чистоту правил семьи.
Глаза Линь Фаня похолодели. Он знал, что Линь Фэн не отступится, но не ожидал, что противник опустится до таких низостей.
— А если я не уберусь и не буду извиняться? — голос Линь Фаня оставался спокойным, но в нем прозвучала непреклонная твердость.
— Не уберешься? Не извинишься? — Линь Фэн рассмеялся, словно услышав нелепую шутку, а его лицо стало свирепым. — Тогда мне придется показать тебе, что такое правила! И что такое настоящая сила!
Не успел голос затихнуть, как Линь Фэн рванулся в атаку. Он не стал призывать на помощь своих товарищей, а решил ударить сам. Сила четвертого уровня закалки тела выплеснулась в полной мере, его кулак, окруженный белесым сиянием духовной энергии, с шумом рассек воздух, метя прямо в грудь Линь Фаню.
Удар был быстрым и жестоким, куда мощнее, чем у Линь Ху. Ученики вскрикнули, некоторые даже закрыли глаза, будучи уверенными, что даже если Линь Фань смог одолеть Линь Ху, этой атаки ему не выдержать.
— Осторожно! В Сутре меча карающего бедствия есть базис техники уклонения: направь энергию в стопы и используй ее силу, чтобы увернуться! — раздался в голове Линь Фаня голос Сюань Лао.
Фань ничуть не растерялся. Согласно указаниям, он мгновенно направил энергию из даньтяня в ноги. Тело стало таким легким, словно перышко, и за мгновение до того, как кулак Линь Фэна коснулся его одежды, он скользнул в сторону на полметра.
Пум!
Кулак Линь Фэна с силой вонзился в землю, каменные плиты моментально покрылись паутиной трещин. Попади такой удар в Линь Фаня, он бы гарантированно получил тяжелые травмы.
Линь Фэн остолбенел. Он не ожидал, что Линь Фань сможет увернуться — пропасть между первым и четвертым уровнями обычно нельзя просто так компенсировать техникой.
— Есть сноровка! Неудивительно, что ведешь себя так нагло! — взгляд Линь Фэна стал еще холоднее. Он снова бросился в атаку, теперь уже не сдерживаясь. Удары посыпались градом, закрывая все пути к отступлению.
Линь Фань гибко лавировал среди теней от кулаков, каждый раз уходя от атаки в самую последнюю секунду. Он не отвечал ударом на удар, лишь уклонялся, словно выжидая чего-то.
Все наблюдатели замерли. Они ожидали, что Линь Фань падет в одно мгновение, но техника уклонения оказалась поразительной.
— Откуда он этому научился? Это просто невероятно.
— Не знаю, раньше не слышал, чтобы он владел чем-то подобным… неужели это плод того самого озарения?
— Даже если техника хороша, это пассивное выживание. Линь Фэн рано или поздно его зажмет.
Шепот раздавался снова, но насмешек больше не было. Каждый видел, что Линь Фань вовсе не на удачу держится под градом ударов.
Линь Фэн злился все больше. Он нанес больше десяти ударов и не задел даже края одежды соперника. Это было сродни удару по вате.
— Уворачиваешься? Только и умеешь, что прыгать как заяц?! — взревел Линь Фэн. Он сменил тактику: сделал ложный выпад левой, а правой, тайком накопив больше энергии, подготовил смертельный удар.
Это был его излюбленный прием — Кулак пустоты и реальности. Благодаря ему он победил немало бойцов своего ранга.
И в этот момент Линь Фань, до того лишь уклонявшийся, внезапно остановился. Он увидел движение правой руки Линь Фэна и уголки его губ дрогнули в легкой улыбке. Он ждал именно этого шанса.
— Сейчас! Собери всю энергию в правый кулак, следуй методу Сутры меча карающего бедствия, сжимай энергию и бей со всей мощью! Только следи за силой, не покалечь его слишком сильно, достаточно просто отбросить! — голос Сюань Лао прозвучал отрывисто.
Линь Фань без колебаний направил всю энергию из даньтяня в правую руку. В соответствии с канонами Сутры меча карающего бедствия, энергия начала стремительно сжиматься вокруг кулака, образуя тонкий слой золотистого ореола. Это был признак экстремального сжатия энергии и уникальная особенность его техники.
В тот самый миг, когда кулак Линь Фэна почти коснулся его груди, Линь Фань нанес ответный удар. Их кулаки столкнулись.
Бам!
Глухой грохот был громче, чем когда Линь Фэн ударил в пол. Окружающие инстинктивно закрыли уши, боясь оторвать взгляд от столкновения.
Все были уверены, что Линь Фань улетит прочь с раздробленными костями.
Но следующая секунда повергла всех в шок.
Тело Линь Фэна резко остановилось. Свирепая улыбка на его лице застыла, сменившись выражением дикой боли. Он чувствовал, будто ударил кулаком по раскаленному железу. Колоссальная сила хлынула по его руке, онемение прошило плечо, а энергия в даньтяне пришла в полный хаос.
Топ! Топ! Топ!
Линь Фэн отступил на три шага, прежде чем едва удержался на ногах. Он опустил взгляд на свою правую руку: белесая энергия рассеялась, кожа покраснела. А Линь Фань по-прежнему стоял на своем месте — лишь лицо стало чуть бледнее из-за расхода энергии, он не отступил ни на шаг.
На арене воцарилась мертвая тишина. Все смотрели на Линь Фаня так, словно перед ними вырос монстр.
Первый уровень закалки тела одним ударом отбросил четвертый?
Разве это возможно?
Линь Фэн пребывал в прострации. Он отчетливо чувствовал, что хотя мощь кулака Линь Фаня не превышала силы третьего уровня, чистота и плотность этой силы превосходила все его представления. Это было словно острый кинжал, который, будучи малым по размеру, легко пробивает толстую броню.
— Твоя… твоя энергия… — Линь Фэн указывал на него, голос дрожал. Он хотел спросить, почему энергия Линь Фаня так сконцентрирована, но слова застревали в горле.
Линь Фань не ответил, лишь медленно опустил кулак. Он чувствовал, что запасы энергии в даньтяне почти исчерпаны, но на душе было небывалое облегчение — это был его первый бой против противника столь высокого ранга, и он победил.
— Сюань Лао, та сила… — мысленно спросил Фань.
— В этом и заключается суть Сутры меча карающего бедствия, — гордо ответил старик. — Обычные методы рассеивают энергию, а этот позволяет ее сжимать, заставляя силу того же ранга взрываться в разы мощнее. Это только верхушка айсберга, когда поднимешься выше, поймешь еще больше тайн.
Линь Фань кивнул и вновь перевел взгляд на Линь Фэна:
— Теперь ты все еще считаешь, что у меня нет квалификации здесь практиковаться?
Линь Фэн то синел, то белел, открывал рот, но не находил слов. Он вложил всю силу, но был отброшен — если продолжить бой, результат будет еще более позорным для него.
Двое спутников за его спиной тоже застыли. Они были уверены, что им не придется помогать, но результат их поразил. Теперь они смотрели на Линь Фаня с опаской и страхом.
Линь Фэн стиснул зубы. В его глазах читались досада и ненависть. Он понимал, что сегодня проиграл вчистую, но признать это не мог.
— Линь Фань, не радуйся раньше времени! — прошипел он. — Это не конец! Скоро начнется соревнование семьи, и там я покажу тебе, что такое настоящая мощь!
Сказав это, он не взглянув больше на противника, развернулся и ушел, а двое спутников поплелись следом. На этот раз он даже забыл забрать с пола Линь Ху.
Ученики смотрели на уходящую фигуру, затем на Линь Фаня, и трепет в их глазах только крепчал.
— Соревнование семьи… Линь Фань будет сражаться с Линь Фэном?
— А как иначе? Линь Фэн точно не упустит такого шанса, чтобы вернуть лицо.
— Но ведь только что Линь Фань отбросил его, может, на соревновании он действительно победит?
— Трудно сказать… разрыв между первым и четвертым уровнем слишком велик, может, это была простая удача…
Разговоры продолжались, но никто уже не осмеливался сомневаться в силе Линь Фаня.
Тот же не обращал внимания на чужой треп. Он снова сел, скрестив ноги, и начал поглощать энергию. Он знал, что Линь Фэн прав: соревнование семьи на носу, и там состоится их настоящий бой.
Линь Фань понимал: сегодня он ошеломил многих, а значит, теперь к нему будут прикованы взгляды старейшин и тех, кто списал его со счетов.
Дальнейший путь будет только сложнее.
Но взгляд его становился все тверже. Он поднял руку, коснулся Древнего нефрита на своей груди и прошептал про себя:
— Су Линсюэ, Линь Фэн и все, кто смотрел на меня свысока… ждите. Я, Линь Фань, докажу вам всем, что я не отброс! Я вступлю на этот путь борьбы против небес и пойду впереди каждого из вас!
Энергия в даньтяне снова начала собираться — в этот раз еще быстрее и плотнее.
Линь Фань знал, что до второго уровня закалки тела осталось совсем немного. А соревнование семьи станет его первой настоящей ареной для демонстрации силы.