Ветер за окном внезапно стал неистовым, с грохотом ударившись о стекло, занавески вздулись, как надутые ветром паруса. Сакура подсознательно встала, чтобы закрыть окно, но едва подошла к нему и подняла голову, как увидела огромные янтарные глаза — в ночном небе за окном кружила огромная птица с размахом крыльев шириной в дверное полотно, её перья отливали лунным серебром, и каждое движение крыльев поднимало завывающий ураган.
— Это карта «Полёт»! — Керберос на письменном столе внезапно вскочил, в голосе слышалась паника. — Прообразом карты «Парение» из Карт Клоу была именно она! Быстрее, Сакура, пока она не улетела далеко, срочно запечатай её!
— А? Прямо сейчас? — Сакура посмотрела на свою пижаму с медвежатами и розовые роликовые коньки, которые не успела снять. Поколебавшись секунду, но увидев, как от взмаха крыльев огромной птицы с верхушек деревьев слетают сухие ветки, всё же стиснула зубы, схватила свой Магический посох и бросилась наружу: — Я поняла!
— Постой, как ты собралась за ней гнаться в таком виде... — слова Кербероса прервал звук захлопнувшейся двери, и ему пришлось самому запрыгнуть в карман Сакуры. — Ну вот, вечно она, как заведётся, ни о чём не думает...
Сакура, спотыкаясь, сделала несколько шагов на роликах по тротуару, ночной ветер надувал её пижаму пузырём. Огромная птица, казалось, заметила её и внезапно спикировала вниз. Ураган от её крыльев, словно невидимая рука, сильно толкнул Сакуру в спину. Она вскрикнула, мгновенно потеряв равновесие, коньки заскользили по земле, и её едва не унесло ветром.
— Осторожно!
Чья-то рука крепко схватила её за локоть — хватка была не сильной, но уверенной. Сакура, всё ещё не пришедшая в себя от испуга, обернулась и наткнулась на спокойный взгляд — это был Ван Минсюань. На нём были простая белая футболка и спортивные штаны, словно он только что выбежал из дома, растрёпанные чёлка и волосы немного сбились на ветру.
— В таком виде тебе её ни за что не поймать, — голос Ван Минсюаня был мягким, но с ноткой не терпящей возражений уверенности. Он указал на кружащую в небе огромную птицу. — Сила ветра карты «Парение» чрезвычайно велика. Ты даже стоять не можешь устойчиво, как же ты собираешься использовать магию?
— Ван, Ван Минсюань? Как ты здесь оказался? — Сакура опешила, в голове у неё была каша — откуда он знает, что это Карта Клоу? Почему он так хорошо в этом разбирается?
— Давай пока не будем об этом, — Ван Минсюань мягко отпустил её локоть, перевёл взгляд на птицу в небе, и голос его стал серьёзным. — Сначала разберёмся с этой огромной птицей, потом всё объясним.
С этими словами он поднял левую руку ладонью вперёд, в сторону ночного неба, и его пальцы описали в воздухе плавную дугу, пока он чётко произносил заклинание:
— Звездный след укажет путь, ключом печать сними; свет соберись, в жезл превратись, миссию прими! Снятие печати!
С последними словами из его ладони вырвался мягкий белый свет, мгновенно сгустившийся в белоснежный Магический посох — его древко обвивали серебряные звездные узоры, а на вершине сияли вращающаяся восьмиконечная звезда и полукруглое солнце, что выглядело одновременно изящно и исполнено силы.
Сакура и Керберос в кармане смотрели на это, раскрыв рты.
— Ты, ты тоже... — голос Кербероса даже сорвался.
Ван Минсюань, не обращая внимания на их изумление, слегка коснулся посохом земли, и перед Сакурой развернулся бледно-золотой Световой щит, отразив очередной порыв ветра от огромной птицы. — Сакура, — он повернул голову и взглянул на неё, взгляд говорил: твоя очередь.
Керберос наконец пришёл в себя и закричал из кармана: — Да! Сакура, используй заклинание, которому я тебя учил! Доставай ключ!
Сакура глубоко вздохнула, крепко сжала в руке ключ в виде птичьей головы, подняла руку, и её звонкий голос прозвучал в ночном ветре:
— Сила, сокрытая во тьме, яви мне истинный свой лик! Связанная с тобой договором, Сакура приказывает тебе — снятие печати!
Вспыхнул свет, и ключ в её руке превратился в знакомый Магический посох, розовый самоцвет на его вершине засиял ярким светом. Она посмотрела на огромную птицу в небе, затем на невозмутимого Ван Минсюаня рядом с собой и внезапно почувствовала, что сегодняшняя операция по запечатыванию вышла совсем не такой, как она себе представляла.