Я была полностью сбита с толку.
Я в замешательстве тихо пробормотала: — Но у меня остались воспоминания о том, как ты ссорилась с бабушкой. Они такие четкие, я даже помню, как в детстве бабушка держала меня за руку, когда мы шли к родственникам...
В этот момент я не знала, чья память меня подводит — моя или мамина.
Увидев мое полное сомнений лицо, мама поспешно сказала: — Твой отец сейчас лежит в постели. Хотя его ноги сломаны, рассудка он не лишился. Когда очнется, сама спросишь у него, была ли у тебя бабушка!
Услышав слова матери, я замерла, словно пораженная громом: — У папы сломаны ноги? Как это произошло?
Услышав это, мама невольно перевела взгляд на табличку предка, стоявшую в комнате, и я посмотрела туда же.
Имя Юй Цинчжоу предстало перед моими глазами, а в голове тут же возникло его ошеломляюще прекрасное и донельзя дерзкое лицо.
— Это он сделал? — спросила я.
Мама не ответила. И хотя она не сказала ни слова, я поняла, что молчание означает признание.
Значит, это действительно Юй Цинчжоу. Это он сломал ноги моему отцу.
В одно мгновение меня охватили тревога и гнев. Я переживала за отца и злилась на саму себя — ну почему я не слушалась, почему связалась с посторонним мужчиной!
Я с трудом произнесла: — Это из-за меня он так поступил с отцом, верно?
Мама снова промолчала.
— Мам, я пойду посмотрю на папу, — сказала я.
Мама кивнула, не пытаясь меня удержать. Я быстро прошла в комнату родителей. Увидев отца, лежащего с плотно закрытыми глазами, я почувствовала, как к горлу подступил ком. Я тихо позвала его, но он никак не отреагировал.
Я поспешно посмотрела на маму и тревожно спросила: — Мам, раз у папы сломаны ноги, почему я не могу его добудиться?
— После того несчастного случая он так и не приходил в себя, — всхлипывая, ответила мама. — Сюэ Цзинъяо, похоже, он всё еще тебя не простил... Поэтому отец и не просыпается...
Глядя на отца, чьи волосы уже тронула седина, я испытала невыносимую боль. Вспоминая, как родители берегли меня с самого детства, я ощутила жгучую вину. Если бы я тогда не заговорила с Сун Линем, ничего бы не случилось!
Я вытерла слезы, приняв решение. Я вскочила и направилась к выходу — я найду Юй Цинчжоу!
— Сюэ Цзинъяо! Ты куда! — в ужасе воскликнула мама. — Не вздумай убегать! Если с тобой что-то случится, пока твой отец в таком состоянии, я просто не переживу этого!
Я застыла на месте и ответила: — Я пойду к нему. Каждый должен отвечать за свои поступки, что это за манера — наказывать мою семью!
— К нему?! — зрачки мамы расширились, и она сурово запретила: — Нет, нельзя! Сюэ Цзинъяо, ты его только разозлишь!
Я сжала кулаки, глубоко вздохнула и сказала матери: — Мам, я его видела.
Мама замерла, в неверии глядя на меня, ее губы задрожали: — Ты его видела?
Я твердо кивнула и рассказала маме, как Юй Цинчжоу спас меня. Пока она пребывала в шоке, я выбежала из комнаты.
Добравшись до главного зала дома, я увидела табличку предка на алтаре для благовоний. Не раздумывая, я схватила ее и бросилась обратно в свою спальню.
Вернувшись, я села на край кровати, пристально глядя на табличку в своих руках. Я не была уверена, находится ли Юй Цинчжоу внутри, но решила попробовать.
Я начала звать его по имени, изо всех сил тряся табличку: — Юй Цинчжоу, ты здесь?
Ответа не последовало.
Я позвала еще несколько раз — тишина. Неужели Юй Цинчжоу никак не связан с этой табличкой?
Задумавшись на секунду, я подняла табличку выше и нарочито грозно заявила: — Юй Цинчжоу, если ты сейчас же не отзовешься, я разобью эту вещь!
Едва я договорила, как из окна повеяло холодом с сыростью, и на подоконнике появилось яркое красное одеяние.
— Смелая стала, попробуй разбей, если духу хватит, — ледяным тоном произнес Юй Цинчжоу.
Разумеется, смелости у меня не было, я просто хотела выманить его наружу. Признаю, я рискнула, но ведь ставка сыграла, не так ли?
— Нет-нет, что ты, — я подобострастно водрузила табличку на стол.
Вспыхнул красный шелк, и в одно мгновение Юй Цинчжоу оказался рядом со мной. Он сел на кровать и с ледяным выражением лица посмотрел на меня: — Зачем звала сего правителя?
Я осторожно взглянула на Юй Цинчжоу, прикидывая про себя, что он, кажется, не такой уж и страшный...
По крайней мере, убивать он меня не должен, раз уж я номинально его жена.
Немного подумав, я бухнулась перед ним на колени. В момент, когда я опустилась на пол, я заметила, как он на миг замер.
Заливаясь слезами, я взмолилась: — Муж, я была неправа. Я не должна была терять голову и просить Сун Линя подвезти меня. Это моя вина, наказывай меня, если хочешь, — я сама отвечаю за свои поступки. Только оставь в покое моих родителей, они ни в чем не виноваты, умоляю тебя.
Я думала, что раз я плачу так искренне и трогательно, он должен сжалиться сменит гнев на милость.
Но Юй Цинчжоу неожиданно вскочил и, протянув руку, схватил меня за воротник, подняв в воздух.
Его лицо помрачнело, отчего у меня по спине пробежал холодок: — Как ты меня сейчас назвала?
— М-муж?
Я видела, как дернулся уголок губ Юй Цинчжоу, когда я произнесла это. Он бросил меня на кровать и навис сверху: — Так складно вышло. Ты что, и раньше так называла других мужчин?
Глядя в его прекрасное лицо, оказавшееся совсем близко, я едва дышала. Весь воздух был пропитан его ароматом — чистым и прохладным, как вода в горном ручье.
— Сюэ Цзинъяо, ты отвела взгляд, — он сжал мой подбородок, заставляя смотреть на него.
Его глаза, глубокие, словно омут, казалось, были готовы поглотить меня.
Я не знала, что ответить, ведь я...
— Ну, а звездных кумиров называть мужем... это считается? — тихо и неуверенно спросила я.
После моих слов хватка на подбородке стала сильнее, а затем Юй Цинчжоу встал и пинком сбросил меня с кровати. У меня искры из глаз посыпались.
— Легкомысленная, — фыркнул Юй Цинчжоу.
Я, потирая ушибленный зад, поднялась с пола и уже не заботилась о том, что он назвал меня легкомысленной: — Ты уже отругал меня, пнул, теперь можешь сделать так, чтобы папа очнулся? Впредь я буду сама отвечать за свои ошибки, не трогай моих родителей.
Юй Цинчжоу нахмурил свои красивые брови и ответил: — Я не причинял вреда твоему отцу.