— А-а-а-а-а!!!
Чунгуан клюнул изо всех сил. В ушах зазвучал пронзительный, ни мужской ни женский, визг, похожий на вопль злого духа, от которого заломило мозг. В то же время черная ци, таившаяся в оболочке, снова проявилась и, скользнув по клюву Чунгуана, юркнула внутрь.
Столкнувшись с вновь возникшей черной ци, он, не обращая на нее внимания, исступленно клевал лежащую под ним демоническую шкуру.
Шкура была на ощупь упругой, но его клюв легко выщипывал кусок за куском. Смешиваясь со слюной, осколки демонической шкуры размером с большой палец отправлялись в желудок. Если бы спросили, каковы они на вкус...
Он не знал.
Та черная ци скользнула по пищеводу Чунгуана прямо в желудок, и процесс стал необратимым. Поначалу в ушах еще слышался смех красавицы вперемешку с жутким воем, но как только черная ци полностью оказалась в животе, эти странные явления исчезли бесследно.
Чунгуан, тяжело дыша, поднял голову. Чувство сытости в животе заставило его невольно запрокинуть голову и отрыгнуть.
И-и-и-р-р-р...
Он выдохнул длинную струю воздуха.
Опустив голову, он увидел, что склевал лишь треть демонической шкуры.
— Демоническая шкура — всего лишь тонкий лист, но после того как я поглотил треть, я уже сыт.
Черная ци со шкуры уже полностью проникла в его живот. Скорее всего, она снова пыталась применить старый трюк — вытянуть из него эссенциальную энергию, но, к несчастью, натолкнулась на Золотой палец Чунгуана.
Чунгуан думал, что ему придется еще побороться с черной ци, но не ожидал, что она сама кинется в объятия, угодив прямо в живот.
Все, что он пожирал, становилось невосприимчивым к любым ядам и проклятиям.
Глядя на оставшуюся демоническую шкуру и три-четыре куска неизвестной плоти размером с человеческую голову, Чунгуан на мгновение пришел в замешательство.
Сейчас он был лишь немного крупнее обычного золотого фазана. Плоть и шкуру он не мог поглотить прямо сейчас, а демоны очень чувствительны к ци крови — тащить все это с собой было все равно что выставлять себя напоказ. К тому же, уходя отсюда, он с вероятностью девять из десяти столкнется с теми демонами, что разбежались раньше. Не то что плоть не уберечь — похоже, и самому не сносить головы.
— Неужели перерабатывать шкуру прямо здесь?
Нет!
Ни в коем случае!
Чунгуан поднял голову, взглянул на вырезанную на каменной стене руну телепортации и тут же отбросил эту мысль.
Если говорить игровым языком, это место было чем-то вроде точки возрождения плоти. Обычно сюда слеталось несметное множество демонов. Задерживаться было никак нельзя, и, несомненно, через некоторое время какие-нибудь демоны, не смирившись, снова придут сюда.
— Неужели бросить эту плоть здесь?! Или взять только часть?
Мысли Чунгуана лихорадочно работали. Пара золотых змеиных зрачков быстро окинула все вокруг, и он мгновенно принял решение.
Демоническую шкуру нужно было уносить — ее можно сложить, и она займет мало места. С плотью же придется с болью в сердце расстаться. Он понимал принцип «пожертвовать пешкой, чтобы спасти ферзя».
— Эх... все из-за того, что это тело слишком мало, да и способностей к хранению нет... — вздохнул он про себя, но его куриные лапы не бездействовали, чрезвычайно ловко складывая шкуру под ногами.
Демоническая шкура была тонка, как шелк, складывалась на удивление легко, и через несколько мгновений превратилась в аккуратный квадратик. Чунгуан раскрыл клюв, нагнулся и схватил его. Оглядевшись вокруг, он не заметил ничего подозрительного.
Чунгуан взмахнул крыльями, собираясь взлететь, но тут в голове раздалось «динь~».
— Динь~ Система почувствовала затруднения хозяина и специально открывает для него Пространство для хранения!
— Динь~ Вместимость пространства безгранична. Как только хозяин соприкоснется с предметом и возникнет соответствующая мысль, его можно будет убрать в пространство.
?!
Системное пространство?!
Обрадовавшись, он не стал долго раздумывать. Сосредоточившись, он быстро соприкоснулся крыльями и куриными лапами с кусками плоти. Почти в мгновение ока четыре куска бесследно исчезли, а вместе с ними и демоническая шкура, зажатая в клюве.
Чунгуан не стал задерживаться, чтобы разглядеть, где находится это так называемое системное пространство. Он снова огляделся, убедился, что все в безопасности, оттолкнулся лапами, захлопал крыльями и быстро исчез в темноте.
Примерно через полчаса из темноты донеслись шорохи. Несколько малых демонов на стадии Закладывания Основ медленно высунули головы, вглядываясь в место, откуда передавали плоть.
Там ничего не было!!!
Куда делись вещи?!
Ведь та шкура была творением Злого Духа — как мог какой-то демон посметь ее забрать?!
Они вытаращили глаза, вытянули шеи, с недоверием осмотрелись и лишь тогда, разочарованные, разбрелись.
Кто же забрал ту демоническую шкуру вместе с плотью?!
...
А тем временем...
Чунгуан, тайком унесший шкуру и плоть, естественно, не знал о «тоске» по нему малых демонов. В одиночку, перебегая с места на место, уклоняясь от взглядов многочисленных демонов, он наконец, без происшествий, вернулся в то место, где очнулся в первый раз.
Здесь демонов было мало, безопасно.
После поглощения всего лишь трети демонической шкуры, заключенной в ней энергии хватило, чтобы набить желудок до отказа. Инстинкты уже подгоняли его переработать и усвоить энергию в животе, но прежде чем сделать это, Чунгуан попытался связаться с так называемым системным пространством.
Как только эта мысль возникла, в его сознании ниоткуда возник золотой свиток, который тут же быстро развернулся.
На свитке ровные золотые линии образовывали прямоугольные ячейки. Оставшаяся демоническая шкура и четыре куска плоти превратились в реалистичные живые иконки, каждая заняв свою ячейку.
— Ну это же просто игровой рюкзак? Логично, — подумал он.
Глядя на появившееся в сознании Системное пространство, Чунгуан сосредоточился и мысленно произнес: «Извлечь демоническую шкуру».
В следующий миг сложенная шкура снова оказалась перед ним и с глухим шлепком упала на землю.
— Фух... — увидев, что шкура успешно извлечена, он с облегчением выдохнул.
Главное, чтобы можно было достать. Самое страшное — если можно только положить, но нельзя взять.
Он быстро клюнул шкуру, снова убрав ее в Системное пространство, затем отыскал травяное гнездо, успокоился, сосредоточился и начал перерабатывать демоническую шкуру в животе.
Чунгуан почти мгновенно погрузился в транс, находясь в полузабытьи, но сознание его было кристально ясным.
...
Спустя неизвестное время в его сознании смутно возникла картина. По мере того, как свет струился, изображение постепенно становилось четким, словно он смотрел со стороны.
Глубокая осень, высоко висит яркая луна.
Время цветения лотосов давно прошло, в озере остались лишь жалкие увядшие листья и стебли — та самая поэтичная картина «оставить увядшие лотосы, чтобы слушать шум дождя». Неподалеку вода слегка колыхалась, в поле зрения показалась роскошная, изящно украшенная цветочная ладья, которая неторопливо подплыла и причалила к берегу.
В поле зрения Чунгуана метнулся алый силуэт. Стройная фигура, высокая прическа «летящая небожительница», в волосах — несколько скромных жемчужных цветов. Хотя видна была только спина, это давало бескрайний простор для фантазии — несомненно, перед ним была неземная красавица.
Красавица сняла с себя накидку, которую тут же подхватил кто-то сзади, затем, приподняв подол, изящно, не спеша, взошла на цветочную ладью.
Эта сцена как нельзя лучше соответствовала строкам: «Увяли красные лотосы, нефритовый тростник осенью стал холоден. Легко сняла шелковое платье, одна взошла на ладью из орхидного дерева».
Ракурс изменился. Теперь взгляд Чунгуана оказался внутри женских покоев, где горели красные свечи. Глядя в резное окно, можно было увидеть медленно уплывающие назад увядшие лотосы — нетрудно догадаться, что это и была та самая цветочная ладья.
А та красавица, что взошла на борт, теперь показала свое истинное лицо.
Бледное, нежное и утонченное лицо, которое невольно вызывало желание приласкать.
Сняв жемчужные цветы, распустив высокий пучок — и черные, как смоль, волосы рассыпались по плечам. Она взяла нефритовый гребень и, глядя в медное зеркало, принялась расчесывать волосы — раз за разом. Глядя на свое отражение, она вдруг улыбнулась.
Закончив с прической, она начала раздеваться!
Красные свечи мерцали, красавица снимала одежды — воистину, сцена была полна эротизма.
Она шагнула из груды сложной одежды на полу, сперва полюбовалась своим безупречно белым, соблазнительным телом, а затем... завела руки за голову, слегка напряглась — и кожа головы вместе с волосами разошлась надвое, начала сползать вниз.
— А-а-а-х~ — из уст красавицы вырвался вздох облегчения.
Взглянув наверх, где же та неземная красавица? Перед ними была зеленая морда с клыками, настоящий злобный дух!
Злобный дух сперва размял конечности, затем взял краски для бровей и румяна и принялся расписывать оболочку — кожу красавицы. Когда он закончил с макияжем, то открыл рот и выдохнул струю эссенциальной энергии, медленно питая оболочку.
После всех этих процедур по уходу оболочка красавицы стала еще более яркой и прекрасной.
Увидев это, Зеленолицый злобный дух удовлетворенно кивнул и снова влез в оболочку. В мгновение ока он вновь превратился в ту неземную красавицу, надел все разбросанные одежды и снова привел себя в порядок.
Тук-тук...
Раздались два удара в дверь. Демон расписной шкуры, исполненный страсти и очарования, встал и открыл дверь. Увидев за дверью статного и пригожего молодого господина, его лицо озарилось улыбкой.
— Чжан Лан, отчего же ты сегодня так поздно?
— Сегодня был на пиру. После того, как разошлись гости, я с трудом улизнул из дому. Если бы отец узнал — убил бы меня! Сердце мое, сокровище мое, дай же я тебя поцелую.
Войдя, Чжан Лан накинул засов, нетерпеливо привлек «красавицу» в объятия, и они, ласкаясь, начали раздевать друг друга. У кровати они уже были двумя обнаженными телами.
И как раз в тот миг, когда гром встретился с огнем, а капли росы оросили пион распустившийся, две Магических меча с молниями пробили окно и намертво пригвоздили демона к месту в области бровей и киноварного поля.
Раздалось два шипящих звука, и красавица под Чжан Ланом на глазах стала сохнуть и сморщиваться.
— А-а-а!!! — от этого зрелища у Чжан Лана чуть душа не ушла в пятки. Он поспешно отпрянул, схватил свою одежду и, дрожа, забился в угол. К тому же этот магический меч чуть не задел его мужское достоинство — как тут не запаниковать?
Ракурс снова изменился — теперь перед ним были две фигуры, которые вели ожесточенный бой с демоном расписной шкуры.
На мгновение поднялся ледяной ветер с завываниями, засверкали разноцветные лучи. Обе стороны пустили в ход все свои умения — исход был ясен: битва не на жизнь, а на смерть.
В конце концов, зло не одолеет добро. Зеленолицый злобный дух был повержен двумя магическими мечами и обратился в пепел и дым.
Две фигуры легко приземлились на вершину цветочной ладьи, убрали мечи и, перевернувшись, вошли в покои демона. Подняв глаза, они увидели, что оболочка красавицы крепко обвила Чжан Лана, высасывая из него эссенциальную энергию. Чжан Лан же от этого уже потерял сознание, закатывал глаза, на лице начали появляться впадины.
— Демон, не смей вредить людям! — один из двоих поднял руку, достал талисман и, применив заклинание, пленил оболочку красавицы.
Они переглянулись, исследовали оболочку и, придя к единому мнению, одновременно произнесли.
— Злой Дух!
— Злой Дух!
— Эта оболочка изначально была содранной демоном человеческой кожей, всего лишь мертвая вещь. Но, пройдя через всю эту мирскую грязь, впитав столько Семи чувств и шести желаний и эссенциальной энергии, в ней зародился Злой Дух! Если так продолжится и дальше, то, даже если бы мы не пришли и не забрали демона, та демоническая шкура, что была на нем, бесшумно пожрала бы его самого.
— Хотя этот Злой Дух только родился и не имеет никаких атакующих способностей, он необычайно живуч, словно бессмертен. С Злым Духом, рожденным из Семи чувств и шести желаний, нам не справиться. Заберем его и передадим вышестоящим.
— И то верно. Другого выхода нет.
Коротко переговорив, двое заточили этого Злого Духа в тыкву-горлянку и, непринужденно управляя мечами, улетели прочь, оставив лишь лежащего с закатившимися глазами и время от времени подергивающегося господина Чжан Лана.
...