Во сне Цинь Е снова вернулся в то лето, в послеполуденное время, на стандартное футбольное поле, где была лишь одна трибуна. Многие люди из мира футбола праздно наблюдали за матчем, а на поле играли совсем юные футболисты лет пятнадцати. Одна из команд имела подавляющее преимущество, постоянно создавая моменты у ворот соперника. Вся команда едва справлялась с натиском, однако внимание присутствующих привлек один мальчишка. Он невозмутимо стоял в глубине штрафной площади и каждый раз, словно герой фантастического фильма, блокировал удары своим телом. Это казалось невероятным. На самом деле этот игрок почти не бегал, но всегда оказывался точно на траектории полета мяча, сводя на нет все попытки соперников забить. Несмотря на то, что его команда находилась в абсолютно проигрышной позиции, он умудрился удержать счет 0:0 до самого финального свистка. Цинь Е признали лучшим игроком матча!
— Этот парень неплох.
— Согласен, у него внутри настоящий стержень.
— Нам как раз нужен защитник, думаю, он подойдет лучше всего.
— В этот раз квота только одна, мы должны гарантировать стопроцентное развитие таланта.
— Верно, нужно с умом использовать государственные субсидии, нельзя позволить деньгам уйти в никуда.
— Хорошо, решено, берем его!
Матч закончился. Цинь Е чувствовал, что его лицо слегка опухло: во время игры он несколько раз принимал мяч на себя, и всякий раз удачно.
— Цинь Е, кое-кто из руководства хочет с тобой поговорить.
— О, хорошо.
…
Десять минут спустя Цинь Е сидел в просторном кабинете. Около десяти мужчин средних лет окружили его, но атмосфера вовсе не была такой строгой, как он ожидал. Все они доброжелательно улыбались.
— Поздравляю, ты получил возможность поехать на обучение за границу.
— О? Я? Правда?
— Не слишком обольщайся. Лига, в которой играет клуб, куда мы тебя направляем, не самая высокая, но там ты сможешь перенять отличные футбольные концепции. Надеюсь, ты воспользуешься этим шансом и добьешься успеха.
— О, хорошо.
Цинь Е был озадачен. Поначалу это мама настаивала, чтобы он участвовал в таких турнирах, но конкретных причин не называла. С детства Цинь Е рос слабым и болезненным, и, чтобы укрепить его здоровье, мама, вопреки возражениям отца, настояла на том, чтобы отправить его в футбольную школу. Так он играл уже десять лет. А вот врожденные физические данные предопределили ограниченную подвижность парня. Он не мог играть на позиции нападающего или на фланге, поэтому его вполне логично определили в линию обороны, охранять штрафную. На поле он бегал мало — дистанция была примерно такой же, как у вратаря, стоящего за спиной. Это позволяло ему уделять достаточно времени для наблюдения за ходом матча, он даже получал от этого больше удовольствия, чем зрители на трибунах. Каждый раз Цинь Е невольно думал: разве это не реалистичнее, чем платить деньги за просмотр игры со стороны! Ощущать напряжение на поле, находясь внутри него — это же просто замечательно.
Отец же всегда не верил в него, считая, что из-за медленной скорости и отсутствия движения на поле у него нет таланта, а футбол — это пустая трата времени. Он был весьма прижимист и не собирался тратить лишнее на его подготовку. Но маме было все равно, она всегда считала, что это лучше, чем скучно сидеть в школе на задней парте. По крайней мере, это воспитывает в ребенке дух соперничества, умение не сдаваться и способствует относительно крепкому здоровью…
Однако мама не знала, что на самом деле Цинь Е всем сердцем полюбил этот спорт. Ему действительно нравилось стоять на футбольном поле, чувствуя свежий запах травы. Иногда после окончания матча ему совсем не хотелось уходить. Несколько раз он так и засыпал прямо на газоне, и маме всякий раз приходилось будить его и тащить домой за уши.
— Этот ребенок любит футбол? — изредка спрашивал отец у мамы.
— Не совсем уверена, но я знаю, что он очень любит футбольное поле.
— Любит футбольное поле? Что это значит?
— В буквальном смысле.
— А, ну тогда в будущем пусть идет работать газонокосильщиком в профессиональный клуб, сойдет.
— Отвали, — по крайней мере, как я видел, мама умела заканчивать разговоры с отцом именно так…
— Цинь, Цинь, вставай скорее, нам пора на тренировку.
— Мам, я не хочу сегодня вставать, тело такое уставшее.
— Цинь, ты снова говоришь по-китайски, я не понимаю.
Морини тряс Цинь Е, пытаясь привести его в чувство. С трудом открыв глаза, Цинь Е испугался большого лица Морини прямо перед собой.
— Черт, ты кто?!
— Перестань бредить, или ты хочешь снова бегать 40 кругов?
Ломаный английский Морини вернул Цинь Е к реальности.
— Боже мой, сколько сейчас времени?
— Я вернулся вчера вечером и увидел, что ты рано лег спать. Не ожидал, что ты будешь спать столько времени и все равно не выспишься. Уже утро следующего дня. Сейчас шесть часов утра, а в полседьмого у нас сбор на тренировку.
— Друг, я угощу тебя шикарным обедом.
— Брось, ты это говоришь, но еще ни разу не сдержал обещание.
— Выдвигаемся, — Цинь Е вскочил с кровати. Раньше он никогда не был таким прытким. Он знал, что с появлением Системы просто не может позволить себе опоздать на тренировку. Он будет на поле вовремя, нет, точнее — так будет всегда!
Через полчаса Цинь Е и Морини впервые вовремя добрались до поля. Даже Каш впервые удивленно посмотрел на него.
— Ого, солнце встало на западе, — не удержался от насмешки Каш.
— Отличное выступление вчера, продолжай в том же духе, — помощник тренера обычно был очень вежлив со всеми игроками. Поскольку на нем не лежала ответственность главного тренера, ему не было нужды смотреть на всех волком.
— Спасибо, тренер, я постараюсь.
Имея опыт по прошлым играм, в этот раз Каш решил изменить программу тренировки. Вместо обычных двусторонних матчей он выделил троих человек в переднюю зону штрафной: одного в атаку, двоих в оборону. Игроки задней линии по очереди отрабатывали длинный пас. Каш совершенно не верил, что у Цинь Е может быть столь точный длинный пас, и решил подтвердить свою точку зрения.
Вскоре мяч оказался у ног Цинь Е. Очередь дошла до того, чтобы отдать пас нападающему Алану. Результат был предсказуем: без футбольных навыков, дарованных Системой, пасы Цинь Е вернулись на средний уровень. Хотя он и мог доставить мяч, прежнего изумления игра не вызывала.
— Похоже, ты игрок, который раскрывается только в матчах, — внезапно заговорил полузащитник Симон, который обычно годами не обменивался с ним и словом. Очевидно, он верил в способности Цинь Е, но чувствовал, что тот не выкладывается на полную.
Его слова напомнили Цинь Е о реальном положении дел. Каш с торжествующим видом подошел к Цинь Е.
— Я же говорил, что вчера тебе просто повезло.
Цинь Е пожал плечами:
— Возможно, дело в отсутствии официальной игры.
— Ты хочешь сказать, что в официальном матче ты смог бы сыграть лучше? Ты считаешь меня дураком?
— Нет, тренер.
— Марш круги нарезать. Десять кругов!
— Нет, тренер, эй?! Десять кругов… Хорошо, тренер.
Хотя Каш не любил Цинь Е, но тот все же пришел на тренировку вовремя, так что при всех он не мог наказать его слишком сурово. Остаток тренировки пролетел быстро. Утренняя нагрузка заставила Цинь Е проголодаться, и в животе уже вовсю урчало. В обед он наконец-то смог поесть в клубной столовой...