На этот раз Ли Вэньцзин надела красное шелковое платье с корсажем и бретельками, с высоким разрезом с одной стороны, открывающим длинную белоснежную ногу, сияющую на свету. Дополнив наряд туфлями на высоком каблуке, она преобразилась — её образ стал по-настоящему аристократичным, словно она была дочерью богачей. Вот уж правда, красивой девушке к лицу любой наряд. Цзян Чу искренне осыпал ее комплиментами, отчего Ли Вэньцзин пришла в полный восторг, а Мо Юйтун смотрела на них с нескрываемой завистью.
Цзян Чу вдруг осознал: хотя Мо Юйтун ранее обмолвилась, что у Ли Вэньцзин якобы почти нет сбережений, и он полагал, что она из обычной семьи, но она производила на него впечатление человека, с которым все не так просто. Одно лишь её поведение и спокойствие в момент, когда он взялся оплачивать покупки, явно не соответствовали привычкам девушки из самой обычной семьи. Поскольку сам Цзян Чу родом из крестьянской семьи, он понимал: если бы не Система, он бы ни за что не оставался таким невозмутимым, даже имея доход в десятки тысяч в месяц. Кроме того, редко встретишь двух подруг-первых красавиц университета, особенно таких, как Мо Юйтун, помешанных на деньгах — иметь рядом с собой такую конкурентку должно быть крайне невыгодно.
— Здравствуйте, беру всё это, — сказал Цзян Чу, не глядя, прямо продавщицам, которые от неожиданности замерли на месте, не в силах вымолвить ни слова.
— Всё возьмёте?
— Да.
Ли Вэньцзин и Мо Юйтун уже привыкли к широким жестам Цзян Чу, а вот сотрудницы магазина были вне себя от радости: сумма покупки превышала сто тысяч, а одни только комиссионные покрывали их зарплату за пару месяцев. После того как всё упаковали в кучу пакетов, оказалось, что в таких брендовых магазинах при крупной покупке полагается бесплатная доставка на дом, что заметно упростило им жизнь.
— Время уже позднее, вы, должно быть, проголодались, я приглашаю вас на хого, — радостно предложила Ли Вэньцзин.
Мо Юйтун тоже пришла в отличное настроение, поглаживая животик и заявляя, что готова плотно поесть.
Лишь у Цзян Чу лицо слегка вытянулось: за всё утро он потратил так мало денег — даже рабочая скотина справляется со своими задачами быстрее.
— Хорошо, идите тогда наверх, я сейчас схожу в уборную.
— Ладно, а какой бульон для хого предпочитаешь?
— Да любой, заказывайте самый дорогой: с лобстерами, морскими ушками, акульими плавниками.
Ли Вэньцзин уставилась на него в недоумении.
— Вообще-то, я про бульон спросила...
— Ах, бульон? Ну, тогда острый.
На третьем этаже торгового центра располагалась обеденная зона. Цзян Чу сказал, что идет в уборную, но на самом деле он заметил неподалеку ювелирный магазин. Почему раньше не подумал об этом? Ему хотелось проверить: если он купит подарки для Ли Вэньцзин и остальных сам, распознает ли Система это как успешную трату.
Войдя в ювелирный магазин «Чжоу Цзюфу», Цзян Чу, как и ожидал, остался без внимания. Ни один продавец не подошел к нему первым, но он был даже рад — меньше лишних разговоров, ведь ему хотелось выбрать самому. Быстрым взглядом окинув ассортимент, он остановился на паре ожерелий: два дельфина из платины с бриллиантами, словно кружащиеся в танце. Двадцать тысяч — вполне достойная цена, одна из самых высоких в магазине. Были еще дороже — браслеты из нефрита, но студентке они не очень подходили. Решено, берем эти.
— Девушка, можно посмотреть вот это? — позвал Цзян Чу.
Несколько сотрудниц обернулись, наградив его презрительным взглядом, и, судя по движению губ, что-то недовольно пробурчали, отвернувшись и притворившись, что не видят его. Лишь одна, которая была занята, заметила его и, не раздумывая, подбежала. Её поступок вызвал насмешливые улыбки коллег.
— Простите, в магазине много людей, я не успеваю, прошу прощения.
Цзян Чу взглянул на неё: девушка была вся в мыле, в то время как другие либо заискивающе суетились вокруг клиентов, выглядевших как богачи, либо просто тыкались в телефоны. Похоже, только она действительно работала.
— Вы точно хотите его купить? — сотрудница не могла поверить своим ушам, ведь это был один из самых дорогих товаров в магазине.
Тем не менее она выставила товар перед Цзян Чу и представила украшение, которое называлось «Сердце океана»: два дельфина, огибающие пространство в форме сердца в центре — название действительно было подходящим.
— Я беру. Упакуйте это и еще те два браслета.
— А?
Девушка замерла на месте от шока.
— Вы... вы действительно берёте?
...
— Благодарю, с вас двести шестьдесят тысяч.
Оплата прошла мгновенно. Когда Цзян Чу выходил из магазина, те самые продавщицы, что только что насмехались над ним, кусали локти от досады, глядя на сияющую от счастья коллегу, и не скрывали своей зависти.
Сразу после этого он заскочил в Бутик Omega и выбрал пару часов.
— Эти две модели я беру.
Продавщица не успела опомниться:
— Берёте?
— Да, снимайте с карты.
Прошло всего несколько минут, и еще сто шестьдесят тысяч ушли в расход. Пока Цзян Чу убирал покупки в свой старый черный рюкзак, девушки-продавцы все еще стояли в полном оцепенении.
— Боже, сначала я его вообще не заметила. Часы стоимостью больше ста тысяч, он даже глазом не моргнул, не то что раздумывал.
— И не говори. Я, когда иду на рынок за капустой, и то торгуюсь, чтобы скинули хоть немного.
— Кто-нибудь взял его номер телефона?
— Нет... но на квитанции должен быть, скорее добавьте его.
...
Поднявшись на этаж с ресторанами, Цзян Чу издалека увидел их столик. Нужно признать, две первые красавицы университета вместе привлекали немало внимания: мужчины и женщины украдкой поглядывали на них. Проходя мимо одного столика, он услышал обсуждение Ли Вэньцзин и Мо Юйтун.
— Посмотрите, какие две красотки. Похоже, студентки.
— Ого, мне больше левая нравится. Ну и формы, глаз не оторвать!
— А мне правая, у неё ноги такие, что я бы лет десять не отпускал.
— Господин Ван, вы же говорили, что не бывает девиц, которых вы не смогли бы склеить?
— Хм, таких студенток проще всего затащить в постель. Спорим, уже сегодня вечером они поедут со мной в отель?
— ...
Цзян Чу подошел и сел напротив них, тотчас почувствовав на себе десяток пронзительных взглядов, сопровождаемых приглушенным шепотом и насмешками.
— Почему так долго? Мы уже столько всего съели.
— Дела были, немного задержался.
— Ну тогда ешь быстрее, я как раз наварила для тебя.
— И я тоже тебе положила.
Цзян Чу посмотрел на свою миску: угощение было навалено такой горой, что места уже не оставалось. Это они называют «немного»?
— Спасибо, как раз проголодался, так что не буду церемониться.
Видя, как Цзян Чу с аппетитом уплетает тщательно приготовленные ею деликатесы, Ли Вэньцзин расцвела счастливой улыбкой. В этот момент к столику подошел незваный гость — молодой человек лет двадцати семи-двадцати восьми с пробором в волосах, в очках в золотой оправе, с прямой переносицей. На нем была белая приталенная рубашка и черные брюки, а на запястье красовались золотые часы. Он выглядел как преуспевающий бизнесмен.
Мужчина протянул правую руку, специально повернув запястье так, чтобы логотип Rolex был на виду. Заметив, что все трое перевели взгляд на часы, он довольно усмехнулся уголком рта.
— Приветствую. Прошу прощения за беспокойство, меня зовут Ван Хай, я генеральный директор компании «Хайди». Только пришел пообедать и увидел вас двоих, чья красота подобна небесной, очень хотелось бы с вами познакомиться.
— Хай-ван? — вырвалось у Цзян Чу.
— Что еще за Хай-ван? — удивленно спросила Мо Юйтун.
— Ах, это такое беспорядочно спаривающееся морское существо.
— Хи-хи-хи! — Ли Вэньцзин не выдержала и прикрыла рот рукой, тихо рассмеявшись. Её красота была настолько ослепительной, что остальные посетители, включая Ван Хая, замерли от восхищения. Впрочем, вскоре мужчина понял, что фраза была насмешкой над его мужской неразборчивостью — это было его больное место, поэтому лицо Ван Хая мгновенно помрачнело.