— Если вы считаете, что это сделал я, значит, так оно и есть. В любом случае я человек умирающий, и если меня арестуют, ничего не потеряю, сочту это за доброе дело перед смертью, — с грустью произнес Лу Фань.
Его вид словно говорил: если хотите меня арестовать — забирайте!
Дело сделал я сам, перед концом жизни считаю это добрым поступком.
— Ты хочешь взять вину на себя? Ты хоть понимаешь, что это уголовное дело? Те, кто пострадал, получили легкие сотрясения мозга. Если ты признаешься, лишишься права на обучение.
Офицер Ло явно неправильно понял намерения Лу Фаня и вышел из себя.
— Я человек умирающий, какое мне дело до учебы?
Офицер Ло был ошарашен.
Он застыл на месте, долго не в силах произнести ни слова.
Раз у парня терминальная стадия рака, даже если это он их побил — как они могут привлечь его к ответственности?
Арестовать на месте?
Если человек умрет в СИЗО, возникнет общественный резонанс, и офицер, проводивший задержание, неизбежно заработает пятно на репутации.
По крайней мере, начальство решит, что он был бесчеловечен.
Может ли он арестовать прилежного и талантливого сельского студента, умирающего от рака?
Офицер Ло нахмурился.
— Есть ли у тебя еще какие-нибудь зацепки по поводу избиения ледяными глыбами?
— Это сделал я, — спокойно признался Лу Фань.
Видя, что офицер Ло открыл рот, Лу Фань улыбнулся и покачал головой: — Как вы думаете, можно ли найти в этих двух корпусах кого-то, кто вызывает больше подозрений, чем я?
— Подумай хорошенько, прежде чем отвечать, завтра мы придем снова.
Офицер Ло не нашелся, что ответить, и, поднявшись, ушел.
Вскоре после ухода полицейских внизу раздалась ругань:
— Ван Чжункай, это ты, собака, донес на меня?
— С чего бы это я?
— Тогда почему полиция пришла ко мне домой?
— Я просто сказал, что, возможно, это сделал новый жилец. Ты новый жилец?
...
Дело раскрыто.
Неудивительно, что полиция приехала так быстро и среди ночи ломилась в дверь.
Среди народа нашлись негодяи!
Если подумать, разве он, избивая того старика, не выпустил пар за всех этих работяг? Вспомнить хотя бы, как пару дней назад они его поддерживали!
Предатели.
Похоже, под прицелом полиции оказалось немало подозреваемых.
Внизу продолжалась перепалка, и Лу Фань просто заткнул уши ластиками и сел медитировать, скрестив ноги.
Утром он отпросился у классного руководителя и в парикмахерской подстригся под машинку. Убедившись, что одноклассники не заметят ничего странного, Лу Фань собрал учебники и направился в школу.
Интересно, как там поступил офицер Ло? У него ведь все время была включена нагрудная камера!
Вжух!
Внезапно в его мысли пришло озарение.
Техника Похищения Души Ли Ханя оказалась разрушена.
Похоже, семья Ли нашла знатока.
Лу Фань нахмурился.
В доме семьи Ли.
Даос средних лет завершил ритуал, убрал магический инструмент и наклеил талисман фулу на дверь спальни Ли Ханя.
— Опасность миновала, — он обернулся и перевел дыхание.
— Даос, неужели мой сын и правда был одержим злыми духами?
Напротив даоса стоял одетый в брендовые вещи мужчина средних лет. Как только даос сказал, что все в порядке, тревога на его лице сменилась недоумением.
Ли Юйлян, самый богатый человек района Цзянбэй.
Известная личность во всем городе Цинцзян.
— Его кто-то сглазил, — даос продолжал рисовать пальцем символы в воздухе.
— М? Кто это был?
В глазах Ли Юйляна промелькнула жажда убийства.
Кто посмел тронуть его сына?
Прошло много лет с тех пор, как кто-либо в регионе Цзянбэй осмеливался затрагивать его семью.
Кем бы ни был этот человек, он отомстит. Иначе как Ли Юйлян мог бы удержаться в этих краях?
— Об этом вам лучше спросить у сына, — закончив, даос вышел из комнаты.
Он не верил, что кто-то станет по доброй воле наживать себе такого врага, как Ли Юйлян.
Такие вещи случаются только в ответ на чьи-то действия.
Более того, история успеха Ли Юйляна не была кристально чистой. Кто из богачей, вышедших из той эпохи, мог похвастаться чистотой рук?
Вскоре Ли Хань пришел в себя. Ли Юйлян поспешил к нему.
Полчаса спустя в кабинете Ли Юйляна тот достал из сумки пачку денег и, поблагодарив, протянул их даосу.
— Благодарить не нужно, вы уже заплатили достаточно.
— Есть еще одно дело, хотел бы попросить вас помочь.
— Речь о том, кто начал атаку? — голос даоса стал серьезным.
— Даос, вы удивительно проницательны.
— Тот человек тоже является знатоком, владеющим техниками. У нас в среде есть правило: не нападать на своих.
Ли Юйлян в душе выругался.
Какой еще знаток? Обычный старшеклассник — и уже знаток. Про правило не нападать на своих — вообще чушь, думаете, я не знаю, что вы за люди?
Если бы вы действительно не нападали на своих, откуда бы берется понятие борьбы между собой?
— Это всего лишь старшеклассник, полагаю, новичок. Если даос возьмется за это дело, я дам вам такую сумму, — Ли Юйлян поднял три пальца и перевернул их трижды.
— О, старшеклассник... Давайте сначала посмотрим, — в глазах даоса блеснула хитрость.
Судя по состоянию Ли Ханя, противник обладал лишь зачатками мастерства, и он не ожидал, что это окажется школьник. Эти деньги у него в кармане.
Утром Лу Фань все-таки сходил на один урок.
В полдень, выходя из школы, он почувствовал, что за ним словно кто-то наблюдает, но, обернувшись, не увидел никого подозрительного.
У школьных ворот было полно родителей, встречающих детей, и припарковано множество автомобилей.
Внутри одного из микроавтобусов изможденный Ли Хань положил трубку.
— Он вышел.
Его глаза прильнули к школьным воротам, пока не остановились на Лу Фане.
Вновь увидев Лу Фаня, Ли Хань ощутил прилив ненависти.
Только после выздоровления он узнал, что все эти призраки и наваждения были делом чьих-то рук.
Вспомнив, как Лу Фань что-то бормотал перед тем, как он начал видеть призраков, и учитывая их прошлые конфликты, Ли Хань понял, что это мог быть только он.
Даже если это был не Лу Фань, убить его — не будет ошибкой.
— Это он.
Ли Хань заскрипел зубами от ярости.
Из-за него он опозорился прямо в классе, став посмешищем всей школы.
На долгое время его репутация была разрушена.
— Назови дату, время и часы его рождения, — непринужденно сказал даос.
Действительно, старшеклассник.
Телосложение слабое, судя по всему, из простой семьи.
— Лу Фань, деревенский.
В этот момент Ли Юйлян передал даосу заранее подготовленное досье. Там были прикреплены фотографии Лу Фаня при поступлении и даже записи, сделанные его собственной рукой.
Поужинав вне дома и возвращаясь через школьные ворота, Лу Фань почувствовал, что что-то не так.
Я слишком впечатлителен?
Вернувшись в класс, Лу Фань прилег на парту поспать.
Внезапно его сердце пронзила острая боль.
Лу Фань резко сел и сложил пальцы в мудру.
— Разрушить!
— Искусство Разрушения Духа!
После произнесенного заклинания ощущение тревоги исчезло.
— Кто-то попытался ударить меня.
Он снова сотворил заклинание, сел в позу лотоса, и его сознание погрузилось во внутренний пейзаж, начав по очереди сканировать Три дворца Души и Духа.
И верно, кто-то совершил атаку.
Кто это сделал?
Сознание Лу Фаня вернулось, и он взглянул на школьные ворота.
Несколькими широкими шагами он выбежал из класса и устремился к выходу из школы.
В микроавтобусе.
Даос средних лет сплюнул кровь, его вид мгновенно стал болезненным. — Настоящий мастер!
— Скорее, уезжаем!
— Даос, что случилось?
— Быстрее! Если сейчас не уедем, мы уже не выберемся.