Бывшая усадьба клана Чу.
Былое великолепие давно исчезло, сменившись лишь руинами.
Хотя Чу Лан уже знал от Су Юйцин о крахе клана Чу, этот заброшенный и унылый вид всё ещё глубоко ранил его сердце.
Его глаза покраснели, кулаки сжались, а стройное подтянутое тело дрожало от нахлынувших чувств.
Спустя долгое время он повернул голову к стоявшей рядом Су Юйцин и с искренним выражением лица произнёс:
— Это наш клан Чу в своё время вовлек тебя в беду.
— Всё, что клан Чу задолжал тебе, я возмещу до последней копейки.
— В том, что случилось тогда, клан Чу не виноват. Тебе не стоит чувствовать вину передо мной, и уж тем более нет нужды что-то возмещать…
Помолчав, Су Юйцин продолжила:
— Этот участок земли очень выгодно расположен, у него огромная коммерческая ценность. После гибели клана Чу земля была возвращена государству, и скоро начнутся торги.
— Многие воротилы бизнеса нацелились на этот участок, так что лучше подумай, как его отстоять.
Пять поколений клана Чу развивались и пускали корни именно здесь, и Чу Лан прекрасно понимал, что значит, если эта земля попадет в чужие руки.
Он крепко сжал кулаки, в его глазах вспыхнул решительный свет.
— Посмотрим. Я никогда не позволю ей попасть в чужие руки.
Су Юйцин только собралась что-то сказать, как зазвонил её телефон.
— Госпожа Су, пора возвращать долги.
— Если через десять минут я не увижу денег, готовься забирать тело своей матери.
— Сяо… Сяоцин, беги скорее, не возвращайся…
— Дрянь, ты смерти ищешь… А…
Глядя на сброшенный вызов, Су Юйцин изменилась в лице и поспешила домой.
Чу Лан помедлил мгновение и последовал за ней.
Полчаса спустя, в ветхой съемной квартире.
Одежда была разбросана по полу, словно здесь всё перевернули вверх дном.
В воздухе висел лёгкий запах крови.
Семь-восемь бандитов, прилично помятые и неопрятные, сидели в комнате и с интересом наблюдали за вбежавшей запыхавшейся Су Юйцин, их глаза светились похотливым блеском.
— Госпожа Су, вы наконец вернулись. Жаль только, что немного опоздали.
— Мы с ребятами сегодня выпили, увидели, что ваша матушка всё ещё хороша собой, вот и решили немного позабавиться…
— Кто же знал, что она предпочтет разбить голову о стену, чем служить нашим братьям… Ну и облом, честное слово.
Бум!
Су Юйцин словно громом поразило. Она оцепенело смотрела на Чжан Юйжу, что разбилась насмерть о стену, в памяти возникла пустота.
— Мама!
В следующую секунду она уже не могла сдержать нахлынувшее горе, слёзы хлынули градом, она обхватила тело матери и зарыдала.
— Мама, проснись, мама…
Как бы она ни звала, ответом была лишь тишина.
Су Юйцин смотрела на бандитов, её глаза налились кровью от ярости.
— Вы, звери, у вас хоть капля человечности осталась?
Бандиты лишь насмешливо усмехнулись, а их главарь с желтыми волосами легкомысленно бросил:
— Ха-ха… Госпожа Су, ваша мать и так была тяжело больна, лекарства бы не помогли. Хотя мы и довели её до смерти, считай, что помогли избавиться от этого балласта, как ты можешь нас так оскорблять?
Не дожидаясь ответа от Су Юйцин, главарь продолжил:
— Да, кстати, госпожа Су, вы принесли деньги, которые должны нашей компании?
— Если нет, придется взыскать проценты с вас… В конце концов, раз ваша мать предпочла самоубийство, наши братья остались без развлечения, и нам очень обидно.
С этими словами они с ухмылками двинулись в её сторону.
Эта женщина была роковой красавицей, от неё исходила редкая холодная аура.
Интересно, каково это — уложить её под себя?
Су Юйцин, не выказывая страха, схватила лежавший на журнальном столике нож для фруктов.
Как раз когда она приготовилась бороться до последнего, вошел Чу Лан.
Увидев, что происходит в комнате, Чу Лан наполнился ледяным гневом.
Хотя раньше он был достаточно легкомысленным повесой, Чжан Юйжу никогда не смотрела на него свысока, часто подбадривала и давала советы, она была уважаемым старшим человеком.
А теперь её довели до смерти эти люди.
Сердце Чу Лана закипело от жажды убийства, две серебряные иглы со свистом вонзились в цели.
Раздался резкий звук, и двое бандитов, стоявших ближе всех к Су Юйцин, рухнули на пол.
Увидев это, лицо главаря помрачнело.
— Парень, мы из кредитной компании Синьли. Советую не лезть не в своё дело, если жизнь дорога.
— А если я всё же решил вмешаться?
— Тогда отправляйся в ад!
В глазах главаря вспыхнула ярость, он взмахнул тесаком, направляя его в сторону Чу Лана.
Чу Лан ловко уклонился от удара и нанёс ответный пинок.
Раздался хруст, ребра главаря треснули, он захлебнулся кровью и лишился возможности двигаться.
— Главарь Мао!
Эта сцена заставила остальных бандитов переполошиться.
Они попытались помочь, но в их глазах заплясали серебристые блики.
Секунду спустя иглы пронзили их, и они повалились на землю.
Пытаясь подняться, они поняли, что не могут пошевелиться, и лишь с ужасом смотрели на Чу Лана.
— Кто… кто ты такой?
Чу Лан не удостоил их ответом, подошел к Су Юйцин и заботливо спросил:
— Ну как? Ты… ты в порядке?
Су Юйцин не ответила. Она бережно поправила одежду на теле Чжан Юйжу.
Затем подняла с земли тесак и с невыразимым лицом направилась к главарю.
За смерть матери она должна отомстить сама!
— Ты… ты… что ты хочешь сделать?
— Если убьешь меня, мой босс никогда тебя не оставит в живых…
Глядя на шагающую к нему Су Юйцин, главарь задрожал от страха.
Су Юйцин с лицом, словно высеченным изо льда, взмахнула тесаком.
Голова главаря покатилась в сторону, его глаза так и остались широко открытыми в немом крике!
Она не остановилась и пошла к следующему из тех, кто погубил её мать…
Полчаса спустя в съемной квартире вспыхнул пожар.
Глубокая ночь, берег реки.
Чу Лан смотрел на сидящую у самой воды Су Юйцин, его глаза были полны тревоги.
Она сидела здесь одна уже очень, очень долго…
Словно упавшая с небес фея, воплощение одиночества…
Серебристый лунный свет падал на неё, добавляя ещё больше печали и скорби к её и без того холодному образу…
Думая о том, через что прошла Су Юйцин, Чу Лан чувствовал укоры совести и сострадание…
Если бы не крах клана Чу, разве оказалась бы она сейчас в такой ситуации?
Он тяжело вздохнул, подошел ближе и протянул ей бутылку вина…
Говорят, только вино может исцелить от тысячи невзгод.
Су Юйцин не проронила ни слова, взяла бутылку и сделала жадный глоток…
— Кхе-кхе…
Она не умела пить, поэтому от первых двух глотков сразу же зашлась в приступе кашля.
Её высокая грудь тяжело вздымалась под одеждой…
Но ей было всё равно, она позволила жгучей жидкости обжигать пищевод и желудок…
В конце концов, опьянев до беспамятства, она упала рядом с Чу Ланом.
Чу Лан с досадой покачал головой, поднял бесчувственную девушку на руки и нашел ближайший отель.
Уложив её, Чу Лан поехал на своей машине к частной вилле своего лучшего друга Тан Хуна, чтобы разузнать пару новостей.
Тан Хун, как и Чу Лан, был отъявленным повесой.
В прошлом они часто проводили время вместе, беспробудно пируя и развлекаясь…
Когда Чу Лан нашел его, тот как раз занимался изучением иностранных языков с группой заграничных девиц…
— Толстяк, твоя жизнь всё такая же беззаботная, как и раньше…
— Твою мать, Лан-гэ, это правда ты?
— Неужели мне снится? Ты не умер?
Тан Хун весил до ста двадцати пяти килограммов, словно гора мяса, он был невероятно толстым.
Он не отвернулся от Чу Лана, когда клан Чу пал, напротив, встретил его с искренним восторгом.
— Лан-гэ, где ты пропадал эти пять лет? Я чертовски по тебе скучал!
— Ты не представляешь, как мне было без тебя…
— Стоп!
Тан Хун хотел обнять Чу Лана, но тот вовремя преградил ему путь.
Такой вес он точно не выдержит!