В глубине ущелья, где с тысячеликой высоты низвергался водопад.
Цзян И тяжело опустился на одно колено. Его белоснежные одежды, обычно безупречно чистые, теперь насквозь пропитались кровью.
Он перехватил духовный меч и вонзил его в расщелину скалы. Пурпурные молнии, обвивавшие лезвие, вспыхивали и гасли, освещая багровые вертикальные зрачки трёх змей-демонов грома, стоявших перед ним.
— Малыш, от тебя так вкусно пахнет, — зашипел передний змей, высовывая длинный язык и жадно облизывая воздух в сторону Цзян И.
Крайний справа змей, не в силах больше ждать, лизнул пятно крови, оставшееся на камне, и прохрипел:
— Дай ещё глоток, эта кровь — настоящее укрепление! — он выглядел так, будто отведал величайшее лакомство.
Бледные губы красивого мечника искривились в холодной усмешке. Несмотря на бледность, в глазах горела решимость.
Кончики его пальцев медленно сформировали последнюю печать меча, духовная сила слабо дрожала на них.
Он знал лучше всех, что в одиночку врываться в логово громовых змей, чтобы добыть демоническую пилюлю, — чистый авантюризм.
Громовые змеи-демоны достигли шестого уровня, их сила была близка к Поздней стадии золотого ядра культиватора. А тут их оказалось сразу трое — это без сомнения загоняло его в безвыходное положение.
Но слова наставника: «Тебе не хватает не таланта, а прозрения на грани жизни и смерти» — впились в его сознание, как кость, въевшаяся в плоть.
И он добровольно пришёл испытать мгновение между жизнью и смертью, жаждая найти прорыв в этой отчаянной ситуации.
В одно мгновение змеи завершили окружение.
Огромные хвосты обрушились вниз с грохотом грозы, способной расколоть горы и скалы.
— Грохот!
Цзян И спокойно смотрел на казавшуюся неизбежной смерть, словно уже потерял всякую надежду.
Он оказался никчёмным: не сумел найти путь к силе до того, как смерть настигла его, и теперь мог только наблюдать, как она шаг за шагом приближается.
Внезапно алый поток пламени разорвал ночную тьму.
Зрачки Цзян И резко сузились — он увидел, как бесчисленные громовые разряды превращаются в осколки света под вращающимся алым зонтом.
Поверхность зонта переливалась пламенем, освещая всё вокруг на десять чжанов так ярко, словно наступил день.
— Что за уровень, а ещё смеешь лизать кровь моего младшего брата, — донёсся смеющийся женский голос с полнеба.
В вихре теней зонта девушка в алых одеждах легко коснулась остриём рукояти зонта. Давление Огненного корня духа взметнулось вверх, превратившись в золотисто-алую тень феникса, обжигающую кожу змей с шипением.
Этот силуэт…
Рука Цзян И, сжимавшая меч, резко сжалась ещё сильнее.
[Динь — Уровень симпатии Цзян И +20. Текущий уровень симпатии: 25]
Он не мог поверить: явившейся оказалась его вторая старшая сестра, с которой он почти не говорил, — Шэнь Юнь.
С тех пор как Цзян И стал учеником Лин Цюя, его воспоминания о двух старших сёстрах были крайне смутными.
Первая старшая сестра каждый день ходила с ледяным лицом, смотрела на него так, будто не видела, и всегда держалась так, словно отгораживалась от мира на тысячу ли.
А эта вторая старшая сестра была ещё интереснее. В его памяти она либо крутилась вокруг того никчёмного Нин Цзыжуя, как дурочка, либо пряталась в своей Пещере-Резиденции и занималась cultivation, словно глупый ягнёнок, которого только и можно водить за руку.
Но сейчас она явилась, словно божественный воин с небес, и спасла ему жизнь.
Как она сюда попала?
Ситуация была критической, и Цзян И не успевал размышлять. Он стиснул зубы, сглотнув горькую кровь, и поспешно предупредил:
— Вторая старшая сестра, эти змеи-демоны достигли шестого уровня…
— Тсс… — Зонт внезапно перевернулся и вонзился в землю между ними. Когда Шэнь Юнь приземлилась кувырком, три головы змей-демонов уже катились у её ног.
Только тогда он заметил, что девушка перед ним уже не та, что была на Начальной стадии золотого ядра, как и он.
На её пальцах горел огонь, которым она небрежно сожгла пятна крови на рукаве:
— Ступай, возьми демонические пилюли. Старшая сестра раздобыла для тебя кусок Гэн-металла. Добавишь демонические пилюли этих трёх змей — и сможешь выковать превосходное основное оружие.
Сердце Цзян И на мгновение пропустило удар.
[Динь — Уровень симпатии Цзян И +15. Текущий уровень симпатии: 40]
Шэнь Юнь слушала звенящие уведомления Системы и была в отличном настроении.
Она самодовольно подумала: в умении пускать пыль в глаза ей нет равных.
Шэнь Юнь наблюдала издалека с того самого момента, как Цзян И только появился в логове змей, и ждала, пока его не прихлопнут до полусмерти.
Вот, уголь в снег — это, конечно, лучше, чем цветы на парчу.
Разве уровень симпатии не растёт сам собой?
Она улыбнулась, глядя на Цзян И, но обнаружила, что парень уже не выдержал и рухнул без сознания.
Шэнь Юнь: …
Что же, ей самой потрошить этих змей?
*
Когда Цзян И пришёл в себя от острой боли, первым, что он почувствовал, был тонкий аромат сосновой смолы, смешанный с травами.
Он обнаружил, что лежит в подвесном гамаке, словно внутри какого-то летательного артефакта.
Неподалёку сидела Шэнь Юнь и ела мягкое печенье. У неё на коленях свернулся сердитый детёныш снежного волка, а у ног спал красивый олень.
Внутри его тела чистая духовная сила медленно восстанавливала разорванные меридианы — видимо, Шэнь Юнь скормила ему какую-то драгоценную пилюлю.
Раньше он никогда не замечал, что его вторая старшая сестра такая живая и красивая.
[Динь — Уровень симпатии Цзян И +5. Текущий уровень симпатии: 45]
Услышав уведомление об уровне симпатии, Шэнь Юнь поняла, что он очнулся, и перевела взгляд.
— Младший брат очнулся?
Женщина в красных одеждах с живыми глазами и бровями достала Мешочек-хранилище из Кольца Хранения и бросила его.
— Раз очнулся, сам вырежи внутренние пилюли из этих трёх змей-демонов. Кожа слишком толстая, я с трудом их разделывала.
Цзян И: …Похоже, побрезговала.
Он поймал Мешочек-хранилище. Внутренние пилюли громовых змей-демонов действительно были полезны, он не боялся работы, он любил их потрошить.
Шэнь Юнь внезапно вспомнила что-то и достала из Кольца Хранения золотистый камень.
— Взгляни на этот Гэн-металл, нравится? — Она вдруг подошла к нему и протянула руку, показывая сверкающий камень, её пальцы едва не коснулись его носа.
Цзян И отвернулся, его уши подозрительно покраснели.
Он с детства изучал под руководством Лин Цюя технику Возвращения к Единому Небесному. Наставник, кроме обучения искусству меча, почти не общался с ним ни о чём другом и не учил его жить среди людей.
Поэтому обычно он либо уходил в самостоятельные тренировки, либо практиковал меч в секте, а изредка общался с Ци Хуэем и Сун Цюанем, но с женщинами говорил крайне редко.
Неужели все женщины… такие, как старшая сестра?
Он засомневался в собственных воспоминаниях; образ Шэнь Юнь в его голове, кажется, слегка исказился.
— Благодарю старшую сестру. То, что ты спасла меня, уже выше всех благодарностей. Этот Гэн-металл необычайно ценен, как я могу его принять.
Он опустил голову, отказываясь, — ведь они почти не общались, и ему было неловко брать вещи Шэнь Юнь.
— Кто сказал, что ты получаешь его даром? Я собираюсь в Тайное царство Пучины Восточного моря. Ты пойдёшь со мной как наёмный боец.
— А? — Цзян И тупо поднял на неё глаза, сбитый с толку этим внезапным заданием, его сознание ещё не успело переварить услышанное.
Шэнь Юнь, глядя на его глупое выражение на обычно суровом лице, усмехнулась:
— Чего «а»? Идёшь или нет? Не пойдёшь — я ухожу.
— Иду.
Он мгновенно схватил кусок Гэн-металла, словно боясь, что она действительно уйдёт, и кончиками пальцев случайно задел ладонь Шэнь Юнь.
Мягкая, тёплая.
Цзян И почувствовал, как кончики пальцев онемели и закололо.
Он должен был пойти — хотя бы из-за долга за спасение жизни. Даже без этой ценной вещи он всё равно помог бы старшей сестре.
*
Когда сумерки сгустились, летающая лодка пронеслась над побережьем Восточного моря.
Там, где небо встречалось с морем, закатное сияние было кроваво-красным. В шуме бьющихся о берег волн смутно слышались далёкие колокола — предвестник скорого открытия Тайного царства Пучины.
Внутри лодки Цзян И изучал Гэн-металл в руке.
— Младший брат, а каким ты планируешь сделать своё основное оружие? — спросила Шэнь Юнь, облокотившись на край борта и одновременно поглядывая вниз, болтая с Цзян И.
Цзян И твёрдо произнёс одно слово:
— Меч.
Шэнь Юнь: …
Она решила, что выразилась недостаточно ясно, и с назидательным тоном добавила:
— Хотя ты и мечник, основное оружие не обязательно должно быть мечом.
Вот, у маленького младшего брата — веер, у старшей сестры — зонт. Главное, чтобы нравилось, и оружие, соединённое с телом, тоже может испускать Энергию Меча.
Цзян И с серьёзным видом возразил:
— Нет, я люблю именно меч.
Шэнь Юнь замолчала.
Ну и мечеголовый же он!
Она опять зря говорила!
Юэман всё ещё отдыхал, поэтому она подхватила лежащую рядом вату и как следует помяла её маленькую голову.
Летающая лодка начала снижаться. На пляже десятка два рыбаков жались к кучам сетей.
Культиватор с грубым лицом наступал на спину старого рыбака, приставив окровавленный гарпун к его шее:
— Если до открытия тайного царства не сдадите десять Жемчужин Отвода Воды, заберу твою внучку в уплату долга!
Старый рыбак, заливаясь слезами, взмолился:
— Мы каждый день с рассвета дотемна забрасываем сети, но никак не можем найти Жемчужины Отвода Воды. Умоляю, господин культиватор, смилуйся, пощади нас!
Культиватор, услышав это, презрительно сплюнул и грубо выругался:
— Старик, ты не понял? Мне повторить?
— Будучи культиватором, притеснять простых смертных — похоже, ты до конца дней своих не желаешь продвигаться.
Шэнь Юнь убрала летающую лодку и вместе с Цзян И приземлилась прямо перед культиватором.
Злодея-культиватора звали Сюн Цзюньпин, и он был всего лишь на Поздней стадии Основания.
Сейчас он уставился на заговорившую Шэнь Юнь и злобно оскалился:
— Откуда взялась эта бабёнка? Смеешь лезть в мои дела?
Рука Цзян И, сжимавшая меч, внезапно напряглась, пурпурные искры на ножнах затрещали.
Но Сюн Цзюньпин, ничего не замечая, продолжал:
— Мордашка-то ничего. Если хорошо мне услужишь, я, может, и возьму тебя с собой в тайное царство…
Не договорив, он увидел, как остриё меча Цзян И срезало несколько прядей его волос и вонзилось прямо в скалу позади него, заставив рыбаков ахнуть от страха.
Сюн Цзюньпин мгновенно притих и в ужасе уставился на двоих.
Цзян И собрался шагнуть вперёд и лишить его жизни, но Шэнь Юнь положила руку ему на плечо и передала звук в тайне:
— Дай ему прожить ещё полдня.
— Почему? Этот человек оскорбил старшую сестру.
— У него наверняка есть заступник. Оставь его, мы выманим того, кто его прикрывает, когда окажемся в тайном царстве — тогда и убьём, не раньше.
Затем взгляд Шэнь Юнь обратился к дрожащему Сюн Цзюньпину, и она высвободила давление культиватора Поздней стадии золотого ядра.
— Эти рыбаки и так живут в нищете. Откуда у них десять Жемчужин Отвода Воды? Убирайся, пока цел, а то у меня скоро кончится терпение.
От этого давления лицо Сюн Цзюньпина побелело. Услышав эти слова, он мгновенно отскочил на сотню метров.
Шэнь Юнь решила, что вопрос улажен, и её лицо смягчилось, но тут Сюн Цзюньпин обернулся и бросил угрозу:
— Вы посмели оскорбить меня! Знаете, кто я такой? Ждите!
С этими словами он умчался прочь.
От этой тирады с тремя «я» Шэнь Юнь опешила.
Этот человек не понимал, в каком он положении?
Хотя он и был вполне человечен, ей всё равно захотелось позвонить на скотобойню.
Она взглянула на Цзян И и сказала с досадой:
— Может, не стоит ему давать эту лишнюю полдня?
Цзян И спокойно ответил:
— Мне сейчас пойти и прикончить его?
Шэнь Юнь вздохнула:
— Сейчас не время с ним связываться. Давай сначала спросим у этих рыбаков, где можно раздобыть Жемчужины Отвода Воды.
Жемчужина Отвода Воды — необходимый предмет для входа в Тайное царство Пучины Восточного моря, потому что вход находится под водой.
Особенно для таких культиваторов с Огненным корнем духа, как Шэнь Юнь, она была критически важна.
Шэнь Юнь и Цзян И подошли к старому рыбаку и помогли ему подняться.
Старик с благодарностью посмотрел на них:
— Спасибо вам, господа культиваторы, за спасение.
Когда он твёрдо встал на ноги, его лицо омрачилось тревогой:
— Господа, тот культиватор — Сюн Цзюньпин, отпрыск побочной ветви семьи Сюн.
— Семья Сюн?
Старик нахмурился и объяснил:
— Семья Сюн — это клан культиваторов в приморском городе Восточного моря. У них большая власть, они часто собирают с окрестных рыбацких деревень Жемчужины Отвода Воды. Только вот эти жемчужины стало слишком трудно найти.
Шэнь Юнь успокоила его:
— Не волнуйтесь, почтенный. Скажите лучше, где в Восточном море могут быть Жемчужины Отвода Воды.
Старый рыбак задумался на мгновение и сказал:
— Слышал, что в глубине Восточного моря есть Коралловый остров, а на нём — племя русалок.
— Слёзы русалок могут превращаться в Жемчужины Отвода Воды, но тот Коралловый остров очень опасен, вокруг него множество морских чудовищ. Обычному человеку туда не подобраться.
Шэнь Юнь вспомнила, что красивый камень на рукояти меча Бай Цимэн был слезой русалки — кажется, это она сама её подарила. Так вот, оказывается, это и есть Жемчужина Отвода Воды.
Она поинтересовалась:
— Зачем они заставляют вас искать эти жемчужины?
— Мы из поколения в поколение ловим рыбу в Восточном море. Иногда в сети попадаются жемчужины, оставшиеся после культиваторов, или их выбрасывает волнами на берег.
Старик с горечью продолжил:
— Но теперь каждый знает, что для входа в тайное царство нужны эти жемчужины, все их прячут как сокровища. Где же нам их взять?
Шэнь Юнь и Цзян И переглянулись — оба поняли, что нужно делать.
— Уже поздно, почтенный. Возвращайтесь и лечите раны, — сказала Шэнь Юнь.
Старый рыбак, тронутый, поковылял прочь вместе с остальными рыбаками.
Шэнь Юнь снова вызвала летающую лодку и показала Цзян И следовать за ней.
Летающая лодка, словно стрела, сорвалась с тетивы, стремительно несясь над водами Восточного моря в ночной тьме.
Лунный свет струился по поверхности моря, переливаясь волнами, словно текучее серебряное покрывало.
Внутри лодки Шэнь Юнь устроилась в своём любимом подвесном гамаке и пристально уставилась на Кольцо Хранения на пальце.
Цзян И, подумав, что у неё какие-то трудности, тихо спросил:
— Что случилось, старшая сестра?
Шэнь Юнь медленно подняла голову, легко вздохнула и с полной печали в голосе произнесла:
— Жить не хочется.
Цзян И испугался, но она тут же добавила:
— Бамбуковое печенье, которое испёк для меня маленький младший брат, закончилось. Единственное, что у меня осталось — это три змеи, которых я убила в прошлый раз.
Шэнь Юнь сморщила нос с отвращением.
Цзян И: …
Могла бы предупредить раньше, а то чуть не заставила меня выхватить меч.
Подумав, он осторожно предложил:
— А не зажарить ли мне для старшей сестры мясо этих змей?
Змеиное мясо?
Шэнь Юнь с отвращением покачала головой.
Увидев это, Цзян И выдвинул новое предложение:
— Тогда я поймаю для старшей сестры пару духовных рыб и зажарю их. Свежая рыба, приготовленная на огне, будет необычайно вкусной.
Глаза Шэнь Юнь засияли.
Цзян И всё понял.
Похоже, её можно увести за кусок еды?
Вздохнув, он покорно спустился из лодки и начал ловить духовных рыб.
А Шэнь Юнь, управляя лодкой, медленно приземлилась на недалёкий риф.
Она нашла удобное место, села, подпёрла подбородок руками и с удовольствием принялась ждать рыбу.
Раз уж скоро будет горячая еда, она в хорошем настроении достала флакон с Пилюлями Питания Ци и начала кормить ими вату.
Вата радостно виляла хвостом, уплетая пилюли.
Однако время шло, а Цзян И всё не возвращался.
Выражение лица Шэнь Юнь сменилось с беззаботного на тревожное. Поколебавшись, она решила отправить ему передающую звук табличку, чтобы спросить, в чём дело.
Но как только она собралась это сделать, издалека донёсся звонкий голос:
— Старшая сестра!
Шэнь Юнь повернулась на звук и увидела Цзян И, который нёс на плече прекрасную женщину-русалку.
Шэнь Юнь: …
Неужели нужно было зажаривать такую огромную?
Что? В 40-й главе будет красотка?
Увидев молчащий взгляд Шэнь Юнь, Цзян И пояснил:
— Старшая сестра, духовные рыбы у меня в Кольце Хранения. А эту русалку я спас по пути.
С этими словами он прямо положил русалку на соседний риф, словно она была обычной рыбой.
— Ты ведь хотела Жемчужину Отвода Воды? Пусть немного поплачет — и они у неё появятся.
Шэнь Юнь: …
Ей действительно хотелось спросить.
Неужели никто никогда не говорил Цзян И, какой он бесчувственный?
Хвост женщины-русалки был ослепительно красив, серебристо-голубые чешуйки мерцали в лунном свете, словно мелкие звёзды, рассыпанные по небу.
Длинные волосы, как тёмно-синие водоросли, мягко струились до пояса, украшенные ракушками — невероятно красиво.
Шэнь Юнь была полна восхищения — это же та самая русалочка из сказок её детства!
Действительно, она не могла устоять перед любой красотой в этом мире.
Налюбовавшись, она достала из Кольца Хранения одну среднюю Пилюлю Возвращения Весны и осторожно скормила её русалке.
Вскоре русалка медленно очнулась.
Она открыла глаза, и её большой хвост инстинктивно шлёпнул по воде, подняв сверкающие брызги.
Шэнь Юнь встретилась с ней взглядом и размышляла, как бы попросить Жемчужину Отвода Воды.
Внезапно донёсся соблазнительный аромат жареной рыбы — такой аппетитный, что слюнки потекли.
Шэнь Юнь: …
Как ей теперь заговорить?
Цзян И, сосредоточенно жаривший рыбу рядом, вдруг почувствовал на себе взгляд, полный убийственной ауры.
Он обернулся и обнаружил, что источник этого взгляда — Шэнь Юнь.
…Разве не она хотела жареной рыбы?
Чего она теперь на него так смотрит?
Шэнь Юнь сердито зыркнула на Цзян И, затем, немного смущаясь, посмотрела на красивую русалку, но та, казалось, не обращала внимания, устремив взгляд вдаль.
Русалка тихо произнесла:
— Спасибо. Вы хотите Жемчужину Отвода Воды?
Шэнь Юнь, заворожённая её холодной красотой, тупо кивнула.
Увидев это, русалка достала из-под брюшной чешуи две Жемчужины Отвода Воды и протянула их Шэнь Юнь:
— Возьмите. У меня нет ничего другого, чем можно отблагодарить, — только слёзы.
Шэнь Юнь приняла жемчужины, чувствуя себя неловко — ведь Цзян И спас её между делом, а сама она дала только одну Пилюлю Возвращения Весны.
Говорят, русалки редко плачут, и за последние годы жемчужин становится всё меньше, так что теперь они очень ценны.
Шэнь Юнь подумала: какая добрая эта русалка-сестра.
А русалка, отдав жемчужины, замолчала. Она тихо сидела на рифе, глядя на тёмную морскую даль, её печальный вид был словно окутан непроницаемым туманом.
Если бы Шэнь Юнь не поняла, что у неё случилась беда, она была бы дурой.
Цзян И зажарил рыбу и хотел позвать Шэнь Юнь есть, но увидел, что старшая сестра выглядит неловко, будто о чём-то размышляет.
Затем он заметил, как Шэнь Юнь, словно щенок, пододвинулась к русалке и с озабоченным видом спросила:
— У тебя какие-то трудности? Можешь рассказать мне?
Цзян И: …По выражению лица старшей сестры, она похожа на тех назойливых ухажёров, что вечно трутся возле красивых женщин-культиваторов.
Русалка долго молчала, словно оценивая, опасен ли этот человек.
Но Шэнь Юнь просто смотрела на неё, хлопая глазами.
Сердце русалки смягчилось, она вздохнула и медленно поведала свою историю.
Её зовут Си Лин. Когда-то она была жрицей расы русалок. Сто лет назад она полюбила человека-культиватора по имени Лу Цзычэн.
Си Лин случайно была тяжело ранена морским чудовищем. Чтобы спасти её, Лу Цзычэн с помощью тайного искусства переплавил свою собственную Духовную Жилу в «сердце» и вживил его в её грудь. Так Си Лин нечаянно обрела способность управлять приливами.