Глава 9

Хлоп!

Глаза Линь Мяоэр покраснели, и она, не сдержавшись, залепила пощёчину Бай Цинцин.

Звонкий звук удара всполошил зал гостиницы, разговоры за несколькими столиками культиваторов тут же смолкли.

В чашке из зелёного фарфора чётко отразилось быстро вспухающее красное пятно на левой щеке Бай Цинцин.

— Ты просто отвратительна! Когда-то ты всеми правдами и неправдами пыталась мне угодить, лишь бы мой отец взял тебя в ученицы, а теперь норовишь увести моего даоса?

Бай Цинцин пошатнулась и отступила назад, закрыв лицо руками и забившись в объятия Цзи Минсю.

— Цзи-лан... — подняла она залитое слезами лицо, вид у неё был до крайности жалкий.

Зрачки Цзи Минсю резко сузились.

Меч из тёмного железа внезапно покинул ножны, и мощь Золотого ядра нацелилась прямо в центр лба Линь Мяоэр.

— Линь Мяоэр, я, кажется, выразился предельно ясно. Если ты ещё раз посмеешь тронуть Цинцин, я не постесняюсь сам проучить тебя.

Линь Мяоэр, отброшенная энергией меча на несколько шагов, нечаянно опрокинула чайный столик, стоявший рядом с Шэнь Юнь.

Шэнь Юнь едва успела отпрянуть от обдавшего её чая и поспешно подхватила на руки Юэман.

— Ты из-за какой-то печи для культивации... Ай!

Линь Мяоэр с недоверием уставилась на рану, пронзившую её правое плечо.

Шэнь Юнь тоже остолбенела. Этот меч... он действительно вонзился в плечо Линь Мяоэр.

Что это за на редкость ничтожный тип?!

Бай Цинцин, улучив момент, схватилась за кисть на рукояти меча Цзи Минсю и, цепляясь за неё, ухватилась за его запястье.

Вцепившись в руку Цзи Минсю, она жалобно проговорила:

— Не гневайся из-за меня... Старшая сестра тоже слишком дорожит тобой...

С этими словами она, словно собираясь лишиться чувств, обмякла и стала оседать.

Цзи Минсю перепугался, подхватил Бай Цинцин на руки и, не оглядываясь, пошёл прочь.

Оставив Линь Мяоэр с зажатой рукой рану, одну, стоять с застывшим лицом, залитым слезами.

Шэнь Юнь, потрясённая этим спектаклем, пребывала в полном недоумении.

Оказывается, бывает «зелёный чай» искуснее, чем у Цин Юэ?!

Почему бы её не назвать Лю Жуянь?

Право, имена придумывать не умеют!

Линь Мяоэр пошатнулась и стала заваливаться. Шэнь Юнь, повинуясь инстинкту, шагнула вперёд и подхватила её.

Она участливо спросила:

— Вы в порядке, даою? Может, примите эту пилюлю Возвращения Весны, чтобы немного унять боль.

Сказав это, она достала из-за пазухи пилюлю, от которой исходил слабый лекарственный аромат, и протянула её.

Линь Мяоэр, с потухшим взглядом, покачала головой и тихо произнесла:

— Спасибо за доброту, не нужно.

Шэнь Юнь, глядя на её жалкий, полуживой вид, почувствовала досаду от того, что та не оправдывает надежд, словно досадуя на безнадёжное железо.

Вздохнув, она продолжила:

— Тогда я провожу тебя до ордена Сюаньюань, мне как раз туда же по пути.

Линь Мяоэр слегка опешила, в глазах мелькнуло недоумение.

— Ты ученица моего ордена Сюаньюань?

Шэнь Юнь покачала головой, объясняя:

— Нет, меня попросили доставить прах обратно в орден Сюаньюань.

— Прах? — переспросила Линь Мяоэр с ноткой изумления.

Шэнь Юнь кивнула.

— Это прах Фан Уя и Тан Синь. Вы знаете их?

При имени Тан Синь её потускневшие глаза мгновенно прояснились.

Кончики пальцев Линь Мяоэр впились в запястье Шэнь Юнь с такой силой, что едва не расцарапали до крови.

— Ты сказала... чей прах?

Каждое слово, казалось, выдавливалось сквозь стиснутые зубы, из горла вырвался сдавленный всхлип загнанного зверя.

— Фан Уя и Тан Синь.

В тот же миг перед мысленным взором Линь Мяоэр возник аромат акации — Тан Синь, улыбаясь, вкладывала ей в руку паровые лепёшки с цветами акации, её пальцы были мягкими, как весенний день.

Но голос Шэнь Юнь безжалостно разорвал эту иллюзию.

Линь Мяоэр окончательно сломалась, выплюнула кровавую пену и потеряла сознание.

*

— Старшая сестра!

Раздирающий крик вырвался из горла, эхом заметавшись по комнате.

Линь Мяоэр очнулась с криком от кошмара.

— Очнулась?

Шэнь Юнь сидела неподалёку, одной рукой нежно поглаживая голову Юэман.

Юэман довольно зажмурился, мурлыча.

Голос Линь Мяоэр ещё дрожал.

— Где это я?

Шэнь Юнь мягко ответила:

— На моём летательном артефакте. Ещё немного — и будем в ордене Сюаньюань. У тебя рана, так что полежи спокойно.

Сердце Линь Мяоэр сжалось от скорби, она застывшим взглядом смотрела в одну точку, в глазах стояли слёзы.

Спустя долгое время губы Линь Мяоэр мелко задрожали, голос прерывался рыданиями.

— Я... старшая сестра... как погибла старшая сестра Тан Синь?

Шэнь Юнь вздохнула и пересказала всё, что случилось на горе Юньци.

Линь Мяоэр слушала и плакала навзрыд, едва снова не потеряв сознание.

Проплакала она целый час. Шэнь Юнь сидела рядом, сначала она терпеливо смотрела на Линь Мяоэр, но со временем её терпение иссякло.

Нахмурившись, она решительно присела прямо перед Линь Мяоэр.

Шэнь Юнь в упор смотрела на Линь Мяоэр и холодно спросила:

— Ты всегда была такой по характеру?

— Что? — Линь Мяоэр подняла заплаканные, ничего не понимающие глаза.

— Другие уводят у тебя даоса, ты вместо того чтобы придумать, как заставить эту парочку как следует помучиться, убиваешься из-за ничтожества.

Голос Шэнь Юнь был холоден, как зимняя ледяная крошка, отчего Линь Мяоэр словно провалилась в ледяную бездну.

— Старшая сестра, которая была тебе как родная, умерла. Неужели тебе не нужно усердно совершенствоваться, чтобы защитить оставшихся дорогих тебе людей?

— Она столько лет заботилась о тебе, чтобы видеть, как ты здесь проливаешь слёзы?

— Я уже отомстила за твою старшую сестру. Можешь горевать, но нет нужды быть такой слабой. На это противно смотреть.

— Будь я на твоём месте, я бы обязательно стала такой, какой твоя старшая сестра хотела тебя видеть.

Линь Мяоэр от потока упрёков Шэнь Юнь затряслась всем телом, побелевшие пальцы до крови впились в ладони.

Она перестала плакать, низко опустив голову, словно ведя внутреннюю борьбу с самой собой.

Прошло много времени, настолько, что Шэнь Юнь уже подумала, что та потеряет сознание, и только тогда Линь Мяоэр опомнилась.

Подняв голову, она увидела, что её глаза налились кровью. Хриплым голосом она проговорила:

— Ты права... Старшая сестра больше всего ненавидела слабых.

У Шэнь Юнь от сердца наконец отлегло.

*

Летающая лодка медленно причалила у подножия горы ордена Сюаньюань.

Линь Мяоэр, придерживая рану, провела Шэнь Юнь и Юэман на пик Тяньлань.

По пути им встретилось немало учеников ордена Сюаньюань, с любопытством разглядывавших Шэнь Юнь и перешёптывавшихся.

Ученик А:

— Откуда такая молодая культиватор на средней стадии Золотого ядра, да ещё и идёт вместе со старшей сестрой Линь.

Ученик Б:

— Неужели младший учитель Линь снова собирается взять ученика?Ученик В:

— Но в ней чувствуется энергия меча, не похоже, что она без ортодоксального учения.

Ученик А:

— Наверное, какая-нибудь девица из скрытого рода. Раньше мы завидовали Цзи Минсю, первому ученику главы Бессмертного Ордена Кисти и Тушь, который создал Золотое ядро в сто лет. Не ожидали, что и за пределами есть люди сильнее.

Ученик Б:

— Цзи Минсю, создавший Золотое ядро в сто лет, уже не новость. Говорят, Е Ханьшэн из того же ордена только что вернулся после пяти лет странствий. Теперь он на поздней стадии Золотого ядра, и ему тоже сто лет.

Услышав имя Е Ханьшэна, Шэнь Юнь мгновенно остановилась.

Ученик В:

— Что? Есть столь молодой культиватор на поздней стадии Золотого ядра?! Неудивительно, что Цзи Минсю пришёл расторгнуть помолвку с учителем Цюн Ань и указал, что хочет жениться на Бай Цинцин. Видимо, его подстегнул Е Ханьшэн.

Ученик А:

— У Бай Цинцин тело Инь. Парная культивация с ней может прорвать бутылочное горлышко. Кому это не нужно?

Ученик Б:

— Жаль, что её увели чужаки, эх...

Шэнь Юнь невольно посмотрела на Линь Мяоэр, боясь, что та снова расстроится.

У Линь Мяоэр глаза ещё были на мокром месте, но лицо оставалось спокойным, словно все говорили не о её изменившем женихе.

Она встретилась взглядом с Шэнь Юнь и, усмехнувшись, поддразнила:

— Что это ты на меня так уставилась? Уж не думаешь ли, что я настолько глупа, что, после того как ты мне всё так доходчиво объяснила, я всё ещё буду рыдать и буянить?

Глава 27. Встать перед тобой на колени

Шэнь Юнь изумилась. Неужели она настолько проницательна?! Видимо, у неё отличный склад характера.

Хорошоദ്ദി(˵•̀ᴗ-˵)✧!

Свободная манера Линь Мяоэр позволила ей вздохнуть с облегчением, и даже шаги стали легче.

Они вдвоём ещё немного поблуждали по ордену Сюаньюань и наконец вошли в двор, где росли акации.

Двор был очень изящный, нетрудно было догадаться, какой яркой личностью была при жизни его хозяйка.

— Вот здесь. Похорони старшую сестру под акацией, она любила запах её цветов.

Не успела она договорить, как в горле Линь Мяоэр уже запершило от подступающих рыданий, но она силой загнала слёзы обратно.

Ей нужно выпрямить спину ещё сильнее, чтобы укрыть своим крылом тех, кого она любит, и, обмакнув кисть в оставшийся после старшей сестры лунный свет, тщательно обрисовать свой собственный облик.

Шэнь Юнь плотно приставила одну к другой две урны с прахом и положила рядом обрывок кисти с узелком-знаком единения сердец.

— Если перерождение существует, пусть в следующей жизни вы будете ближе друг к другу, — прошептала она.

Сделав это, Шэнь Юнь почувствовала облегчение.

В этот миг ей показалось, что её душевное состояние претерпело прорыв.

Она ощутила, как в меридианах закипает духовная сила, Золотое ядро завибрировало, готовое расколоться, и на неё накатило чувство близкого прорыва.

Шэнь Юнь резко повернула голову к Линь Мяоэр и взволнованно крикнула:

— Быстро! Найди мне место, я собираюсь прорываться!

Линь Мяоэр:?

Сейчас? Прорываться?

Она вообще слышит человеческую речь?

*

Шэнь Юнь сидела в пещере-резиденции истинного человека Цюн Ань, поставила вокруг изолирующий массив и начала продвижение.

Этот массив хоть и не мог сдержать небесную молнию, но помог закрыть её от чужих взглядов.

Хорошо бы, если бы никто не нашёл Жемчужину летящей звезды.

Она запустила циркуляцию духовной силы в теле и начала поглощать её Золотым ядром.

С тех пор как её киноварное поле было перестроено Сердечным методом Нирваны, оно вмещало в два раза больше духовной энергии, чем обычное, и было очень прочным.

Сейчас её Золотое ядро тоже, словно ненасытное, бешено втягивало энергию из Жемчужины летящей звезды.

Острая боль, сопровождающая вхождение энергии в ядро, была понемногу успокоена внутренней пилюлей Юэман.

Шэнь Юнь чувствовала, как её Золотое ядро непрерывно сжимает энергию, пока не стало невозможно впитать ни йоты.

Небеса внезапно потемнели, грозовые тучи всколыхнулись.

Девятислойная грозовая туча поздней стадии Золотого ядра закружилась над пещерой-резиденцией, превратившись в водоворот из грозового озера.

Снаружи пещеры истинный человек Цюн Ань вытаращил глаза на Линь Мяоэр.

— Ты мне родная дочь? Устроила кому-то прорыв в отцовской пещере?

Линь Мяоэр жалобно ответила:

— Она сказала, найти безопасное место. У нас же оно есть.

Истинный человек Цюн Ань от огорчения дёрнулся:

— Негодница! Там же ещё и каллиграфия, которую я выпросил у Небесного Законоучителя из Бессмертного Ордена Кисти и Тушь!

Он замахнулся, но не решился ударить дочь, лишь легонько шлёпнул её по затылку.

— Когда она уйдёт, будешь стоять лицом к стне и думать о своём поведении! И больше ни ногой к этому Цзи Минсю! Этот бессердечный и беспринципный тип нежеланный гость на нашем пике Тяньлань!

Линь Мяоэр поспешно склонила голову, признавая вину:

— Отец, не беспокойся. Я уже прозрела иллюзию. Впредь больше не увижусь с ним.

Цюн Ань, глядя на послушную дочь, вздохнул.

Он положил руку ей на плечо и с помощью духовной силы начал заживлять рану от меча.

Какой отец не жалеет свою дочь? Эти младшие посмели обидеть его любимицу! Чуть позже он пойдёт к главе ордена, устроит сцену и будет жаловаться на несправедливость, требуя заступничества для дочери!

Никому не позволено обижать его дочь!

В пещере одна за другой обрушивались молнии, омывая тело Шэнь Юнь.

Она воспользовалась случаем, чтобы провести энергию молнии через себя, закаляя меридианы.

Благодаря принципу Сердечного метода Нирваны она поняла, что любую природную силу из мира можно превратить в источник для закалки своего тела.

Например, яростный огонь, например, небесную молнию.

Поэтому Шэнь Юнь не стала использовать никакие артефакты, принимая громовую кару на физическое тело, а затем, с помощью Сердечного метода Нирваны и внутренней пилюли Юэман, восстанавливала его.

Юэман в углу с тревогой наблюдал за ней, с беспокойством скребя копытами по полу.

Когда появилась последняя ударная молния, на небе сформировалась фиолетово-золотая молния толщиной с ведро и с грохотом обрушилась вниз.

Стоявший снаружи истинный человек Цюн Ань вздрогнул от испуга.

— Моя пещера!! Ай-яй-яй!! Ну и дела!!

Взглянув, он увидел, что вся пещера-резиденция сравнена с землёй, а в центре сидит девушка, обгоревшая дочерна, шатающаяся и готовая упасть.

Цюн Ань дёрнулся уголком рта, глядя на то, что осталось от пещеры, сердце обливалось кровью.

Массив-ограничитель уже разнесло в прах, и, придя в себя, Шэнь Юнь быстро спрятала Жемчужину летящей звезды.

Теперь, когда она только вступила на позднюю стадию Золотого ядра, от неё исходила духовная сила, но вряд ли кто-то заметит что-то подозрительное.

В следующий раз она обязательно найдёт надёжное место, не будет так спешить с продвижением, это было слишком напряжённо.

— Старшая сестра Шэнь! Ты в порядке!

Линь Мяоэр быстро подбежала поддержать Шэнь Юнь, а затем, встряхнув за плечи, изумлённо воскликнула:

— Ты на поздней стадии Золотого ядра?! Такой молодой культиватор на поздней стадии Золотого ядра — только старший брат Е из Бессмертного Ордена Кисти и Тушь может с тобой сравниться!

Шэнь Юнь от удара молнии голова шла кругом, но от такой встряски она немного пришла в себя.

Взглянув на стоящего за спиной Линь Мяоэр истинного человека Цюн Ань, она смущённо улыбнулась.

— Простите, что пришлось продвигаться второпях и разрушить вашу пещеру-резиденцию.

Внутреннее устройство пещеры было изумительным, там хранилось много дорогих вещей. Она понятия не имела, зачем Линь Мяоэр привела её сюда расширяться.

Неужели она в ссоре со своим отцом?

Какая бы ни была вражда, не до такой же степени, чтобы разрушать недвижимость собственного отца!

Что сделано, то сделано. Цюн Ань не мог ничего сказать, ему оставалось только выдавить из себя подобие доброй улыбки.

— Ничего страшного, ничего страшного. Прорыв — это хорошо.

Сказав это, он посерьёзнел:

— Друг мой так молода, а уже на поздней стадии Золотого ядра — в будущем тебя ждёт великая судьба! Ты проделала долгий путь, исполнив последнюю волю этих двоих детей, Уя и Тан Синь, видно, что ты человек верный и преданный. Прошу тебя, друг мой, в будущем, если представится случай, приглядывай за моей дочерью, и этого будет достаточно.

Шэнь Юнь, сложив руки в поклоне, ответила:

— Старший слишком добр.

Он действительно был слишком любезен. Она сравняла его пещеру с землёй, а истинный человек Цюн Ань лишь попросил приглядывать за Линь Мяоэр. Скорее всего, просто чтобы у Шэнь Юнь на душе стало легче.

У этих отца с дочерью широкий кругозор и добрый нрав. Такое ясное состояние духа лучше всего выдерживает испытание временем. Можно будет сойтись с ними поближе.

Подумав так, Шэнь Юнь рассказала истинному человеку Цюн Ань о своём происхождении:

— Я ученица Врат Небесного Меча из Восточного края, учусь у досточтимого Линцюя. Если в будущем Мяоэр понадобится помощь в Восточном крае, она может смело приходить во Врата Небесного Меча искать меня.

Цюн Ань внутренне вздрогнул: Досточтимый Линцюй?!

Это же один из лучших мечников нашего времени! Как же он мог не знать?

Неудивительно, что эта девушка так талантлива в столь юном возрасте — она же под началом самого досточтимого Линцюя.

Улыбка на его лице стала ещё теплее, и он звучно произнёс:

— Ах, друг мой, ты слишком скромна! Я слышал, ты торопишься? Давай-давай, я сам провожу тебя с горы! Прошу сюда!

Шэнь Юнь: ...

Не стоит такой горячности, это показалось ей странным.

Спускаясь с горы, Линь Мяоэр молча плелась за ними, теребя пальцы, погружённая в свои мысли.

Но тут неожиданно они столкнулись с Бай Цинцин. Лицо Линь Мяоэр вмиг потемнело.

Бай Цинцин с красными глазами, завидев истинного человека Цюн Ань, без колебаний бухнулась на оба колена и тяжело стукнулась лбом о землю.

Сквозь слёзы она запричитала:

— Учитель, прошу, благослови нас с братом Цзи! Мы с ним любим друг друга. Цинцин не нарочно отбивала даоса у старшей сестры.

Глава 28. Прогуляться с тобой

Смешливое выражение лица Цюн Аня, когда он разговаривал с Шэнь Юнь, мгновенно исчезло, сменившись холодной маской. Он повернулся к Бай Цинцин.

— Я уже благословил вас. Зачем же ты ещё пришла просить?

Бай Цинцин, глядя на Цюн Аня, зарыдала:

— Но учитель хочет разорвать наши отношения «учитель — ученик». Цинцин уже считает учителя своим родным отцом. Как же я могу это принять?

Цюн Ань, глядя на жалкий вид Бай Цинцин, почувствовал себя несколько обескураженным.

Линь Мяоэр не выдержала:

— Ха! Мало того, что ты украла моего жениха, так ещё хочешь украсть и моего отца?

Бай Цинцин залилась слезами, всхлипывая:

— Зачем же старшая сестра так жестока? Если ты и вправду гневаешься на меня за то, что брат Цзи полюбил меня, то Цинцин готова вернуть старшей сестре брата Цзи. Только пусть старшая сестра больше не гневается на Цинцин.

Шэнь Юнь от этих речей пришла в ужас, глубоко осознав, что у Бай Цинцин настоящий талант.

Сказать такое — надо уметь. Она прониклась к ней уважением.

Поскольку она уже неплохо сошлась с Линь Мяоэр, Шэнь Юнь не собиралась позволять Бай Цинцин продолжать это представление и портить людям настроение.

Она звонко, с ноткой насмешки, встряла:

— Ты думаешь, Мяоэр коллекционирует мусор? Хочешь вернуть — спроси сначала, хочет ли она брать?

Бай Цинцин опешила, слегка нахмурилась, в глазах мелькнуло недовольство, и она обратилась к Шэнь Юнь:

— А ты кто?

Но как только она поняла, что перед ней молодая культиватор на поздней стадии Золотого ядра, её отношение тут же изменилось на сто восемьдесят градусов.

— Эта старшая сестра тоже гневается на меня из-за старшей сестры Линь? Цинцин вовсе не такой человек.

Голос Бай Цинцин был мягок с оттенком обиды.

Шэнь Юнь: ...

Невероятно. Она даже её пытается «отравить чайком».

Цюн Ань, видя, что её заносит всё дальше, резко оборвал её:

— Бай Цинцин, человек не может хотеть всего сразу.

— Раз ты сделала больно моей дочери, не надейся, что я, её отец, прощу тебя. Я никогда не прощу.

— Уходи. Если продолжишь выпрашивать, я применю силу.

С этими словами он заложил руки за спину, демонстрируя свою позицию.

Услышав это, Бай Цинцин от злости заскрежетала зубами. Цюн Ань был одной из её опор.

Она прекрасно понимала, что, обладая лишь телом Инь, она не сможет добиться уважения от Бессмертного Ордена Кисти и Тушь.

Ей нужен был учитель на стадии Зародышевой души в качестве опоры, чтобы получить от Цзи Минсю больше того, чего она хотела.

Сейчас, похоже, истинный человек Цюн Ань был в ярости, и что бы она ни сказала, было бесполезно. Придётся потом думать о новой стратегии.

Подумав, она медленно опустила голову и глухо произнесла:

— Хотя учитель сейчас гневается на Цинцин, Цинцин навсегда останется считать вас своим единственным учителем. Прошу вас, обязательно берегите здоровье. Цинцин навестит вас в другой раз.

Сказав это, Бай Цинцин развернулась и медленно ушла. Её спина выглядела очень одинокой.

Шэнь Юнь была потрясена. Бай Цинцин что, не поняла?

Цюн Ань же сказал, что никогда её не простит!

Эта девица выборочно слышит только то, что хочет услышать?

Цюн Ань глубоко вздохнул:

— Друг мой, прости, что тебе пришлось это увидеть.

— Бай Цинцин раньше тысячу раз умоляла Мяоэр взять её ко мне в ученицы. Я тогда проявил минутную слабость и согласился. В итоге взрастил себе на голову змею, которая теперь украла у Мяоэр даоса.

Цюн Ань говорил, начи

Юэман, послушавшись Шэнь Юнь, послушно остался у нее на руках, не шевелясь, но его маленькие глазки время от времени настороженно поглядывали на волчонка. Шэнь Юнь улыбнулась и уже собиралась купить его, как вдруг рядом раздался маслянистый голос: — Дедушка, этого зверька беру я! Молодой человек в парчовых одеждах приблизился, помахивая складным веером, на поясе у него висел жетон ученика ордена Сюаньюань, а взгляд его скользнул по ее красивому лицу с непристойной усмешкой. Шэнь Юнь недовольно посмотрела на него, чувствуя себя так, будто наелась дерьма. Что за придурок? Еще и веером машет, как маленький младший брат? Таким, как Сун Цюань, это придает вид благородного нефрита, а этот выглядит как сексуальный маньяк. — Ты знаешь, что такое «кто первый встал, того и тапки»? Она нахмурилась и, призвав духовную силу, выпустила подавляющую ауру поздней стадии золотого ядра. Слуги того мужчины, находившиеся на стадии взращивания ци, мгновенно побледнели, но сам господинчик, наоборот, пришел в еще больший восторг. Он ни разу не заполучал молодую культиваторшу на поздней стадии золотого ядра и не знал, каковы они на вкус; от одной мысли уже захватывало дух. Поэтому он с ухмылкой вытащил мешочек с духовными камнями высшего качества: — Красавица, зачем же сердиться? Может быть… — Тресь! — Веер внезапно переломился надвое, и небесный пылающий меч уже уперся ему в горло. Старик, продававший духовного зверя, до этого дремавший, от неожиданности проснулся, уставился на происходящее, совершенно растерялся, широко раскрыл рот, но не мог вымолвить ни слова. Молодой человек в парче мгновенно побагровел. Он привык безнаказанно творить произвол в этом городе Тяньхэ и никогда еще не терпел поражения. Глядя на Шэнь Юнь, он думал: эта женщина, хоть и обладает глубоким уровнем культивации, судя по энергии меча, явно не из какой-то северной секты. Могучий дракон не станет давить на местную змею. Посмеет ли она ранить его? Подумав об этом, он, делая вид, что спокоен, холодно произнес: — Ты знаешь, кто мой дед? Как ты смеешь поднимать на меня руку? Шэнь Юнь закатила глаза. Кто еще умеет так профессионально пугать чужим именем, как не она? Она вызывающе ответила: — А ты знаешь, кто мой учитель? Как ты смеешь проявлять ко мне неуважение? На мгновение атмосфера застыла. Старик с лотка, видя, что вот-вот начнется драка, сильно забеспокоился. Он поспешно схватил Шэнь Юнь за рукав и тихо сказал: — Это Л юй Цзюньчэнь, внук старейшины-преобразователя в духа из ордена Сюаньюань, почтенного Уцзи. Сын почтенного Уцзи умер рано, и теперь у него остался только этот внук, которого он очень балует. Молодая госпожа, ни в коем случае нельзя с ним ссориться! Этот почтенный Уцзи обладает великими способностями, если вы раните его внука в этом городе, он не остановится ни перед чем. Почтенный Уцзи? Стадия преобразования в духа? Это действительно было хлопотно. На самом деле она не боялась оскорбить великого культиватора стадии преобразования в духа. Этот мужчина перед ней был всего лишь на начальной стадии золотого ядра, она могла бы убить его одним движением руки и сразу же сбежать обратно в восточный регион. Но она все же была в некоторой связи с Линь Мяоэр и ее отцом. Вдоль по пути из ордена Сюаньюань многие люди видели, что она была вместе с Линь Мяоэр и остальными. Если она действительно убьет его, неизвестно, станет ли почтенный Уцзи винить в этом почтенного Цюнаня. Подумав об этом, она медленно убрала меч, решив сначала блефануть. Она выпрямилась и громко произнесла: — Я ученица почтенного Лин Цюя из врат небесного меча восточного региона, пришла в северный регион лишь для путешествия и не собиралась создавать проблем. Неужели даосский брат намерен цепляться ко мне? За все эти годы прежняя Шэнь Юнь почти никогда не упоминала имени Лин Цюя, а после того, как она переселилась, она практически износила его имя. Ничего не поделаешь, оно было слишком удобным в использовании. Каждый раз, когда она произносила имя почтенного Лин Цюя, многие проблемы решались сами собой. И действительно, Л юй Цзюньчэнь, услышав имя Лин Цюя, начал хмуриться. Имя почтенного Лин Цюя было слишком известным. Он входил в тройку лучших мечников современности, и с ним было нелегко ссориться. Лицо его стало жестким, он с трудом выдавил улыбку, сложил руки в приветствии и сказал: — Не думал, что встречу личного ученика самого почтенного Лин Цюя. Я был слишком дерзок и не узнал гору Тайшань, прошу простить меня, небожительница. — С этими словами он незаметно отступил на полшага. — Раз здесь находится высокочтимый ученик почтенного, этот маленький зверь, конечно же, должен быть предоставлен в распоряжение небожительницы. Я не буду вам мешать. — Закончив, он повернулся и быстро ушел вместе со своими слугами, но в его шагах чувствовалась скрытая досада. Обернувшись, Л юй Цзюньчэнь бросил на нее злобный взгляд. Про себя он лихорадочно обдумывал план действий. Раз уж она ученик старейшины-преобразователя в духа, то здесь он не может ее тронуть. Но на пути обратно в восточный регион — это может быть иначе. Он прикажет своим людям устроить ей взбучку, и тогда пусть не смеет просить у него пощады, он не будет ее щадить. После этой сцены у Шэнь Юнь пропало желание гулять. Она достала духовные камни, купила этого волчонка, прямо на месте заключила контракт хозяина и слуги и вернулась в гостиницу. В комнате Юэман и волчонок уставились друг на друга. Шэнь Юнь, глядя на это, почувствовала некоторую беспомощность. Сначала она погладила Юэмана по голове и тихо сказала: — Ему всего несколько месяцев от роду, зачем ты с ним споришь. С этими словами она достала бутылочку пилюль взращивания ци среднего качества и поставила их перед Юэманом. — В эти два дня я не собираюсь выходить, буду совершенствоваться здесь. Ты присмотри за этим зверьком. Юэман, услышав это, подошел и начал тереться о ноги Шэнь Юнь, словно говоря, что понял. Шэнь Юнь, увидев это, повернулась к волчонку, и, заметив, что он белый и пушистый, сказала: — Тебя отныне будут звать Ватой. Слушайся Юэмана, не шали, вот это тебе. Шэнь Юнь протянула ему еще одну бутылочку пилюль взращивания ци низкого качества. Вата была еще мала и не могла есть пилюли высокого ранга, иначе ее тело не смогло бы переварить такое огромное количество духовной энергии. Пилюли взращивания ци низкого качества были в самый раз. Волчонок, увидев пилюли, мгновенно обрадовался и пару раз послушно тявкнул в сторону Шэнь Юнь. Шэнь Юнь почувствовала некоторую тоску. Внезапно завести сразу двух духовных питомцев — она ощутила, как резко возросло финансовое бремя. Неудивительно, что детеныши демонических зверей недороги. Вырастить их — вот что действительно требует больших затрат. Может быть, стоит освоить какое-нибудь ремесло, чтобы зарабатывать духовные камни? Вон, как ее младший брат — в день переплавляет всего несколько печей пилюль, а в руках так и бурлит богатство. Это вызывало у нее сильную зависть. Вздохнув, она подняла руку и активировала изолирующую формацию. Пока лучше заняться самосовершенствованием. Если совсем не будет выхода, став сильнее, можно будет просто пойти и отобрать. Шэнь Юнь села, скрестив ноги, и начала практиковать формулу взращивания души. Божественное чувство, обвиваясь вокруг духовной силы жемчужины летящей звезды, постепенно входило в тонкое и таинственное состояние. Судя по темпам, через месяц она сможет войти в четвертый слой взращивания души. Снаружи формации два духовных зверя не обращали друг на друга внимания, каждый вытащил по пилюле взращивания ци и жевал их, как конфеты. Изредка их взгляды пересекались, и они тотчас же отворачивались, словно увидели что-то мерзкое. Шэнь Юнь вышла из медитации только благодаря Юэману. Видимо, аукцион должен был начаться. Она сняла изолирующую формацию и обнаружила, что в комнате сидит Линь Мяоэр и с довольной улыбкой смотрит на Вату. Шэнь Юнь с любопытством спросила: — Когда ты пришла? Линь Мяоэр, хихикая, приблизилась к ней: — Я пришла еще утром. Увидела, что старшая сестра совершенствуется, и постеснялась мешать. До аукциона еще есть время. Кстати, старшая сестра, — ее глаза вдруг засияли, и она указала на волчонка, — где ты взяла этого малыша? Он такой пушистый и славный. — На рынке на Западной улице. Если тебе нравится, я в следующий раз поищу для тебя такого же. — Старшая сестра Шэнь так ко мне добра! Сказав это, Линь Мяоэр взяла Шэнь Юнь под руку, и они направились к Восточной улице. По пути она была особенно оживлена, совсем не такая растерянная, как при первой встрече. Шэнь Юнь невольно подумала, что, похоже, она перенесла на нее свою привязанность к Тан Синь. Судя по ее происхождению, отец ее баловал, старшая сестра оберегала, она, должно быть, была очень хорошо защищена и редко сталкивалась с жизненными трудностями. Хотя смерть старшей сестры и предательство жениха вынудили ее повзрослеть, в глубине души она все еще сохраняла чистое девичье простодушие. Путь взросления всегда усыпан шипами, и сохранить частичку наивности поистине трудно. Шэнь Юнь, глядя, как на солнце колышутся шпильки в волосах Линь Мяоэр, незаметно подвела ее поближе к краю дороги — раз уж она ценит эту чистоту, стоит и позаботиться о ней побольше. Постепенно они остановились у дверей роскошно украшенной лавки. — «Дворец множества сокровищ»? Шэнь Юнь широко раскрыла глаза, глядя на вывеску, выполненную в старинном, но величественном стиле. — Да, старшая сестра. Этот аукцион проводит «Дворец множества сокровищ». Какое совпадение, ведь наследник «Дворца множества сокровищ» — муж ее старшей сестры. Интересно, можно ли будет использовать нефритовую табличку, подаренную Ли Цюсы, на аукционе. Скидка в пятьдесят процентов была слишком заманчивой! Шэнь Юнь провела Линь Мяоэр внутрь и достала жетон старейшины, подаренный Цюнанем. Управляющий, увидев его, слегка оживился взглядом, на его лице тут же появилась улыбка, и он с почтением принял жетон старейшины: — Прошу вас, небожительница, входите. На втором этаже для вас есть отдельная комната. Шэнь Юнь слегка прикусила губу, словно хотела что-то сказать. Управляющий, заметив это, поспешил спросить: — Что случилось, небожительница? Что-то не так? Шэнь Юнь, услышав это, достала из-за пазухи нефритовую табличку, подаренную Ли Цюсы: — Можно ли использовать эту нефритовую табличку на вашем аукционе? Как только управляющий увидел табличку в ее руке, он сильно изменился в лице и поспешно поклонился: — Оказывается, к нам пожаловал дорогой гость! Небожительница, эта вещь — личная нефритовая табличка наследника нашего «Дворца множества сокровищ». Хотя ею нельзя воспользоваться для получения скидки в пятьдесят процентов на аукционе, она освобождает от двадцати процентов сервисного сбора. Шэнь Юнь приподняла бровь. Оказывается, это освобождение от посреднических сборов, что тоже неплохо, ведь «Дворец множества сокровищ» и проводит аукционы как раз ради этого двадцатипроцентного сбора. Тон управляющего стал еще более почтительным: — Прошу вас, небожительница, пройти со мной на третий этаж. Раз уж вы пришли с этой табличкой, мы не позволим вам сидеть в обычной комнате на втором этаже. Линь Мяоэр была весьма удивлена. Откуда у ее старшей сестры Шэнь такие связи? И даже со «Дворцом множества сокровищ»? Она явно не ошиблась, выбрав себе покровителя. Сегодня она точно сможет обменять свой магический инструмент! Она радостно побежала за Шэнь Юнь на третий этаж, по пути широко улыбаясь. Всего в здании аукциона было три этажа. На первом этаже было очень много мест. В основном здесь сидели те, кто пришел просто поглазеть, или же странствующие культиваторы без духовных камней. А также те культиваторы, которым не удалось снять комнату на втором этаже, и они с неохотой сидели на первом. На втором этаже было гораздо лучше. Там находилось около десятка комнат, каждая из которых была оборудована изысканной изолирующей формацией. Чуждое божественное чувство не могло в нее проникнуть; меры конфиденциальности были продуманы до мелочей. А третий этаж был для особо важных персон. В комнатах имелось все необходимое: не только удобные столы и стулья, но и маленькие диванчики для отдыха. На столе были разложены дорогие духовные фрукты и заварен чайник с источающим аромат духовным чаем, от одного запаха которого прояснялось в голове. Управляющий провел их в комнату на третьем этаже. У дверей стояли две миловидные девушки-служанки. Увидев Шэнь Юнь, они тут же с улыбкой подошли к ней, явно собираясь начать массировать ей плечи. Шэнь Юнь поспешно махнула рукой, давая знак удалиться. Тогда управляющий вместе с двумя служанками тихо прикрыл дверь. Уходя, он почтительно сказал: — Если небожительнице что-нибудь понадобится, просто позовите служанку у входа на третий этаж, и она позовет меня. Если захотите что-то приобрести, тоже можете сказать им. Я не буду вам мешать. Позвольте откланяться. Шэнь Юнь и Линь Мяоэр сели по обе стороны стола и начали болтать. Линь Мяоэр с любопытством взяла духовный фрукт, откусила кусочек, и ее глаза тут же расширились от удивления и радости: — Старшая сестра, попробуйте скорее! Это же плод женьшеня высшего качества! Шэнь Юнь тоже удивилась, услышав это. Хотя сам плод женьшеня содержал не так много духовной энергии и после его употребления можно было только укрепить тело, плод женьшеня высшего качества был чрезвычайно редок. По сравнению с обычным плодом женьшеня он обладал способностью укреплять меридианы, что делало его очень ценным. Этот «Дворец множества сокровищ» действительно был богат и могуществен. Один такой плод женьшеня высшего качества стоил пятьдесят духовных камней среднего качества, а здесь была выставлена целая тарелка. Она заодно приподняла крышку стоявшего рядом чайника и, увидев в нефритовом чайнике полчашки янтарного чая, приподняла бровь. Действительно, этот чай она уже пробовала у Сун Цюаня, это был чай из лотосовых сердечек высшего качества. Этот чай обладал эффектами повышения уровня культивации, стабилизации границ, очищения костей и меридианов. При постоянном употреблении он приносил огромную пользу культиватору. Хотя чая было всего полчашки, это давало понять, для каких людей предназначены комнаты на третьем этаже. На всем третьем этаже было всего несколько таких комнат. Если бы у нее не было той нефритовой таблички, она, вероятно, могла бы подняться сюда, только достигнув стадии преобразования в духа. В мире культивации только сила была самым ходовым товаром. Пока они беседовали и пили чай, аукцион официально начался. В центре зала стояла прекрасная девушка. На ее лице играла легкая улыбка, а голос звучал мелодично и приятно, словно пение иволги: — Благодарю всех даосских братьев за то, что почтили своим присутствием наш аукцион «Дворца множества сокровищ». Я — ваш ведущий аукциона, Линлун. Надеюсь, каждый из вас сможет успешно приобрести понравившееся сокровище. Линлун подняла хрустальный молоточек и легонько постучала им. — Первый лот сегодня — «Звездный дисковый массив», собственноручно созданный мастером массивов сферы зародышевой души! Как только она закончила говорить, две служанки поместили дисковый массив на парящую платформу, чтобы все могли его хорошо рассмотреть. — Это оборонительный дисковый массив. Он может выдержать атаки культиваторов ниже уровня зародышевой души, а также блокирует проникновение божественного чувства. Его можно использовать как в путешествиях, так и во время самосовершенствования. Наш «Дворец множества сокровищ» уже испытал его, он очень надежен. Стартовая цена — сто тысяч духовных камней низкого качества. Каждое повышение ставки должно быть не меньше тысячи духовных камней низкого качества… В мире культивации за сто духовных камней низкого качества можно обменять один духовный камень среднего качества, а за сто камней среднего качества — один камень высшего качества, хотя это происходит не всегда. Из-за того, что чистота камней высшего качества намного превосходит качество камней среднего и низкого уровня, многие используют их как источник восполнения духовной энергии для самосовершенствования. Этот дисковый массив за сто тысяч камней низкого качества стоил всего десять камней высшего качества. — Сто пятьдесят тысяч! — Из комнаты на восточной стороне второго этажа донесся старческий голос, неизвестно, принадлежал ли он старейшине какого-то клана культиваторов. — Двести тысяч. — Культиваторы из общего зала на первом этаже тоже начали делать ставки. На мгновение атмосфера в зале стала очень напряженной, возгласы раздавались один за другим. — Старшая сестра не хочет этот дисковый массив? — с любопытством спросила Линь Мяоэр. — Он довольно хорошо подходит старшей сестре. Тогда не нужно будет каждый раз самой активировать изолирующую формацию, это тратит вашу духовную силу на самосовершенствование. Шэнь Юнь покачала головой. У нее была жемчужина летящей звезды, ей было все равно на эту каплю духовной силы. Вскоре дисковый массив был куплен за высокую цену в один миллион духовных камней низкого качества тем самым старцем со второго этажа. Шэнь Юнь смотрела на это с большой завистью. Хорошо иметь дополнительное ремесло! Что бы ты ни сделал, на это всегда хватает средств. Бегло просмотрев следующие несколько лотов, она заметила, что в основном это были какие-то ценные пилюли и духовные растения. Большая часть этих вещей использовалась для повышения уровня культивации или очищения меридианов. У нее был сердечный метод нирваны, и ей это было не нужно, поэтому она не участвовала в торгах. Только когда появился пятый лот, Шэнь Юнь оживилась. — Сегодняшний пятый лот — магический инструмент высшего качества — «Нефритовый девятисекционный кнут волн»! Этот девятисекционный кнут был выполнен чрезвычайно роскошно. Все его тело было покрыто переливающимся сине-зеленым цветом, напоминающим глубоководное стекло, а само тело кнута состояло из девяти полупрозрачных водяных халцедонов. Он был проницаем и красив. Понравится ли он мужчинам-культиваторам, неизвестно, но женщины-культиваторы точно будут от него в восторге. Посему Шэнь Юнь повернулась к Линь Мяоэр и спросила: — Насколько я помню, у тебя двойной духовный корень воды и дерева? Линь Мяоэр мгновенно поняла ее намерение и часто закивала головой, словно клюющий зерно цыпленок. Линлун, держа хрустальный молоточек, звонким голосом объявила в зале: — Уважаемые даосские братья! Стартовая цена этого девятисекционного кнута волн высшего качества — пятьсот тысяч духовных камней низкого качества, каждое повышение ставки должно быть не менее пятидесяти тысяч духовных камней низкого качества. — Шестьсот тысяч! — Шэнь Юнь, используя духовную силу, отчетливо передала свой голос. Это неожиданное предложение, словно брошенный в тихое озеро камешек, мгновенно нарушило тишину в зале. В конце концов, это был первый раз, когда сегодня подали голос из комнаты на третьем этаже. Взгляды всех невольно устремились вверх, полные любопытства и желания разузнать. — Голос этой женщины-культиватора с третьего этажа звучит так молодо. Уж не наложница ли она какого-нибудь великого культиватора? Раз в таком возрасте она может сидеть на третьем этаже, значит, ее положение незаурядно, — предположил один культиватор вполголоса. — Кто знает. Судя по силе голоса, ее уровень культивации немаленький. Может быть, это талантливая ученица какой-нибудь секты. Сейчас во всех крупных школах много молодых дарований, возможно, она одна из них, — подхватил другой культиватор. — На третий этаж можно попасть не только за деньги. У тамошних гостей очень глубокие связи. Лучше не выяснять, как бы не навлечь на себя беду, — предостерег кто-то осторожный. Даже несмотря на то, что большинство опасалось репутации третьего этажа, нашелся человек, который не удержался и решил посостязаться с Шэнь Юнь. — Семьсот тысяч! Из комнаты на втором этаже донесся знакомый голос, и лицо Линь Мяоэр мгновенно стало мертвенно-бледным. Шэнь Юнь сразу поняла: это же голос Цзи Минсю! У него был духовный корень металла, зачем ему магический инструмент водной стихии? Поразмыслив, она догадалась, что это он для Бай Цинцин. Неудивительно, что Линь Мяоэр так побледнела от злости. Мерзавец, малодушный предатель, да еще и приходит отбивать магический инструмент у бывшей невесты. В ее глазах мелькнуло презрение, и она, не раздумывая, сделала ставку: — Сто камней высшего качества! У нее было много камней высшего качества, а еще она могла не платить двадцать процентов сервисного сбора. Даже если бы здесь оказался сам почтенный Цюнань, он бы не позволил Линь Мяоэр терпеть такое унижение. Имея при себе три тысячи камней высшего качества, подаренных им, она не боялась поднимать цену. Тем временем в комнате на втором этаже лицо Цзи Минсю было очень неприглядным, брови плотно сведены. Он взял с собой всего тысячу камней высшего качества. Эти камни он хотел потратить на кое-какие вещи, необходимые для самосовершенствования, но сегодня он привел с собой и Бай Цинцин. Бай Цинцин, увидев этот красивый девятисекционный кнут, захотела его, и он решил купить его для нее. Однако женщина на третьем этаже была очень щедра и каждый раз, когда он делал ставку, сразу поднимала ее так высоко, словно у него не было ни единого шанса. Тот, кто может сидеть на третьем этаже, всегда пользуется высоким положением. Это заставило его немного занервничать, но он не хотел терять лицо перед Бай Цинцин. Поэтому он, стиснув зубы, продолжал торговаться: — Двести камней высшего качества! Шэнь Юнь, даже не взглянув, тут же ответила: — Триста камней высшего качества. Этот быстрый и равнодушный тон мгновенно разжег гнев Цзи Минсю. — Четыреста камней высшего качества! — Эти слова Цзи Минсю почти выцедил сквозь зубы. Шэнь Юнь снова ответила: — Пятьсот камней высшего качества. Ее голос по-прежнему был спокоен, словно она называла ничтожную цифру. Цзи Минсю, захлебнувшись гневом, уже хотел сдаться, но тут подошла Бай Цинцин. — Цзи Лан, она слишком наглая. Ни во что не ставит тебя, первого ученика бессмертного ордена Кисти и Тушь. Всего лишь магический инструмент высшего качества, зачем же так сильно поднимать цену? Наверняка нарочно хочет тебя унизить. На самом деле все комнаты на втором этаже этого аукциона были оборудованы изолирующими формациями, и если бы это не был знакомый, узнавший голос, кто бы знал, кто внутри сидит. Бай Цинцин нарочно так сказала. Ей показалось, что этот девятисекционный кнут очень красив, и она захотела заполучить его. Но, увидев, что Цзи Минсю собирается отказаться от торгов, она решила его подначить. Раз Цзи Минсю привел ее на аукцион, значит, у него наверняка достаточно духовных камней. Как она могла упустить такой шанс? Поэтому Цзи М

Гэнцзинь — основной материал для изготовления оружия высокого уровня. Но если взять гэнцзинь за основу, то остальные материалы должны быть ещё лучше и дороже, иначе они не смогут впитать убийственную энергию гэнцзинь.

Зачем Цзи Минсю гэнцзинь? Плавить своё родовое оружие?

Какое совпадение, она помнит, что у её третьего младшего брата Цзян И тоже, кажется, нет родового оружия.

Ничего не поделаешь, нас пятеро братьев и сестёр, а старый хрыч по сути баловал только двоих — Бай Цимэн и Сун Цюаня.

Небесное громовое дерево нужно оставить, чтобы восстановить кости демона Юэман, значит, его нельзя использовать для повышения симпатии Цзян И.

Этот кусок гэнцзинь — неплохой вариант.

Судя по её многолетнему опыту, самый быстрый способ повысить симпатию — это сорить деньгами.

Она решила купить его и отдать Цзян И на изготовление родового оружия, а потом содрать с него несколько десятков очков симпатии.

Заодно и насолить Цзи Минсю.

— Триста верхних духовных камней.

Едва Шэнь Юнь назвала цену, как Цзи Минсю уже сжал кулаки.

На остальных она цену не поднимала, а стоило ему захотеть — сразу прибавила.

«Тресь!» — чайная чашка в его руке пошла трещинами. Он впился взглядом в гэнцзинь на аукционном столе, в горле клокотала едва сдерживаемая ярость.

Он был обладателем духовного корня металла, и этот гэнцзинь идеально подходил для выплавки родового оружия. Он никак не мог заставить себя отказаться.

— Пятьсот верхних духовных камней!

— Восемьсот верхних духовных камней.

Он поднимал — она следовала за ним, и так быстро, словно даже не думала.

— Тысяча верхних духовных камней!

— Тысяча сто верхних духовных камней.

Цзи Минсю уже окончательно вошёл в раж, лицо начало краснеть.

Хотя он был не в первый раз на аукционе в Драгоценной палате, но впервые столкнулся с такой откровенной провокацией.

Голос женщины звучал очень молодо, и он подсознательно решил, что она попала на третий ярус не благодаря своим силам, а скорее прибилась к какому-нибудь великому культиватору.

Самое обидное — если бы те две вещи, которые он хотел, стоили того, ладно, но она намеренно подняла цену на обе, будто знала, что он хочет их, и специально перебивала.

А у него сейчас с собой не было лишних духовных камней.

Он злобно уставился на третий ярус, в душе прикидывая план действий.

— Если больше никто не предложит цену, лот номер восемь достанется почётному гостю с третьего яруса!

— Три, два, один! Поздравляем почётного гостя с третьего яруса с успешной покупкой лота номер восемь!

Прозрачный молоток из чёрного хрусталя снова ударил, и Шэнь Юнь слушала с большим удовольствием.

Похоже, скоро Цзи Минсю будет поджидать её снаружи?

Она ждала, когда Цзи Минсю сам проявит низость; стоит ему только сунуться, она сразу же задаст ему трёпку.

Оставшиеся два лота Шэнь Юнь бегло просмотрела — всё хорошие вещи, но ей не пригодятся.

Один был основным ингредиентом для изготовления пилюли прорыва к зародышевой душе, другой — высочайшее защитное оружие.

Её вознесение до зародышевой души было лишь вопросом времени, а защитное оружие ей уже подарил младший учитель-глава — стеклянное зеркало.

Поэтому Шэнь Юнь, немного отдохнув, спустилась с Лин Мяоэр вниз.

На первом этаже, по цене со скидкой двадцать процентов на комиссию, Шэнь Юнь списала восемьсот верхних духовных камней с жетона старейшины, оплатила девятисегментную плеть и вернула жетон Лин Мяоэр.

— Эту девятисегментную плеть твой отец за тебя оплатил, вернёшься — хорошенько его поблагодари, поняла?

Лин Мяоэр, улыбаясь, приняла жетон и ответила звонким голосом:

— Поняла, старшая сестра Шэнь!

Затем Шэнь Юнь достала из кольца хранения восемьсот восемьдесят верхних духовных камней, протянула их и убрала гэнцзинь.

Управляющий с почтением проводил Шэнь Юнь и Лин Мяоэр из Драгоценной палаты, на ходу горячо приговаривая:

— Две бессмертные девы, если в будущем возникнут потребности, всегда милости просим в нашу скромную лавку.

Шэнь Юнь слегка кивнула в знак согласия и, уже собравшись повернуться с Лин Мяоэр, чтобы уйти, вдруг услышала пронзительный голос, полный сомнения:

— Старшая сестра Лин? Это ты захотела забрать вещь брата Цзи?

Шэнь Юнь слегка приподняла бровь, повернулась на звук и увидела изумлённое лицо Бай Цинцин, словно она стала свидетелем чего-то невероятного.

Рядом с Бай Цинцин стоял Цзи Минсю — лицо мрачное, того и гляди капли выступят. Он сжимал руки так, что костяшки побелели, явно изо всех сил сдерживая внутреннюю ярость.

Цзи Минсю сейчас просто кипел от гнева.

А он-то думал, что это какая-то важная персона, а всего лишь молодая женщина-культиватор. Видимо, Лин Мяоэр наняла кого-то, чтобы унизить его. Ну и хитрость, чуть не обманула.

А Бай Цинцин сейчас уставилась на девятисегментную плеть в руках Лин Мяоэр, и зависть в её глазах почти материализовалась и вытекла наружу. Она до боли сжимала край одежды, ногти едва не сломались.

Эта тварь тоже посмела отобрать у неё оружие?

Эта никчёмная с детства привыкла, чтобы её носили на руках, жениха выбрала себе из числа первых учеников Бессмертного Ордена Кисти и Тушь, но сама она — полное ничтожество, только и есть что хороший отец.

Разве она достойна такого хорошего оружия?

Лин Мяоэр открыла рот, чтобы ответить, но Шэнь Юнь перехватила инициативу и с лёгкой насмешкой сказала:

— Это я купила. Этот аукцион изначально устроен так: у кого есть деньги, тот и покупает. Откуда тут взяться грабежу? Неужели вы считаете, что этот аукцион принадлежит вашей семье и только вам можно покупать, а другим нельзя?

Цзи Минсю, стиснув зубы, шаг за шагом приблизился к ним.

Он холодно произнёс:

— Тогда почему на всём аукционе ты поднимала цену только мне? Разве не ради того, чтобы отомстить за Лин Мяоэр?

— О? За что мстить? Ты чем-то обидел Мяоэр?

Сказав это, Шэнь Юнь начала вращать духовную силу, и её аура внезапно изменилась, высвободив давление поздней стадии золотого ядра, словно морская волна.

Казалось, сам воздух вокруг сгустился от этого давления, и проходящие мимо культиваторы в страхе разбежались.

Только тут Цзи Минсю заметил, что перед ним женщина с cultivацией поздней стадии золотого ядра.

Его зрачки резко сузились. Как это возможно?

Разве может один и тот же гений появиться дважды?

Е Ханьшэн уже достаточно обескуражил его, откуда ещё один?

Бай Цинцин, заметив, что Цзи Минсю потерял самообладание, поспешно взяла его под руку и мягко уговорила:

— Брат Цзи, раз уж эта старшая сестра хочет, давай уступим ей. Она — почётная гостья моего учителя, ты всегда был великодушен, зачем с ней спорить?

— Это колкая 33-я глава.

Шэнь Юнь глубоким взглядом посмотрела на Бай Цинцин.

Внешне она примиряет, а на самом деле роняет авторитет Цзи Минсю.

Сестричка, ты неплохо умеешь сеять раздор?

И действительно, если бы она не упомянула истинного человека Цюнъань, ещё ничего, а упомянула — у Цзи Минсю вся злость поднялась.

Этот Цюнъань неизвестно, что сказал главе Ордена Сюаньюань; учитель, вернувшись после передачи голоса, так отчитал его, что лишил десятилетнего ежемесячного содержания. А теперь, глядя на Шэнь Юнь, наверняка она попала на третий ярус только из уважения к истинному человеку Цюнъань. Если так подумать, то это и неудивительно.

Подумав об этом, он холодно сказал:

— Пусть даже поздняя стадия золотого ядра, но раз ты отобрала мои вещи, ты должна мне объясниться.

Шэнь Юнь закатила глаза:

— Я тебе скотч? Дать тебе скотч, чтобы заклеить рот?

Цзи Минсю фыркнул:

— Ха, острый язычок.

Шэнь Юнь прищурилась, глядя на него, в глазах мелькнула опасная искра.

Она произнесла раздельно и чётко:

— Эти две вещи: одну я купила Мяоэр для забавы, другую — подарок младшему брату. Покупать или нет — моё личное дело, тебе нечего тут указывать.

Она вращала духовную силу, продолжая давить на Цзи Минсю своей аурой. Цзи Минсю ощущал, будто на него навалилась огромная гора, с головы непрерывно катил пот, пропитав макушку.

— Даже если я нарочно поднимала цену, что ты можешь сделать? Были бы деньги — тоже купил бы. Не веди себя здесь как хулиган. Здесь драться нельзя, хочешь биться — выходи со мной за город, я готова.

Тело Цзи Минсю начало дрожать, он поспешно вращал духовную силу для защиты, лицо стало мертвенно-бледным.

Он стиснул зубы, с трудом терпя боль от этого давления.

— Способностей у тебя мало, а дел — полон рот. Шумишь у ворот Драгоценной палаты, не боишься, что осмеют?

Видя, что его лицо стало таким же ужасным, будто его высасывали по очереди несколько злых культиваторов-старух три дня и три ночи, Шэнь Юнь внутренне усмехнулась и продолжала напирать:

— Говори, что, язык проглотил?

Цзи Минсю в душе был полон горечи и злости, под давлением не мог вымолвить ни слова, а если бы и мог, не посмел бы ответить на это.

Ведь между начальной и поздней стадией золотого ядра — огромная разница. Если бы они действительно схватились, сегодняшняя сцена стала бы ещё более безобразной.

Шэнь Юнь всё поняла и сразу почувствовала скуку. Она надеялась раззадорить его, чтобы он вышел с ней за город помериться силами, и она заодно могла бы проучить его за младшую сестру, но он оказался тряпкой, мягким, как то, что у него внизу, судя по виду.

Подумав так, она фыркнула, закатила на него глаза:

— Посмотри на себя, на кого ты похож, ещё называешь себя первым учеником Бессмертного Ордена Кисти и Тушь?

— Мяоэр, пошли.

Лин Мяоэр смотрела на неё с восхищением, глаза её сияли, и она поспешила за Шэнь Юнь.

Шэнь Юнь убрала духовную силу, и Цзи Минсю от внезапно исчезнувшего давления пошатнулся на пару шагов.

Бай Цинцин тут же подхватила его, притворно заботясь:

— Ты в порядке, брат Цзи? Вообще-то старшая сестра тоже неправа, как она могла привести постороннего, чтобы отобрать у тебя вещь, нисколько не считаясь с вашими прошлыми отношениями.

А в душе она уже ругалась: «Лин Мяоэр, тварь, везёт же ей: в секте её отец прикрывает, а вне секты она ещё умудрилась найти культиватора поздней стадии золотого ядра, чтобы помочь ей».

Она, Бай Цинцин, столько лет усердно трудилась и планировала, почему эта женщина, которой только везёт, должна быть над ней?

Погодите, как только эта женщина уйдёт, она заставит Лин Мяоэр выплюнуть эту девятисегментную плеть целиком.

Цзи Минсю слушал, но молчал, только смотрел на удаляющиеся фигуры, и ненависть в его глазах, казалось, готова была закапать кровью.

Он не ожидал, что cultivация той женщины окажется настолько выше его.

С Лин Мяоэр ладно — она всё-таки была его бывшей невестой и всегда его любила. Всего лишь верхнее оружие — отобрала и отобрала.

Но эту женщину с поздней стадией золотого ядра он никак не мог стерпеть.

Он собрал множество драгоценных материалов, не хватало только высококачественного основного материала, чтобы выковать первоклассный родовой меч. Сегодня ему встретился такой редкий гэнцзинь, а он не смог его заполучить — просто бесит.

Как только он выяснит, кто эта женщина, он ей покажет.

Сжав кулаки, он мысленно составил план.

*

Шэнь Юнь сидела в мягкой парящей гамаке, обнимая Юэман, одной рукой гладя его по голове, другой поедая бамбуковый пирог.

У ног, свернувшись, спала Вата, издавая урчащие звуки — очень мило.

Она вернула Юэман его внутренний эликсир, а в награду бросила ему несколько бутылок средних пилюль взращивания ци как лакомство.

Сейчас летающий корабль не сразу полетел обратно в Восточный регион, а направился к Бессмертному Ордену Кисти и Тушь.

Шэнь Юнь мысленно вызвала бесполезную систему:

— Система, ты же говорила, что Е Ханьшэн меня знает, поэтому он в моём задании на симпатию?

— Да-а~

— Но я его не помню.

— В твоей памяти тоже нет того эпизода с твоей старшей сестрой~

— …

— Свободна, отдыхай.

— …

Система серьёзно подозревала, что если бы она была системой, не предоставляющей услуг вручную, Шэнь Юнь, возможно, и не возражала бы.

Шэнь Юнь задумалась: если в её памяти есть пробел, то воспоминания о Е Ханьшэне должны были исчезнуть вместе с тем эпизодом о старшей сестре.

Потому что, кроме сестры, других пробелов в её памяти почти нет.

Но как эти двое — один в Восточном регионе, другой в Северном — могли пересечься?

Видимо, в Бессмертный Орден Кисти и Тушь придётся обязательно съездить.

Шэнь Юнь отбросила раздумья и начала практиковать Формулу Взращивания Души. Время нельзя тратить зря, надо усердно прогрессировать.

Она закрыла глаза, распространила божественное чутьё и вошла в таинственное состояние.

Полдня спустя летающий корабль, наконец, остановился у Бессмертного Ордена Кисти и Тушь.

Шэнь Юнь убрала божественное чутьё, выглянула из корабля и прямо обалдела.

Это же земной рай?!

И в этом месте мог вырасти такой бессовестный тип, как Цзи Минсю??

У горных ворот стояла стела из белого нефрита высотой в тысячу чжанов, на которой были вырезаны пять иероглифов: «Человеколюбие, долг, благопристойность, мудрость, верность». В могучих штрихах смутно струилась пурпурная энергия.

Между гор вились облака и туманы, вокруг был пруд с тушью, в котором покачивались белые лотосы — точь-в-точь как картина тушью.

Истинно, секта оправдывает своё название — Шэнь Юнь чуть не захотелось тут же прочесть стихотворение.

Увидев, что у ворот секты приземлился летающий корабль, двое учеников на стадии взращивания ци тут же подбежали.

Они одновременно поклонились, и ученик слева звонко произнёс:

— Старший, вы пришли навестить друга или для чтения сутр и обсуждения пути? Позвольте мне пойти доложить.

В их бамбуково-зелёных одеждах, в каждом движении чувствовалась мягкая учтивость, что очень радовало Шэнь Юнь.

Она с доброжелательным видом кивнула:

— Доложите Е Ханьшэну, скажите, что Шэнь Юнь его ищет.

Услышав имя Е Ханьшэна, ученики удивились.

Младший учитель Е всегда был отстранён, у него крайне редко бывали гости. Человек перед ними с глубокой и непостижимой cultivацией, видимо, связан с ним немалой дружбой.

Ученик справа тут же поклонился:

— Старший, подождите немного, я сейчас пойду.

Тогда Шэнь Юнь снова достала своё складное кресло и, устроившись с комфортом у ворот Бессмертного Ордена Кисти и Тушь, принялась наслаждаться окрестными видами.

Не прошло и времени одной ароматической палочки, как ученик поспешно вернулся.

— Старший, младший учитель Е приглашает вас.

По пути Шэнь Юнь с завистью смотрела на бронзовые колокольчики, висевшие под карнизами домов.

Эта штука сразу видно — с литературным оттенком, очень стильно.

Вернувшись, попросит младшего брата повесить ей парочку, тоже хочет пофорсить.

Вскоре они добрались до пика Мытья Туши, где жил Е Ханьшэн. У входа уже стоял мужчина.

Черты его лица были словно с горного пейзажа, чёрные волосы собраны в пучок шпилькой в форме нефритовой кисти, с которой свисали две серебряные кисточки.

Он был одет в халат из парчи цвета тушь, подол которого был расшит серебряными нитями с узорами малой печати — вылитый изящный кавалер из книжного свитка.

Шэнь Юнь сглотнула слюну. Это же прямо попадание в её вкус?

— Таинственная 34-я глава.

Увидев, что Е Ханьшэн сам вышел встречать, двое учеников поклонились и удалились.

Она подошла и услышала, как Е Ханьшэн заговорил первым.

— Ты всё-таки пришла ко мне.

Он слегка поднял голову, спокойно глядя на Шэнь Юнь, в глазах мелькнуло едва заметное удивление.

Шэнь Юнь слегка приподняла бровь. Он действительно её знает.

— Почему я не могла прийти?

— Потому что ты не должна меня помнить.

Зрачки Шэнь Юнь резко сузились, она торопливо спросила:

— Ты знаешь, что я потеряла часть воспоминаний?

Он слегка кивнул, выражением лица словно признавая это.

— Следуй за мной.

Е Ханьшэн сказал это бесстрастно, развернулся и жестом показал ей следовать за ним.

На ходу сутры на его поло медленно струились, с пояса свисала кисть: стержень из нефрита, ворс белоснежный, а струящаяся духовная энергия сразу выдавала высочайшее оружие.

Шэнь Юнь подумала, что у этого Бессмертного Ордена Кисти и Тушь, будь то архитектура или наряды, всё сделано с размахом, создавая ощущение высокого класса. Неудивительно, что Бай Цинцин так хотела выйти замуж за Цзи Минсю.

Если бы в мире культиваторов существовали фан-клубы, то этот орден был бы просто мужской группой.

И стильно, и со вкусом.

— Кроме Цзи Минсю.

Она прошла за Е Ханьшэном в его пещеру-резиденцию.

Убранство пещеры было очень изысканным, посередине стоял огромный бассейн-тушечница.

Чёрная тушь, словно шёлк, медленно обтекала стоящий в бассейне камень для растирания туши, источая аромат туши.

Вся пещера напоминала старинный, элегантный кабинет, со всех сторон стояли книжные полки, уставленные древними книгами.

Е Ханьшэн провёл Шэнь Юнь к столику из зелёного нефрита и начал умело заваривать чай.

Он взял чашку белой рукой, налил кипяток из источника, и чайные почки в горячем тумане распустились, как мечи. Эта атмосфера делала его похожим не на культиватора, а скорее на учёного-литератора, от которого исходил лёгкий книжный дух.

Шэнь Юнь от нечего делать подпёрла подбородок, то и дело поглядывая на сидящего напротив Е Ханьшэна.

Подождав довольно долго, но не дождавшись от него ни слова, она спросила:

— Что это за воспоминание, его можно вернуть?

Е Ханьшэн неторопливо взял чашку, изящно отпил чай.

Тёплый чай стёк по горлу, казалось, помогая и его мыслям улечься.

Взгляд его был спокоен, он медленно произнёс:

— То, что ты не помнишь, на самом деле хорошо, не стоит возвращать.

Шэнь Юнь, услышав это, нахмурилась:

— Но иногда, когда я вижу, как старшая сестра вынуждена общаться с другими, или в голову всплывают отрывочные воспоминания, мне кажется, что сердце кто-то больно сжимает, и слёзы текут без остановки. Это чувство, когда не можешь контролировать свои эмоции, мучительно.

Шэнь Юнь с мольбой посмотрела на него, словно ища помощи.

Е Ханьшэн оставался невозмутимым, бесстрастно ответил:

— Тогда не ищи свою старшую сестру, живи своей жизнью.

Шэнь Юнь:?

Братец, ты что, ни масло, ни вода?

Она упрямо продолжала:

— Я не хочу оставаться в неведении.

Е Ханьшэн поколебался мгновение и, наконец, заговорил:

— По чьей-то просьбе я действительно не могу тебе рассказать. Но могу дать подсказку: если встретишь Фу Юаня, относись к нему хорошо.

М? Разве Фу Юань не главный виновник?

С чего бы ей относиться к Фу Юаню хорошо?

Шэнь Юнь внутри забеспокоилась.

Даже если он красивый, не позволено ему быть загадочником!

К тому же ей ещё нужно повышать его симпатию!

Что значит, что он всё висит на нуле в списке её заданий?

Стиснув зубы, она продолжала допекать Е Ханьшэна:

— Что мне сделать, чтобы ты наконец рассказал?

Глядя на её упрямый вид — «не остановится, пока не дойдёт до края» — Е Ханьшэн с лёгким вздохом покачал головой.

Немного подумав, он медленно произнёс:

— На днях я получил известие, что через полгода Орден Сюаньюань проведёт великое состязание мира культивации, и, говорят, пригласят молодых культиваторов из трёх других регионов для совместного участия.

— Если ты займёшь первое место в группе золотого ядра на этом великом состязании, я расскажу тебе.

Шэнь Юнь нахмурилась. Оказывается, так сложно.

Если бы это проводил только Северный регион, ещё ладно, но пригласить все четыре региона — тогда количество гениев и элитных учеников из разных сект будет несметно, плюс некоторые тщательно скрываемые наследники из скрытых кланов — все с исключительными талантами и превосходными корнями.

Её шансы на победу невелики.

Шэнь Юнь осторожно спросила у сидящего напротив и попивающего чай Е Ханьшэна:

— Ты будешь участвовать?

— Буду.

Всё, теперь шансы ещё ниже.

Она почти с читерством вышла на позднюю стадию золотого ядра, а он — настоящий талант.

Чай в чашке Е Ханьшэна уже закончился, он спокойно посмотрел на Шэнь Юнь и медленно заговорил:

— Есть что-то ещё? Разрешаю задать последний вопрос.

Шэнь Юнь долго колебалась, прежде чем набралась смелости и спросила:

— Ты сказал относиться к Фу Юаню хорошо. А что, если я отберу его удачу?

Е Ханьшэн мгновенно поднял бровь и произнёс самую нежеланную для неё фразу:

— Лучше не надо, ты пожалеешь.

Да твою ж!

То есть ей нельзя забирать у Фу Юаня халяву для стариков!

Она собиралась в Тайное Царство Восточного Моря, чтобы украсть хаотический плод для младшего брата, чтобы снять его холодный яд. Если она не может забрать удачу, то как же младший брат?

Глядя на уверенный вид Е Ханьшэна, что она пожалеет, Шэнь Юнь действительно не осмелилась рисковать.

Е Ханьшэн, видя, что она глубоко задумалась, с любопытством спросил:

— У тебя трудности? Связано с Фу Юанем?

Шэнь Юнь вздохнула, изливая то, что было на душе:

— Дорогой мне человек в холодном пруду подхватил холодный яд. Говорят, этот яд закупорит его меридианы, cultivация не только остановится, но и приступы будут очень болезненными.

— Ты хочешь помочь ему снять этот холодный яд? Поэтому хочешь забрать удачу Фу Юаня?

Шэнь Юнь слегка кивнула.

— Тогда тебе тем более нужно занять первое место на этом великом состязании.

Шэнь Юнь озадаченно спросила:

— Как это связано с снятием яда?

— Культиваторов на стадии золотого ядра очень мало, их группа — самая пристально наблюдаемая на состязании. В награду добавлена одна пилюля Очищения Яда Высшего Качества.

Шэнь Юнь поняла.

Не отбирать хаотический плод у Фу Юаня — значит, нужно стать первой среди «верховых лошадей».

Плюс загадка, которую загадал Е Ханьшэн, — не взять эту награду нельзя, баффы наложились до предела.

К тому же она изначально хотела съесть пилюлю повышения перед походом в Тайное Царство Восточного Моря, теперь придётся подождать.

Е Ханьшэн, глядя, как её лицо сморщилось, нашёл это забавным, улыбнулся, снова налил чай и сказал:

— Нужно ли напускать такой вид, будто это невыполнимо? Не получишь пилюлю очищения яда — придумаешь другой способ.

Но Шэнь Юнь вдруг хлопнула по столу:

— Получу, даже если не смогу! На крайняк наберу кучу сокровищ и обменяю их у победителя на эту пилюлю!

Дорогой ей человек должен жить здоровым и счастливым!

И в Тайное Царство Восточного Моря тоже надо ехать! Даже если не брать хаотический плод, нужно искать другие возможности, чтобы повысить силу!

Сидевший напротив и разливавший чай Е Ханьшэн от её хлопка вздрогнул, рука дёрнулась, вода расплескалась.

Е Ханьшэн: …Полна энергии.

— Динь — симпатия Е Ханьшэна +10, текущая симпатия: 10.

Шэнь Юнь:?

Откуда взялась симпатия?

— 35-я глава: кто не выдержит первым.

Она встала и, сложив руки в поклоне, сказала:

— Хотя ты ещё не всё рассказал, спасибо за сегодняшние слова. Прощаюсь.

С этими словами она повернулась, но не успела сделать и нескольких шагов, как услышала сзади ясный голос:

— Ты ведь собираешься в Тайное Царство Восточного Моря? Мы ещё встретимся.

Шэнь Юнь внутренне поразилась: неужто вы, сударь, предсказатель?

Она обернулась с недоумением, глядя на Е Ханьшэна, и увидела, как он одарил её нежной улыбкой, после чего ответил:

— Фу Юань — мой давний друг, он пригласил меня участвовать в Тайном Царстве Восточного Моря через два месяца. Хотя я и не знаю, откуда тебе известно, что он обретёт удачу, но если это действительно так, то только в том тайном царстве.

Братец, не надо так, ты слишком умный, аж страшно.

И красивый ещё такой, смотри, я до тебя доберусь!

Шэнь Юнь с гневом про себя на него наговорилась и быстро зашагала прочь.

*

Шэнь Юнь спустилась с горы, вышла за территорию Бессмертного Ордена Кисти и Тушь и собралась вызвать летающий корабль, чтобы вернуться в Восточный регион.

Она задержалась в Северном регионе слишком надолго, нужно пораньше вернуться, чтобы подготовиться к Тайному Царству Восточного Моря.

Вернувшись в Восточный регион, заодно сможет встретиться со своим третьим младшим братом Цзян И. У этого ребёнка симпатия слишком низкая, всего 5 очков, аж голова болит.

Только она вызвала летающий корабль, как почувствовала за спиной странные колебания духовной силы.

Она приподняла бровь. Действительно, за время пребывания в Северном регионе она вела себя слишком вызывающе.

Видимо, кто-то не хочет, чтобы она живой вернулась в Восточный регион.

Сделав вид, что ничего не заметила, она развернулась и взошла на корабль, вращая духовную силу и летя на полной скорости в Восточный регион.

Раз уж хотят на неё напасть, то пусть сначала немного потратят свою духовную силу, это не помешает.

Пусть попробуют догнать, если у неё первой кончится духовная сила, значит, она проиграла.

Гы-гы-гы.૮・ﻌ・ა

С другой стороны, Люй Цзюньчень стоял перед высохшим деревом на задней горе Ордена Сюаньюань, а перед ним на коленях стояли двое культиваторов в серых одеждах.

Закатное сияние, пробиваясь сквозь ветви сухого дерева, отбрасывало пятнистые тени на его мрачное лицо.

Первым заговорил культиватор слева:

— Господин, на чёрном рынке пошли слухи: три культиватора начальной стадии золотого ядра и четыре культиватора поздней стадии приняли заказ и перехватят Шэнь Юнь на пути в Восточный регион. Однако её летательный артефакт очень быстр…

Не успел он договорить, как Люй Цзюньчень внезапно ударил его по лицу потоком духовной силы:

— Мне нужны сильные! А не никчёмные мусорщики! Она уже на поздней стадии золотого ядра, эти люди смогут её схватить?!

Дав пощёчину, он швырнул мешочек-хранилище. Звон духовных камней был отчётливо слышен. — Утрой цену и найми бабушку Гуй, говорят, она недавно ошивается в Северном регионе. — Слушаюсь, молодой господин! Люй Цзюньчэнь фыркнул и отвернулся. Мрачность в его чертах стала ещё гуще, на губах заиграла зловещая усмешка: — Посмотрим, как ты будешь умолять меня.

Тем временем несколько культиваторов на стадии золотого ядра позади Шэнь Юнь изо всех сил пытались её догнать. — Брат, у этой бабы что, духовная сила не кончается? Летим уже целый день, а она ничуть не замедлилась. — Чёрт, она же ученица Лин Цюя, у неё духовных камней навалом! Продолжаем погоню, перехватим её! Если она ещё день пролетит, то доберётся до Восточного региона! — Это слишком затратно по духовной силе. Мы же всего сколько камней получили? Треть уже потратили на дорогу. — Хватит ныть. Раз взялись, надо довести дело до конца, иначе репутацию испортим — кто потом заказы даст? С этими словами несколько фигур полетели быстрее, на ходу глотая пилюли и мгновенно перемещаясь. Они почти настигали Шэнь Юнь.

Шэнь Юнь сидела в летающей лодке и открыла глаза, выходя из медитации. Вдруг из-под её ног выскочил Мяньхуа и, оскалившись, зарычал на преследователей. Она погладила Мяньхуа по голове, призывая успокоиться. Но в душе подумала: «Эти крысы наконец не вытерпели».

Позади несколько культиваторов золотого ядра вовсю глотали пилюли, но вдруг заметили, что летающая лодка начала снижаться. — Брат, у неё, что ли, духовная сила кончилась? Пожилая женщина-культиватор золотого ядра вытирала отравленный кинжал: — Подумаешь, убить культиватора поздней стадии золотого ядра... Не закончив фразу, она вдруг почувствовала, что кинжал опутан кровавыми нитями. Из тени вышел культиватор в красном одеянии и холодно усмехнулся: — Думаешь, ученица Лин Цюя из глины? Говорят, она на средней стадии золотого ядра убила на горе Юньци бессмертного Цы Юэ, а тот был на начальной стадии зародышевой души. Услышав это, все посерьёзнели. Видя, что те настроились серьёзно, культиватор в красном начал отдавать команды: — Сначала окружить лодку, чтобы не сбежала! С этими словами они, используя себя как флаги формации, образовали магический круг, полностью заперев лодку. — Госпожа Шэнь, выходите. Мы не хотим враждовать с вами, но вы сами нарвались, обидев того, кого не следовало. — Если будете благоразумны и покорно последуете за нами, избежите мучений. Как вам такое предложение?

Внезапно из лодки взметнулся зонт, объятый пламенем. Он быстро завертелся, выпуская десятки мечей энергии с огненной духовной силой. Энергия мечей разлетелась, с грохотом взрываясь. Несколько культиваторов золотого ядра поспешно призвали защитные артефакты. Шэнь Юнь выпрыгнула из лодки, в правой руке сжимая Небесный Пылающий Меч, а левой ловко поймав Зонт Тысячи Механизмов Пламени. Она влила духовную силу в Небесный Пылающий Меч, взмахнула им и применила Формулу Меча Пылающей Степи. Огонь взметнулся из-под земли, атакуя защитные барьеры врагов. — Не зря она ученица самого Лин Цюя. Один из дюжих культиваторов-мужчин с усмешкой разорвал верхнюю одежду, обнажив тело, покрытое рунами: — Но сегодня вам не повезло: мы — семеро братьев и сестёр! Он ударил кулаками друг о друга, и раздался гром; он был культиватором тела, превратившим свою плоть в оружие с помощью тёмных искусств. Увидев это, остальные шестеро одновременно сложили печати и направили атаки на Шэнь Юнь в небе. Та женщина-культиватор швырнула кинжал, который мгновенно разделился на сотню теней, устремившихся к Шэнь Юнь. В воздухе распространился фиолетовый ядовитый туман, который, сгустившись, принял форму ядовитой змеи и быстро окутал Шэнь Юнь. Кровавая нить культиватора в сером незаметно обвилась вокруг лодыжки Шэнь Юнь. Всевозможные тёмные заклинания и артефакты дождём обрушились на Шэнь Юнь. Та улыбнулась: — Жалкие трюки. Она призвала стеклянное зеркало, влила в него духовную силу; отражённый свет не только поглотил урон, но и отразил часть атак обратно. Намерение меча Шэнь Юнь мгновенно изменилось, Небесный Пылающий Меч вспыхнул ослепительным золотым светом. Формула Меча Пылающей Степи, наполненная силой Сердечного метода Нирваны, превратилась в поток света, пронзающий плотные атаки. Там, где проходила энергия меча, оставались раскалённые следы, разбивавшие летящие заклинания и артефакты. Но семёрка тоже была не лыком шита — они слаженно меняли построение, пытаясь найти брешь в защите Шэнь Юнь. Бой становился всё жарче, энергия меча Шэнь Юнь крошила деревья и скалы в щепки. Им оставалось лишь отражать её атаки и глотать пилюли для восстановления духовной силы. Шэнь Юнь про себя усмехнулась. Пусть бьются. Она может так драться вечно: у неё есть Жемчужина летящей звезды для восстановления духовной силы и Сердечный метод Нирваны для восстановления тела. Посмотрим, кто сдастся первым.

Глава 36. Она умеет драться

Когда Шэнь Юнь стремительно сражалась, культиватор в сером вдруг призвал чёрное знамя, источающее густую ауру смерти. Сердце Шэнь Юнь ёкнуло — это явно что-то недоброе. Она глубоко вздохнула, направила всю духовную силу и приготовилась сокрушить знамя энергией меча. Но из знамени внезапно вырвались лица бесчисленных злых духов, бросившихся кусать её. Глядя на сотни рож, она почувствовала, как кожа головы заледенела. «Надеюсь, в следующий раз меня будут осыпать поцелуями красивые лица, а не эти рожи. Я ведь люблю красивое». Эти призраки были так уродливы, что при одном взгляде пропадала вся боевая решимость. Шэнь Юнь вздохнула, но медлить было нельзя. Она призвала Небесный Пылающий Меч, и его свет пронзил чёрный туман, пытаясь разогнать духов. Однако, как только меч коснулся чёрного тумана, его свет потускнел, словно утомлённый мужчина после многих ночей. Она испугалась — этот туман пожирал духовную силу артефактов!

В этот момент из лодки вылетела белая тень, встав перед ней и создав защитный купол, надёжно укрывший Шэнь Юнь. Это оказался Юэман. Медный колокольчик на его шее бешено зазвенел, и звуковые волны исказили лица злых духов. Чёрный туман, ударяясь о купол, шипел и плавился. Шэнь Юнь поняла: олени-лунны обладают врождённой способностью к очищению — они прирождённые враги всей нечисти. Из знамени продолжали вырываться духи, безрассудно тараня купол, который слабел и вот-вот должен был рухнуть. Шэнь Юнь знала, что нельзя ждать. Она закрыла глаза, готовясь нанести решающий удар. Небесный Пылающий Меч в её руках вспыхнул ослепительным золотом, клинок задрожал, издавая звук взрывающегося пламени. Шэнь Юнь громко крикнула, доведя Сердечный метод Нирваны и истинный смысл Пути свободы до предела. Энергия меча, миновав духов, обрушилась прямо на культиватора в сером. Тот в ужасе взмахнул знаменем, пытаясь защититься. Но этот удар вмещал всю её духовную силу. Мощь Небесного Пылающего Меча намного превзошла прежнюю. Свет меча легко разорвал чёрный туман и врезался в знамя. Столкновение энергии меча и энергии смерти породило грохот. Пространство вокруг исказилось, словно готовое разорваться. Шэнь Юнь быстро призвала стеклянное зеркало, поставив его перед собой и Юэманом, и одновременно заставила свой сердечный метод сжигать духовную силу для защиты от мощной энергетической волны. Под сокрушительной атакой знамя покрылось глубокой трещиной. Злые духи корчились в муках от священного огня, с воплями заползая обратно в знамя. Культиватор в сером тоже получил тяжёлые ранения и отлетел назад. Лица остальных резко изменились, они бросились поддерживать товарища. — Брат, ты как? Женщина-культиватор в ярости закричала: — Тварь, как ты посмела ранить моего брата! Я хотела взять тебя живой, но теперь ты умрёшь! Она вскрикнула, быстро сложила печати и забормотала заклинание. В небе мгновенно собрались фиолетовые электрические вихри. Несколько молний с мощью, близкой к стадии зародышевой души, обрушились вниз, оставляя глубокие трещины. Шэнь Юнь: «...» Ты называешь это начальной стадией золотого ядра? Не иначе применил какой-то тайный метод временного усиления. «Бесполезные люди вечно хватаются за временные усиления — прямо как некоторые мужчины перед началом любят пить таблетки». Не осмеливаясь недооценивать эту мощь, Шэнь Юнь поспешно запустила сердечный метод, заставив Жемчужину летящей звезды вращаться до дыма. Огромная духовная сила собралась в стеклянном зеркале, мгновенно залив его светом, образовав гигантский купол, укрывший её и Юэмана. Молнии с треском обрушились на купол, тот задрожал, готовый разбиться. Шэнь Юнь призвала Зонт Тысячи Механизмов Пламени, и огненные клинки столкнулись с молниями, породив снопы искр. Но это лишь слегка замедлило атаку, не остановив её полностью. Тогда остальные культиваторы быстро сложили печати и с серьёзным видом атаковали стеклянное зеркало, защищавшее Шэнь Юнь. Давление на Шэнь Юнь резко возросло. Она поняла, что так дело не пойдёт. Сосредоточившись, она попыталась найти брешь в их защите. Шэнь Юнь заметила, что женщина, управляющая молниями, слегка дрожит, а в глазах мелькнула едва заметная усталость. «Этот тайный метод временного усиления, возможно, потребляет гораздо больше духовной силы, чем я думала». Она мгновенно приняла решение: направила почти всю духовную силу в Небесный Пылающий Меч, обошла зону атаки молний и стремительно бросилась к женщине-культиватору. Та заметила манёвр, испугалась и поспешила прекратить управление молниями, чтобы переключиться на защиту. Но Шэнь Юнь была слишком быстра, её духовная сила не иссякала, и она в мгновение ока оказалась перед ней. Шэнь Юнь высоко подняла Небесный Пылающий Меч и обрушила раскалённую энергию меча на соперницу. Та вскинула свой артефакт — отравленный кинжал — чтобы отразить удар. Кинжал вспыхнул голубым светом, создав ледяную стену. Энергия пламени и ледяная стена столкнулись с шипением, и стена мгновенно растаяла наполовину. Шэнь Юнь улыбнулась уголком губ, приложила усилие, пробила защиту женщины, и энергия меча с силой врезалась в неё. Женщина закричала, её тело отбросило, она тяжело рухнула на землю. Одежда на ней выгорела, волосы растрепались, на лице застыл ужас. — Ты не принимала пилюль, почему же твоя духовная сила не кончается? Шэнь Юнь небрежно ответила: — А тебе какое дело? Женщина поперхнулась, словно проглотила дерьмо. Шэнь Юнь покосилась на остальных, поддерживающих культиватора в сером. Увидев их испуганные лица, она снова взметнула духовную силу и одним взмахом меча отправила в них атаку. У всех духовная сила была на исходе, пилюли кончились, и остатки сил не могли противостоять её энергии меча. Шэнь Юнь не знала пощады — если отпустить врага сегодня, завтра он может прийти за её жизнью. Через несколько мгновений она прикончила всех семерых.

У неё было странное чувство: она словно отдалялась от той современной Шэнь Юнь, какой была раньше. Будто идеально слилась с этим телом, приняв его волю. Взмах меча — и никакой жалости. Но она не хотела задумываться — в конце концов, она идёт по Пути свободы. Сестра делает так, как ей удобно.

Глава 37. Разбогатела!

Шэнь Юнь радостно побросала мешочки-хранилища убитых в своё Кольцо Хранения, собираясь разобрать трофеи в лодке. Но тут Юэман забеспокоился. Он тёрся о её ногу, издавая тихое поскуливание, глаза выражали тревогу, он вглядывался в окрестности. Шэнь Юнь заметила его необычное поведение и насторожилась. Она подозрительно огляделась: деревья стояли неподвижно, ни ветерка — вокруг было неестественно тихо. — Хм? Что-то не так: даже птицы замолчали. Что же это за тварь, способная заставить всё живое в округе затаиться?

— Хи-хи-хи! — раздался с сухого дерева вдалеке хриплый смех старухи. Смех был пронзительным и резким, словно ножом резал тишину, вызывая мурашки. Из тени выплыла сгорбленная фигура бабушки Гуй. Она опиралась на посох, увенчанный тремя черепами, жутко сросшимися вместе. Каждый её шаг превращал траву под ногами в гнилую жижу, а воздух застывал кристаллами ядовитого тумана. — Девчонка, ты устроила старухе хорошее представление. Голос бабушки Гуй был хриплым и зловещим. Из её глазниц выползли две алые сороконожки, жадно пожиравшие её же иссохшую плоть — зрелище тошнотворное. — Это дрянное знамя десяти тысяч душ — не чета моим навыкам кормления духов собственным телом, — презрительно бросила она. У Шэнь Юнь голова пошла кругом, она чуть не потеряла сознание. «Эта старуха не только копирует мой смех, но ещё и так мерзко смеётся. И эти твари из глазниц, жрущие сами себя — я чуть не обделалась от страха». «И кто же такой бессовестный нанял столько отбросов?!»

Юэман вдруг жалобно застонал — медный колокольчик на его шее пошёл трещинами под напором ядовитого тумана. Шэнь Юнь попыталась использовать духовную силу, но поле киновари пронзила боль, словно тысячи игл. — Отлично, я отравлена. Лицо Шэнь Юнь побледнело, на лбу выступил пот. — Не трать силы попусту. Это мой «Нежный яд», сотканный из плоти девственниц. Если отравленный использует духовную силу, боль становится невыносимой, — злобно усмехнулась бабушка Гуй, глядя на неё с торжеством. — Иди за мной послушно, тебя кое-кто ждёт. Она протянула иссохшую руку, чтобы схватить Шэнь Юнь. Та, превозмогая боль, спросила: — Я пойду с тобой, но скажи, кто же этот великий человек, что смог нанять такую могущественную старшую, как ты? «Лишь бы польстить ей, может, выведаю что-нибудь». И правда, бабушка Гуй смягчилась и ответила: — Кого ты обидела в Небесном городе, сама не знаешь? «Небесный город?» — быстро соображала Шэнь Юнь. «Цзи Минсю не мог — он всё-таки главный ученик Бессмертного Ордена Кисти и Тушь, хоть и мерзкий, но изучает истинный путь. С тёмными культиваторами он не водится. Значит, остаётся только — Люй Цзюньчэнь». «Мужские слова — обман. Тогда называл бессмертной, а теперь нанял убийц с чёрного рынка. И судя по всему, не хотят убивать, а взять живым». «Если я не пойму, что у него на уме, то зря прожила жизнь».

В следующее мгновение Шэнь Юнь пошатнулась и упала на землю. — Бабушка, ваш яд так силён, у меня совсем нет сил. Бабушка Гуй с улыбкой подошла, собираясь схватить её и утащить. — Ты, девчонка, языком болтать мастерица, ах! Тысячи энергий меча, словно звёздная река, вырвались из рукава Шэнь Юнь, мгновенно заморозив духовную силу бабушки Гуй. Пространство раскололось на куски, а поле киновари старухи было разорвано энергией меча. Та с неверием уставилась на дыру в том месте, где находилось её поле киновари, — вместилище её зародышевой души, нажитой за целую жизнь злодейств. — Как это возможно? Мой «Нежный яд» валил даже зародышевые души... Нет, эта энергия меча не дала её зародышевой душе и шанса, даже заморозила духовную силу. Это явно была энергия меча культиватора стадии Преображения в духа. — Я недооценила тебя... кхе-кхе... Шэнь Юнь притворилась обессиленной и, когда старуха приблизилась, использовала талисман с энергией меча Лин Цюя. Но Шэнь Юнь не стала отвечать на её слова, а спросила: — Противоядие, отдай — и я пощажу тебя. Услышав это, бабушка Гуй забегала глазами, явно что-то замышляя. — Противоядие в моём мешочке-хранилище. Я достану. Шэнь Юнь улыбнулась и, положив руку на её макушку, сказала: — Не надо, я знаю, что противоядие есть. Где именно — я узнаю сама с помощью Поиска души. Бабушка Гуй с ужасом посмотрела на Шэнь Юнь, будто та была настоящим злым духом. — Ты... ты умрёшь страшной смертью! Ай! Шэнь Юнь безучастно ответила: — Страшной смертью? Тебе это слово уже надоело? Я всего лишь вершу правосудие, может, даже заслуги накоплю, убив тебя. Она фыркнула, забрала мешочек-хранилище бабушки Гуй и, даже не взглянув на труп, ушла. «Люй Цзюньчэнь, я запомню».

*

На летающей лодке Юэман лежал на пушистом пледе без сил. У него и так вынули кость священного зверя, а тут ещё пришлось очищать злую энергию, да ещё и яд бабушки Гуй — он был в таком состоянии, что казалось, вот-вот умрёт. Шэнь Юнь быстро нашла противоядие от «Нежного яда» в мешочке бабушки Гуй и дала по пилюле себе и Юэману. Боль в поле киновари постепенно утихла, и настроение улучшилось. «„Нежный яд“ — хорошая штука. В мешочке старухи ещё несколько флаконов. Возьму себе, пригодится». Затем она принялась радостно перебирать сегодняшние трофеи. Кроме более трёх тысяч духовных камней высшего сорта, в мешочке бабушки Гуй в основном были непонятные ей яды — она решила, что в следующий раз, когда встретит кого-то не в меру наглого, просто швырнёт их как расходники. Но её заинтересовали несколько десятков отличных иньских духовных камней. Иньские камни — это тёмные духовные камни из Девяти Преисподней, всего около восьмисот штук. Их духовная энергия смешана с обидой, они подходят для лечения тёмных культиваторов или кормления духов. Сама она их не использует, но на рынках Северного региона можно продать по хорошей цене. И наконец, фрагмент карты мечевого захоронения. При Поиске души она узнала, что это карта, указывающая на местонахождение Тайного царства древних культиваторов меча. Карту старуха забрала у убитой ею пары культиваторов меча. Сама она собиралась пойти туда за удачей, но не успела — взяла заказ от Люй Цзюньчэня. «Это хорошая вещь, но место крайне опасное. Смогу войти только на стадии зародышевой души» — она убрала фрагмент в Кольцо Хранения.

В мешочках-хранилищах остальных культиваторов золотого ядра было ещё более четырёх тысяч духовных камней высшего сорта и немного среднего. Пилюли для восстановления духовной силы они уже почти все съели, осталось только несколько лечебных — и то ладно. Она пододвинула их к Юэману, чтобы, когда он очнётся, сам поел. Надеялась, что пилюли помогут ему быстрей поправиться. Остальное — всякие зловредные артефакты и оружие. Только в мешочке той женщины-культиватора её внимание привлёк кусок ледяного нефрита. Это был кусок крайне холодной духовной руды размером с кулак. Должно быть, очень полезен для культиваторов стихии льда. Она решила подарить его красивой старшей сестре. Она была уверена, что ключ к её потерянным воспоминаниям — у Бай Цимэн. Значит, надо искать ответы у неё. Поддерживать хорошие отношения никогда не помешает.

«Отлично, убивать и грабить — самый быстрый путь к богатству!» — Шэнь Юнь с довольной улыбкой смотрела на своё Кольцо Хранения, которое постепенно наполнялось. «По крайней мере, талисман с энергией меча Лин Цюя не пропал даром». «Хорошо иметь учителя. Жаль, что мы не очень близки. Иначе я бы каждый день умоляла его не заниматься cultivation, а наделать для меня побольше таких талисманов».

*

— Что ты сказал? Все мертвы? Люй Цзюньчэнь в изумлении смотрел на стоящего на коленях культиватора, не веря своим ушам. — Да, когда мы прибыли, на земле валялись только их трупы, — дрожа, ответил тот, боясь, что Люй Цзюньчэнь в гневе снова даст ему пощёчину. — И бабушка Гуй тоже мертва?! — Она погибла ужасной смертью, поле киновари пробито насквозь.