Гора Тумана и Эха, где не ступала нога человека и бесчинствовали полчища демонов.
На одном из утёсов клубился туман, солнечный свет был скуден, тени и блики расплывались. У обрыва царили пронизывающий холод и гулкая пустота; лишь причудливые камни, сухие деревья да уходящие в облака скалы. Вдалеке всё тонуло в белесой мгле, ничего не разглядеть.
Внезапно из тяжёлых облаков в вышине стремительно рухнула человеческая фигура, нарушив здешний покой. Это был Ли Юньсяо, сорвавшийся со скалы; незадолго до того старший брат Лю Цзинъюань предательски столкнул его вниз.
Ли Юньсяо намного превосходил силой всех прочих учеников и выделялся среди них талантом. Он был прямодушен, решителен, добр и скромен, всегда приходил на помощь другим, оттого пользовался особым расположением учителя Чэнь Аошаня и уважением братьев-учеников.
Но тем самым он затмил авторитет Лю Цзинъюаня как старшего брата, что вызвало его недовольство. Ли Юньсяо смутно догадывался об этом, но ничего не мог поделать: все уже привыкли обращаться к нему, а он сам привык помогать; так незаметно минуло много лет.
Сейчас, паря в воздухе, Ли Юньсяо размышлял о случившемся. Душа его была полна потрясения и гнева; произошедшее снова и снова прокручивалось в памяти:
— Брат Цзинъюань, ты сказал, что учитель на этом утёсе, но я что-то его не вижу, — Ли Юньсяо приблизился к туману, не замечая, что подходит всё ближе к краю. Он тревожно оглядывался по сторонам, не обращая внимания на мрачное лицо Лю Цзинъюаня у себя за спиной, в котором уже вскипала жажда убийства.
— Ли Юньсяо, спокойно отправляйся на смерть. Отныне я займу твоё место. — Лю Цзинъюань, пока тот стоял к нему спиной беззащитный, со всей силы вонзил меч ему в грудь, а затем нанёс тяжёлый удар ладонью, сбросив Ли Юньсяо с утёса.
Теперь Ли Юньсяо прижимал левую руку к груди, но сквозь пальцы всё равно сочилась кровь. Хуже того, он был в воздухе, потеряв равновесие; правая рука беспомощно хватала пустоту, но вокруг был лишь пронзительный ветер — ухватиться было не за что.
Ли Юньсяо отлично понимал: его бренное тело вот-вот с тяжким грохотом рухнет на скалы или на землю внизу; даже если он не разобьётся насмерть, то получит тяжёлые раны.
Видя, что опасность всё ближе, Ли Юньсяо всем существом ощутил жгучую жажду жизни. Его глаза внезапно вспыхнули золотом; опираясь на только что пробудившийся Небесный Проход Духовной Основы, он мгновенно привёл в движение всю Истинную Ци в теле и отвесно ударил правой ладонью о землю. Тотчас из ладони вырвался мощный поток воздуха, хлынувший сверху вниз и оттолкнувший его тело назад, замедляя падение.
Но вскоре поток иссяк. Тогда Ли Юньсяо нанёс ещё десятки ударов, всякий раз замедляя спуск. Каждое замедление давало ему больше возможности управлять телом, зависая в воздухе, пока он не разглядел внизу пригодный для опоры участок.
Перед самым падением Ли Юньсяо поспешно применил Шаг Облака, и тело поплыло, словно на облаках. Благодаря этому удару скорость его падения на край утёса ещё замедлилась. Раздался оглушительный грохот — угол скалы обрушился и с рокотом покатился вниз.
В момент касания земли острая боль пронзила всё тело Ли Юньсяо. Хотя он изо всех сил старался смягчить удар, полностью избежать столкновения с землёй было невозможно. Глянув, он увидел, что находится всего в нескольких чи от края обрыва. Ли Юньсяо испуганно перевёл дух, весь покрылся потом.
Вскоре, превозмогая боль, он поднялся с земли, отошёл от края в безопасное место, сел, скрестив ноги, и занялся регулировкой дыхания. Через мгновение кровотечение из раны остановилось и она начала затягиваться.
Немного оправившись, Ли Юньсяо пришёл в довольно бодрое состояние. Золотой свет в его глазах разгорелся ярче, словно у божества.
Ли Юньсяо подумал про себя: кто бы мог подумать, что этот Небесный Проход Духовной Основы не только усиливает мою боевую мощь, но и помогает лечить раны? Поистине чудесно.
Когда рана немного зажила, Ли Юньсяо, не думая об отдыхе, встал и взглянул в небо. Отвесная скала вздымалась к облакам, словно перевёрнутый острый меч; она была гладкой и твёрдой, без единого выступа — ни ухватиться рукой, ни упереться ногой, не взобраться.
— Сейчас дело не терпит отлагательств. То, что рассказал младший учитель Тянь Жан, гораздо важнее, чем вероломство брата Цзинъюаня. Нужно как можно скорее найти учителя и доложить ему.
Беспокойство Ли Юньсяо было не напрасным: несколько месяцев назад пятнадцать его младших учителей вместе отправились за пределы деревни искать путь с Горы Тумана и Эха, а вернулся только один — младший учитель Тянь Жан. Ли Юньсяо случайно узнал от него страшную весть, что все остальные учителя погибли, и нужно было как можно скорее сообщить об этом учителю.
Немного подумав, Ли Юньсяо выхватил меч Закатной Зари и полоснул им вверх вдоль скалы. Истинная Ци хлынула из его тела, выпуская гигантские, острейшие и всесокрушающие потоки меча, которые прочертили по скале вверху, оставляя слой за слоем трещины.
Истинная Ци Ли Юньсяо к тому времени стала намного сильнее. Туман и облака над скалой были пробиты мечом, но вскоре снова сгустились с других сторон. Бесчисленные обломки разного размера с грохотом посыпались сверху, словно водопад или горный обвал, безжалостно обрушиваясь на Ли Юньсяо.
Ли Юньсяо не отступил, позволяя камням градом падать рядом. И случилось чудо: эти камни, что, казалось, заслоняли весь небосвод, ни один не попал в него. Так на скале образовалось множество неровных выступов, тянущихся вверх, по которым можно было карабкаться руками и ногами.
Ли Юньсяо высоко подпрыгнул, ухватился руками, упёрся ногами и стал взбираться вверх. Лёгкий, как ласточка, он через мгновение уже скрылся в облаках. Скала быстро уходила назад, Истинная Ци в теле Ли Юньсяо бурлила, руки и ноги мелькали, он словно бежал по равнине.
— Небесный Проход Духовной Основы усилил и мою хватку, и выносливость, иначе я ни за что не смог бы взобраться на этот утёс.
Путь был спокоен, пока сверху не донеслись звуки шумной схватки. Вскоре они стихли, и наступила мёртвая тишина.
Сердце Ли Юньсяо дрогнуло: на этом утёсе есть ещё кто-то? Судя по звуку, это был лязг мечей. С кем же дерётся Лю Цзинъюань?
Ли Юньсяо поспешил ускориться и вскоре достиг вершины утёса. Но, не разобравшись до конца в обстановке, он не рискнул показываться, а лишь ухватился за край, тихонько наблюдая. Тем временем Небесный Проход Духовной Основы истощился и постепенно исчез: золотые глаза Ли Юньсяо вернулись к прежнему виду.
Сквозь туман он разглядел несколько фигур, стоящих друг напротив друга с обнажёнными мечами. Но они лишь молча стояли, сжимая клинки, и долгое время не двигались.
Ли Юньсяо, устав ждать, пока те зашевелятся, перелез через край и подошёл поближе, чтобы рассмотреть. Тут-то он и разглядел, что эти люди — те самые младшие учителя, среди которых был Чжан Цинь, ушедшие из деревни разведывать путь.
Только вот глаза у учителей были налиты кровью, лица искажены, черты резко изменились — все признаки Одемонения. Видя это, Ли Юньсяо понял: слова младшего учителя Тянь Жана сбылись, и тревога его усилилась.
Чтобы убедиться наверняка, Ли Юньсяо подошёл ещё ближе и проверил: у всех действительно не было дыхания. Сердце его похолодело; он, пошатываясь, отступил на несколько шагов, поняв, что младший учитель Тянь Жан не солгал.
— Учитель, это Ли Юньсяо погубил младших учителей! — внезапно раздался голос Лю Цзинъюаня.
— Учитель? — вздрогнул Ли Юньсяо и поспешно обернулся на звук. Прямо на него, ведомый Лю Цзинъюанем, нёсся Чэнь Аошань, чьё лицо было искажено гневом и скорбью.