Плачь тихо, милый — твоя талия теперь моя

Проснулась в чужом теле кормилицы, проданной за гроши в дом маркиза. Муж мертв, родня мертва — остались только долги и красота, от которой некуда деться. Маркиз смотрит голодным взглядом, гости тянут руки, слуги шепчутся за спиной. Все ждут, когда она сломается. Но Яо Нян не из тех, кто ломается. Мягкая улыбка, точный расчет, игра на слабостях сильных мира сего — и вот уже она не бесправная вдова, а хозяйка особняка, перед которой склоняются головы. Месть подается холодной, а власть — в шелковых перчатках.