Сун Пэйняня разбудил шум утреннего рынка. После вчерашней пьянки голова была ещё не совсем ясной, он приоткрыл глаза и, опершись о стену, принялся просматривать память прежнего хозяина тела.
Сейчас он оказался на улице утреннего рынка из-за того, что прежний хозяин, сетуя на превратности судьбы, напился до бесчувствия и проспал всю ночь прямо на мостовой. Сун Пэйнянь невольно коснулся рукой лба.
Вот оно, государство Аньчао. Хотя и называется оно Аньчао, что значит «спокойная династия», покоя в нём не было.
Внешние враги нависали угрозой, внутри страны не прекращались бедствия, чиновники же дни напролёт грызлись друг с другом ради собственной выгоды.
Что до императора — возможно, осознав собственную неспособность управлять, он просто пустил всё на самотёк и предавался безудержным увеселениям.
Это напрямую отразилось и на тех, кто был ниже: добрая половина двора состояла из трутней, в государстве царила чудовищная практика синекуры. Если у тебя были деньги — ты мог купить себе должность.
Сам же Сун Пэйнянь приходился отдалённым родственником дому князя Динго в седьмом или восьмом колене. Впрочем, называть его «родственником» можно было лишь с большой натяжкой — просто из одной деревни.
Когда князь Лу Цанбай возвращался на родину для жертвоприношения предкам, пожалел он сироту — одинокого и бедного мальчика, во всём свете никого, кроме него самого. И взял его в свою резиденцию на воспитание.
В шестнадцать лет тот хоть и сдал экзамен на степень цзюйжэня с последнего места, но, не имея ни связей, ни положения, а люди из резиденции князя оказались слишком прямолинейны и честны, никто не стал хлопотать за него. И осталось ему только ждать, пока сам государь-батюшка соблаговолит дать ему должность.
Шло время, однокашники один за другим получали повышения и чины, а он всё оставался без единого поста. И стал он тогда часто роптать на небеса.
В душе затаил обиду и на самого князя за то, что тот не помогает ему. И тогда замыслил он обратить свой взор на старшую дочь князя, Лу Шуяо. А там, глядишь, посмотрим, поможет ему князь или нет.
Наружность у прежнего хозяина была видная, и — кто бы мог подумать! — своими льстивыми речами он и вправду сумел обвести вокруг пальца и обольстить Лу Шуяо.
Лу Шуяо была единственной дочерью в семье, всеми любимой. Мужчины в их роду брали лишь одну жену, в усадьбе не водилось никаких грязных дел, оттого и выросла она чистой и бесхитростной.
Будучи ближе всех к воде, прежний хозяин первым снял пенки. Он создал для Лу Шуяо образ несчастного героя, который, хоть и не преуспел, но полон высоких устремлений.
В то время семья Лу Шуяо была озабочена тем, что отец и старший брат сражались на поле боя, всё внимание дома было приковано к войне.
Когда же их отношения открылись, прежний хозяин уже собирался, набравшись наглости, посвататься к Чжанши, матери Лу Шуяо.
Но стоило ему размечтаться о том, как он женится на богатой и знатной красавице и взойдёт на вершину жизни, как вдруг разразилась беда — дом князя Динго обвинили в сговоре с врагом и государственной измене, всё семейство приговорили к ссылке.
Прежний хозяин немедленно переменился в лице, отрёкся от дома князя Динго и заявил, что не имеет с ними ровным счётом ничего общего.
Чжанши понимала, что от этой напасти дому не уйти, и ещё вопрос, доживут ли они до места ссылки. Взмолилась она тогда только об одном: чтобы он забрал с собой и Лу Шуяо.
У прежнего хозяина в то время ещё оставалась капля совести. Заботясь о своей репутации учёного мужа, он увёл её с собой под предлогом того, что уже взял Лу Шуяо в жёны.
А когда он увидел, что всё, что он так тщательно выстраивал, обратилось в прах, прежнее унижение — как он заискивал и угождал Лу Шуяо — показалось ему ударом по мужскому достоинству. И не прошло и месяца, как он начал всячески изводить и мучить её.
Душа у него не находила покоя: он не только оскорблял саму Лу Шуяо, но и поносил весь род Лу. Кто бы мог подумать, что это придётся по вкусу их заклятым врагам и самому старому императору!
А как же иначе? Раньше род Лу слишком уж держался особняком, ни с кем из знати не знался, жил себе замкнуто. Зато воевать умели они как никто, и народ их обожал, иной раз славой они даже самого императора затмевали.
Мог ли старый император не возрадоваться, увидев, как кто-то так бесчестит род Лу? Прежний хозяин, умевший угодить и языком чесать, даже удостоился чести служить при особе государя, а со временем превратился в самого настоящего великого злодея и казнокрада.
Ведь сам-то он вышел из крестьян, но, дорвавшись до власти, побоялся задирать знать, а принялся измываться над бедняками, черпая в этом сомнительное чувство превосходства.
Лу Шуяо была прекрасна необычайно, и прежний хозяин не желал, чтобы его козырь для выслуживания наложил на себя руки. Потому он обманул её, сказав, что унижает её лишь затем, чтобы добыть власть и помочь реабилитировать её семью.
И всякий раз, когда он, обиженный на службе, возвращался домой, первым делом поднимал руку на Лу Шуяо.
Она тогда в глубине души уже не верила ему, но, словно утопающий за соломинку, всё ещё терпела его побои, надеясь, что когда-нибудь её семью оправдают.
И так продолжалось до тех пор, пока он не подарил её другому вельможе. Лу Шуяо вонзила в него нож, но он успел ударить первым и убил её. Она была на третьем месяце беременности.
А спустя три месяца после её смерти ворота столицы сокрушила железная конница татар, и сам прежний хозяин погиб от рук нищих, которых прежде сам же и обижал.
Память прежнего хозяина передана полностью! Твоя задача — защитить Лу Шуяо и отблагодарить род Лу. Дополнительное задание — принести благо всем живущим. Принимаешь ли ты это задание? Маленький Система напоминает: твоя цель — изменить исход, но при этом нельзя менять те черты характера, которые уже сложились у персонажа в сознании людей. Пока что никаких подсказок от системы не будет, во всём придётся полагаться только на себя.
Впрочем, учитывая, что Хост работает впервые, будет предоставлена возможность трижды обменять предметы, но всё это потребует очков.
Сун Пэйнянь, услышав нарочито «милый» голос Системы, мысленно закатил глаза, кивнул в знак согласия принять задание, и система в его голове тут же исчезла.
Сейчас наступил именно тот момент, когда семейство из резиденции князя Динго уже отправили в ссылку, а прежний хозяин начал выказывать Лу Шуяо пренебрежение и холодность.
В памяти прежнего хозяина засело, что все в роду Лу смотрели на него свысока. Однако со стороны, глазами Сун Пэйняня, было видно: семья Лу относилась к нему очень даже хорошо. И Лу Шуяо отдала ему своё сердце искренне.
Лу наняли ему лучших учителей, а он не желал учиться, дни напролёт просиживал за книгами, рисуясь. В этих книгах обложка была от медицинских трактатов или книг по географии, но внутри — сплошь романы о красавицах и талантах.
Сам неподкупный Лу Цанбай из-за него впервые решился поступиться принципами: думал после войны попросить старого друга устроить его в Академию Ханьлинь.
Что до еды и одежды — Чжанши поставляла ему всё по тем же нормам, что и для младших отпрысков рода Лу. Только вот дом князя Динго лишь с виду казался блистательным, а достать даже тысячу лянов серебра было делом трудным.
Потому что бóльшая часть семейных денег уходила на раненых и увечных ветеранов. Но прежний хозяин думал, будто Чжанши нарочно его ущемляет.