Очки и вправду быстро тают, но, к счастью, Ян Фэн уже уловил суть. В следующем бою он устроит врагам знатную жатву, их никчемные жизни пойдут на подпитку его силы.
— Позвольте спросить, сколько очков нужно, чтобы активировать интеллектуальную программу?
— Для активации интеллектуальной программы требуется десять тысяч очков.
— А время в системном пространстве совпадает с внешним?
— Недостаточно прав для ответа.
— …
Наткнувшись на отказ, он, впрочем, не расстроился. Ян Фэн уселся по-турецки и продолжил изучать список. Основываясь на этих предметах и умениях, ему предстояло выстроить максимально короткий и эффективный путь роста.
Лил дождь.
Баошань превратился в мертвый город. Окинув его взглядом, можно было заметить лишь несколько редких струек черного дыма. Никаких признаков жизни.
Казалось, само небо наслало этот ливень, чтобы проводить в последний путь доблестных бойцов роты Яо Цзыцина.
Вдруг из-под груды битого кирпича и щебня показалась рука, затем началась отчаянная раскопка. Вскоре Ян Фэн уже стоял на развалинах и смахивал с лица грязь.
В пепле у городских ворот его взгляд обожгло пластырное знамя. Оно же возвестило об исходе жестокой битвы. Как и в истории, никакого чуда не произошло.
Стиснув зубы, Ян Фэн принялся обыскивать руины. Он не знал, ушли ли японцы, но понимал: ему нужно оружие для защиты.
Вскоре он уже был вооружен: винтовка, больше двадцати патронов, штык и немецкий шлем. Однако, когда он собрался покинуть город и направиться в сторону Шанхая, мимо него потекла струйка крови. Ян Фэн инстинктивно пошел на этот след.
Трупы. Высокая груда тел, несколько сотен, не меньше.
Здесь были и бойцы роты Яо Цзыцина, и жители уездного города Баошань. Ясно, что это дело рук японцев. Возможно, ливень прервал их работу по зачистке.
Глядя на тех, с кем он делил хлеб и воду, брошенных как мусор, Ян Фэна затрясло.
Внезапно внутреннее чутье всколыхнуло тревогу. Ян Фэн стремительно развернулся, вскидывая винтовку для стандартного прицеливания. Следом из-за угла дома показались две фигуры, поддерживающие друг друга.
— Стоять! Кто такие?
— Не стреляй, мы из национальной армии.
В шуме дождя ответ прозвучал слабо. Ян Фэн всмотрелся внимательнее и тут же расплылся в радостной улыбке. Он опустил винтовку и бросился к ним.
— Командир второй роты, это вы?
— Я. Заместитель командира батальона, вы тоже живы! Ха-ха-ха, отлично!
— А кто с вами?
— Артиллерист Лао Ми. Мы с ним только что столкнулись…
Говоря это, они уже заключили друг друга в объятия. Братья по оружию, пережившие бойню, — радость от этой внезапной встречи затуманила глаза Ян Фэна влагой.
— Вы еще кого-нибудь встречали?
— Нет. Братья слишком жестоко бились с япошками. Меня загнали в колодец, иначе бы тоже не сдобровать.
— А ты, Лао Ми?
— Докладываю, заместитель командира батальона, меня контузило японским снарядом.
— Вы знаете, где командир батальона?
— Нет.
— Давайте сначала сменим место, а потом поговорим…
Через некоторое время они нашли полуразрушенную хижину и спрятались там от дождя, попутно беседуя.
Основные силы японцев, судя по всему, двинулись к Шанхаю. Значит, троим нужно было найти полк 853 и вернуться в строй. Хотя у командира второй роты и Лао Ми были ранения, они горели желанием снова попасть на поле боя, чтобы отомстить за братьев из третьего батальона.
Но сейчас важнее всего было согреться, поесть и перевязать раны. Иначе в эту промозглую ливневую погоду они скорее умрут от болезней, чем найдут свою часть.
Раз Ян Фэн был в лучшем состоянии, поиски припасов легли на него.
Однако стоило ему отойти от хижины и снова поравняться с огромной грудой тел, как оттуда скатился ботинок. Прямо под ноги Ян Фэну, привлекая его внимание.
Бой закончился еще вчера, ливень шел как минимум несколько часов… Неужели…?
Подумав так, Ян Фэн поспешно отбросил винтовку в сторону и быстро полез наверх, разгребая холодные, окоченевшие тела.
Внезапно чья-то все еще теплая рука вцепилась в него. Это придало Ян Фэну сил. Откинув верхний труп, он наконец нашел везучего выжившего.
Когда Ян Фэн занес его на спине в хижину, командир второй роты и Лао Ми остолбенели. Они осторожно положили спасенного на пол.
Почти обнаженное тело было покрыто ранами — от мала до велика, явно от осколков. Но хуже всего была челюсть: пуля прошла навылет, выбив несколько зубов и разорвав кончик языка, так что человек не мог говорить.
К тому же он мертвой хваткой сжимал половинку штыка, клинок которого был сплошь в зазубринах — верный признак жесточайшей рукопашной.
— Это не наш, из третьего батальона, — разглядывая лицо, недоуменно заметил Лао Ми.
Однако командир второй роты дал ответ.
— Это брат из восьмого батальона. Я видел его пару раз. Не думал, что он такой отчаянный.
— Раз уж нам повстречался, нельзя бросать. Присмотрите за ним, а я раздобуду еды.
С этими словами Ян Фэн, чье лицо стало серьезным, снова нырнул в дождь.
Вскоре он вернулся с двумя чистыми рубахами, тлеющим угольком и половиной дохлой кошки. Японцы уже выгребли из города все до нитки, так что найти это было большой удачей.
Каска превратилась в котелок, дохлая кошка — в еду, а чей-то халат — в перевязочный бинт.
Постепенно стемнело, но нервы Ян Фэна натянулись еще сильнее. Ливень сменился мелким дождем, но огонь для тепла в любой момент мог их выдать. Раненого же оставлять мерзнуть было нельзя. Делать нечего — Ян Фэн прикрыл огонь дверью, а сам забрался повыше, в дозор.
И надо же было этому поступку принести неожиданный результат.
Примерно в десяти километрах от уездного города Баошань, за рощицей, виднелись смутные огни. Площадь их была не меньше двух-трех квадратных километров. Кто еще осмелится устроить такой бивак в этих местах? Не иначе, японцы.
Неужели их основные силы еще не ушли?
Нет, надо проверить, чтобы быть спокойным.
С этой мыслью Ян Фэн вернулся в хижину и предупредил командира второй роты с Лао Ми.
— Японцы еще не ушли? Тогда я с заместителем командира батальона схожу, разведаю!
Услышав, что японцы рядом, они оба сильно напряглись. Лао Ми даже вызвался идти вместе с Ян Фэном. Но тащить их с собой означало потерять время, поэтому Ян Фэн мягко отказал.
— Лучше я пойду один. Если к рассвету не вернусь… уходите сами.
— Ни в коем случае! В третьем батальоне больше не должно быть потерь!
— Не волнуйтесь, я буду осторожен. Винтовку оставлю вам. Я только кружку сделаю и вернусь.
Чтобы успокоить командира второй роты и Лао Ми, Ян Фэн оставил им винтовку с патронами.