Шэнь Цинцы поспешно проследила за взглядом тетушки Ван и увидела, что мать Шэнь нахмурилась, побледнела как полотно, вид у нее был очень болезненный, а частота пульса на мониторе начала резко расти.
Тетушка Ван тут же нажала кнопку вызова медсестры.
Медсестра прибежала мгновенно, и только тогда Шэнь Цинцы пришла в себя и в испуге закричала:
— Мама! Мама, что с тобой!
— У пациентки были эмоциональные колебания?
— Что у вас тут вообще происходит?
Медсестра, опередив ее, обратилась к Шэнь Цинцы:
— Разве я вам не говорила? Пациентке нельзя волноваться, вы должны думать о ее здоровье, во всем ей уступать!
Эти слова мгновенно заставили Шэнь Цинцы оцепенеть, она не знала, что делать.
Она ведь не хотела.
Она всегда была почтительной дочерью, как она могла не думать о здоровье матери?
К счастью, тетушка Ван быстро среагировала и поспешила ответить медсестре:
— Мы только что... только что немного поговорили, она, наверное, устала...
Мать Шэнь в это время медленно открыла глаза и еле слышно ответила медсестре:
— Ничего... ничего страшного, просто голова закружилась... отдохну немного и пройдет.
Медсестра выслушала, снова все проверила и, убедившись, что все в порядке, ушла. Шэнь Цинцы с облегчением выдохнула.
Но в следующее мгновение она заметила, как мать и тетушка Ван обменялись быстрыми выразительными взглядами.
Погодите?
Что-то здесь не так!
Неужели они это подстроили... притворились, что ей плохо?!
Что они скрывают от нее насчет этого залежалого товара?
Как Шэнь Цинцы ни ломала голову, она не могла понять, и страх перед Сун Чишэном в ее душе только усиливался.
Но она не могла выйти из себя, ведь мать не выдержит потрясений...
—
Следующие два дня Шэнь Цинцы держалась из последних сил.
Она одновременно ухаживала за матерью и тайно наблюдала.
Сун Чишэн по-прежнему каждый день вовремя приходил в больницу. Не то что зять — заботился он лучше родного сына.
Мать при виде его вроде бы уже не была такой унылой, как раньше.
А баснословная стоимость операции по-прежнему висела дамокловым мечом, не давая Шэнь Цинцы вздохнуть.
Больше тянуть нельзя.
И однажды Шэнь Цинцы, стиснув зубы, приняла решение.
Фиктивный брак!
Да, лишь бы мать выздоровела, какое там счастье, какой брак — к чему ей стремиться к идеалу?
Лучше заключить формальный брак, успокоить мать и дать ей возможность спокойно лечь на операцию!
Это был единственный возможный выход!
Но она не была дурой и не собиралась сломя голову прыгать в эту яму!
Прежде она должна была выяснить, чего же на самом деле добивается Сун Чишэн!
Она, Шэнь Цинцы, хоть и нуждалась в деньгах, но не была безвольной овцой, которую можно вести на заклание!
У людей бывает две цели: деньги или красивая внешность.
Первую проверку она начнет с денег.
Шэнь Цинцы быстро нашла подходящий момент.
Когда Сун Чишэн пришел в больницу, она, изображая озабоченность, принялась тяжело вздыхать, глядя на калькулятор в телефоне.
— Что случилось?
Как и ожидалось, на третьей минуте ее хождений перед ним, он заговорил.
— Ах...
Шэнь Цинцы, следуя заранее заготовленному плану, с озабоченным видом ответила:
— Расходы на лекарства для мамы перед операцией, которые нужно оплачивать самим, оказались намного больше, чем я думала...
— Я прикинула, перечислила всех родственников и друзей, у которых можно занять, плюс все, что у меня есть... в итоге мне не хватает по меньшей мере ста пятидесяти тысяч, чтобы начать.
— И это только начало...
Говоря это, она украдкой наблюдала за выражением лица Сун Чишэна и уже собралась попросить у него денег взаймы, чтобы спугнуть его, как вдруг...
— Дай мне свой QR-код.
И тут Сун Чишэн тут же достал телефон, нажал несколько раз и совершенно искренне обратился к ней.
Шэнь Цинцы: ???
Что это значит?
Она думала, что он начнет отнекиваться, жаловаться на безденежье, в крайнем случае — будет долго думать, а потом через силу прикидываться богачом. Но это? Это?
Даже не попытался торговаться?
Даже проценты по займу не обсудил?
Неужели он и вправду скрытый миллионер?
Шэнь Цинцы терялась в догадках, но все же, не веря своим глазам, вывела QR-код.
Сун Чишэн отсканировал его и снова нажал несколько раз на экране.
В следующую секунду телефон Шэнь Цинцы завибрировал — пришло SMS о зачислении на банковский счет.
[Счет ХХХ перевел на ваш счет, оканчивающийся на ХХХХ, 200 000.00 юаней.]
Двести тысяч?
Занял сто пятьдесят, а подарил пятьдесят?
И просто так, не моргнув глазом, перевел?!
Шэнь Цинцы от изумления широко раскрыла глаза. Она смотрела на сообщение, потом на невозмутимого Сун Чишэна — мозг отказывался работать!
— Это... это слишком много! Я не могу взять!
Она, опомнившись, поспешно сказала.
Эти деньги жгли руки!
— Я даю тебе взаймы, вернуть придется.
Сун Чишэн убрал телефон, и в его поведении не было ни капли рисовки, будто он перевел ей всего пятнадцать юаней.
— Болезнь тети ждать не может. Сначала реши насущную проблему, а остальное потом.
— А проценты... я тебе прощаю.
Ха, этот тип даже предложил схему возврата, разумно и логично, не оставив Шэнь Цинцы возможности возразить.
Проверка на деньги провалилась с треском.
С одной стороны, если бы Сун Чишэн был богачом, он бы непременно потребовал вернуть деньги. А с другой — он перевел двести тысяч, даже глазом не моргнув.
В итоге Шэнь Цинцы так ничего и не поняла.
Ей лишь показалось, что Сун Чишэн просто хотел помочь... Нет, это точно не так!
Разве бывают в этом мире просто хорошие люди?
У каждого есть цель!
Раз не деньги, тогда, скорее всего, внешность!
Вечером того же дня Шэнь Цинцы нужно было съездить домой за сменой одежды и предметами первой необходимости для матери.
Как раз там был Сун Чишэн, поэтому она, не церемонясь, обратилась к нему:
— Эй, есть время?
— Раз ты такой свободный каждый день, пошли, отвезешь меня домой!
Мать Шэнь, наблюдавшая за этим, сразу встревожилась.
Ничего не поделаешь: ее дочь как женщина была совершенно лишена мягкости и нежности!
С таким подходом она разве что парня себе найдет, а не мужа — разве что подружку!
Но, как ни странно, Сун Чишэн воспринял это нормально. Он тут же встал, взял ключи от машины и собрался выходить вместе с Шэнь Цинцы.
Машина, на которой приехал Сун Чишэн, была все тем же старым черным седаном.
Он объяснил, что друг уехал в командировку и одолжил ему машину на пару дней.
Такое правдоподобное объяснение — Шэнь Цинцы снова не нашла никаких улик.
Но как только она села на пассажирское сиденье, то почувствовала свежий запах, похожий на сосновый. И этот запах совсем не походил на дешевый ароматизатор... Скорее это был...
Тот самый запах, который всегда исходил от Сун Чишэна.
Ночной город искрился огнями, но в машине было необычайно тихо.
В тесном пространстве, в тусклом свете, лишь с приборной панели лился голубоватый свет, освещая четкие черты лица Сун Чишэна...
Надо признать, внешность у него была недурна, роста высокого, как минимум метр восемьдесят пять, тонкие пряди волос спадали на надбровья, отчего нос казался прямым, а губы — тонкими, а миндалевидные глаза цвета темной туши были глубокими, как омут...
Стоп, Шэнь Цинцы заставила себя собраться и мысленно отругала себя:
— Шэнь, ты в своем уме? Ты что, уже попалась?