Гостиная.
Мэн Юйли протянул руку и взял слегка остывшую картофельную башенку.
Честно говоря, с детства его строго приучали к здоровому питанию, и возможность попробовать уличную еду выпадала считанные разы. Став взрослым, он и вовсе сознательно сторонился того, что относят к «нездоровой пище».
Глядя на башенку в руке, Мэн Юйли подумал:
Сегодня можно считать особым случаем.
В конце концов… это Мэн Вэньхао специально принёс, нельзя же пренебречь его вниманием.
С этой мыслью, почти утешая себя, он осторожно откусил большой кусок от золотистой верхушки.
Хрусть!
Лёгкий звук удивил его.
Даже остыв, башенка сохранила удивительную хрусткость снаружи, вовсе не стала мягкой и жирной, как он ожидал.
Следом зубы пробили хрустящую корочку и коснулись начинки — нежного картофельного пюре с простоватой сладостью самого картофеля.
Приправы, посыпанные сверху, оказались восхитительны!
Солоноватые, с едва уловимой пикантностью, они идеально подчёркивали глубинный вкус картофеля, создавая многослойность, но не перебивая основной вкус.
Мэн Юйли слегка замер и невольно начал жевать быстрее.
Если остывшая башенка такова…
Он почти не мог представить, какой невероятной хрусткостью и нежностью обладала бы только что из фритюра, горячая-горячая башенка.
Незнакомое, чистое чувство удовлетворения разлилось по вкусовым рецепторам, успокоило пустой желудок и, казалось, ненадолго развеяло усталость.
Когда Мэн Юйли пришёл в себя, башенка уже была съедена без остатка.
Хотелось ещё.
Он даже машинально посмотрел на пустую картонную коробку, и в голове отчётливо возникла мысль:
Как же… хочется ещё одну!
Едва эта мысль появилась, Мэн Юйли сам опешил.
Он с некоторым недоверием посмотрел на свою руку, державшую пустую палочку.
Затем Мэн Юйли, сохраняя бесстрастное лицо, встал, бросил палочку в мусорное ведро и направился в спальню — умываться.
…
Десять часов вечера.
Звёздный ночной рынок всё ещё был оживлён, но лоток Шу Тан постепенно пустел.
Не потому, что не было покупателей, — напротив, все башенки были распроданы.
Подошедший на запах мужчина, увидев, что Шу Тан протирает сковороду, спросил:
— Хозяйка, который час, а ты уже закрываешься?
Шу Тан ответила:
— Извините, сегодня всё распродано.
Мужчина нахмурился и недовольно проворчал:
— Ты слишком мало приготовила! Я только что видел, как несколько человек держали твои башенки, запах стоял умопомрачительный! Еле нашёл тебя по запаху, а ты уже всё продала?
Шу Тан и сама удивилась.
Она готовилась работать до глубокой ночи, но не ожидала, что уже в десятом часу все запасы закончатся.
Она поспешно виновато улыбнулась:
— Простите, дядя, я здесь новенькая, не рискнула брать много картошки, не думала, что так хорошо пойдёт. Завтра! Завтра я обязательно приготовлю побольше, хватит на всех!
Мужчина вздохнул, с лёгким сожалением спросил:
— Завтра ты будешь на этом же месте?
— Да-да, тот же розовый трёхколёсный велосипед, старое место! — уверенно кивнула Шу Тан.
— Ладно, ладно, — лицо мужчины смягчилось. — Тогда я завтра приду пораньше!
Проводив немного разочарованного клиента, Шу Тан посмотрела на пустую тележку и почувствовала давно забытое, настоящее чувство удовлетворения.
Напевая бессвязный мотив, она ловко принялась убирать прилавок, мыть инструменты, готовясь закончить работу и вернуться домой.
Через десять минут.
Шу Тан припарковала свой розовый трёхколёсный велосипед у подъезда и взбежала на четвёртый этаж.
Внутри Шао Ваньцин достала из шкатулки несколько колец с камнями и ожерелье, примеряя их на шею, и спросила:
— Лао Шу, как тебе такое сочетание? Правда, гораздо изысканнее, чем то, что у твоей кузины на руках?
Шу Вэньбинь с улыбкой кивнул:
— Красиво, у моей жены, конечно, вкус отменный.
Шао Ваньцин с лёгкой гордостью фыркнула:
— Ты видел, что у неё сегодня на руках было? Думает, у нас таких нет! Если бы не Тантан, я бы…
Она не договорила, как вдруг раздался стук в дверь.
Супруги переглянулись, Шао Ваньцин беззвучно спросила одними губами:
— Почему так рано?
Шу Вэньбинь среагировал быстро и указал на кольца, которые Шао Ваньцин ещё не успела снять.
Та испуганно вскочила, в спешке сдёрнула кольца и ожерелье, сунула всё в карман, перевела дух и пошла открывать.
— Тантан вернулась!
Шу Тан переобулась, вошла в комнату, подняла голову и остолбенела.
Неужели это тот самый старый, захламлённый дом, из которого она ушла несколько часов назад?
Перед ней были вымытые до блеска окна, все вещи аккуратно разложены, пол сиял чистотой, даже чехлы на диване и подушки в гостиной заменили на чистые, изящные. Всё пространство преобразилось, и даже чувствовался лёгкий аромат благовоний.
Шу Тан посмотрела на родителей, слегка опешив:
— Папа, мама, вы… так быстро прибрали в доме? Так чисто!
Шу Вэньбинь и Шао Ваньцин переглянулись, взгляды их были уклончивы.
Шао Ваньцин, смущённо улыбнувшись, сказала:
— Да, твой отец… сегодня был особенно энергичный, хорошо убирался!
Говоря это, она незаметно подтолкнула Шу Вэньбиня локтем.
Тот тоже неловко прокашлялся, кивнул и поспешил сменить тему:
— Тантан, почему ты так рано вернулась?
Услышав это, Шу Тан сразу забыла о своём удивлении, лицо её озарила улыбка с оттенком гордости:
— Я продала все свои башенки! Сегодня заработала почти четыреста юаней! Похоже, завтра нужно приготовить побольше картошки.
Шу Вэньбинь и Шао Ваньцин снова переглянулись, в их глазах читалось неподдельное удивление.
Шао Ваньцин не удержалась и спросила:
— Тантан, кто бы мог подумать, что ты такая способная? Когда ты научилась их делать?
Услышав этот вопрос, сердце Шу Тан ёкнуло, но она быстро ответила по заранее заготовленной легенде:
— А, это… я нашла в интернете учителя, он учил онлайн. Учитель объяснял очень подробно, всё один в один! Я и сама не ожидала, что уже с первой попытки получится!
Сказав это, она нарочно спросила:
— А что, я преуспела, могу зарабатывать, вы разве не рады?
— Рады! Конечно, рады! — тут же ответила Шао Ваньцин, с улыбкой до ушей. — Моя дочь умница! Устала за вечер? Иди прими горячий душ, расслабься!
Шу Тан, опасаясь проговориться, кивнула:
— Хорошо, пойду умываться!
С этими словами она поспешила в свою комнату.